502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.2


ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск # 37
2002

Четыре молдавских этно-дня
Анатолий ШтефанецФестиваль "Ethno Jazz Trio", задуманный и проведенный замечательной молдавской этно-джазовой группой Trigon в честь самих себя - в ознаменование собственного десятилетия и, символически, в строгом ограничении круга выступающих форматом трио, - может служить примером того, что провести в результате можно абсолютно любое задуманное мероприятие, было бы желание, настойчивость и умение. Директору "Тригона" Наталье Штефанец и трем членам трио (альтист Анатолий Штефанец, бас-гитарист Александр Мурзак и барабанщик Олег Балтага) удалось почти невозможное - не только спродюсировать фестиваль как таковой, но и привлечь под него финансирование, в том числе со стороны Фонда Сороса и крупнейшего сотового оператора Молдовы - Moldcell. И это при том, что Молдова - не просто небогатая страна: сейчас она входит в список беднейших стран Европы. Официальная средняя зарплата в госсекторе - что-то вроде 15 долларов в месяц, живых денег в экономике очень мало, цены даже в самых дорогих магазинах едва ли не вполовину ниже московских (иначе платежеспособного спроса просто не будет), да плюс ко всему еще колоссальная дыра в экономике страны в виде непризнанной Приднестровской Молдавской республики, через которую, говорят, аккуратно рассасывается в никуда ровно столько свободно конвертируемой валюты, сколько официальная Молдова получает в виде финансовой помощи.
Мы (несколько музыкантов, едущих на Кишиневский фестиваль с Одесского джаз-карнавала, плюс два журналиста, Михаил Митропольский и автор этих строк) въезжали в Молдову как раз через Приднестровье. Впечатление тягостное: в новую и целую одежду одеты главным образом полицейские (или милицейские, кто их там разберет) и военные, вся крохотная страна - в видимой невооруженным глазом разрухе, зато на окраине Тирасполя строится колоссальный суперсовременный стадион (все население, показывая в его сторону пальцем, со вкусом смакует слова "сорок миллионов долларов!"), а от собственно Молдовы непризнанная республика отгорожена БТРами, мешками с песком и солдатами в касках.
Андрей Разин в ТирасполеПри этом именно в Тирасполе состоялся один из лучших концертов фестиваля: 26 сентября там играл московский проект "Второе приближение" (пианист Андрей Разин, контрабасист Игорь Иванушкин и вокалистка Татьяна Комова). Концерт планировался во Дворце республики, но высокое начальство решило, что концерт российских музыкантов подорвет бюджет республики, так что "ВП" оказалось в крохотном зальчике бывшего Тираспольского музучилища, ныне Высшего музыкального колледжа республики. И ничего не потеряло - скорее, даже приобрело.
Татьяна Комова, Игорь ИванушкинЗальчик был набит под завязку, и, кроме студентов и преподавателей училища, пришли только те, кому это действительно было нужно - люди, изголодавшиеся по живой музыке за 12 лет. "ВП" показало программу, составленную без всяких скидок на оторванность Приднестровья от мирового музыкального процесса, и было право: программа была воспринята "на ура", овации в крохотном помещении сделали бы честь любому столичному залу, а прием, оказанный музыкантам до и после концерта его организаторами (прежде всего - руководителем эстрадного отделения колледжа Верой Зеленской), просто трудно с чем-то сравнить. Показательно, что тираспольская публика, явно не избалованная приездами представителей новой импровизационной музыки, очень тонко и искушенно реагировала на малейшие нюансы непростой музыки Андрея Разина, с ее переплетением композиторской воли, импровизационного развития и явно выраженного индивидуального начала всех троих участников, которое и делает материал Разина музыкой "Второго приближения".
Не в силах быстро оторваться от гостеприимных хозяев (так просто взять и уехать после концерта было бы просто несправедливо по отношению к этим добрейшим людям), мы в результате опоздали на первый концерт фестиваля в Кишиневе, хотя, в отличие от первого проезда через территорию "Транснистру" (так по-румынски) днем раньше, нас не досматривали на охраняющейся только с приднестровской стороны границе. А говорят, концерт был отличный - это был сольный концерт "Тригона", и в двух его отделениях трио показало как этническую, так и камерно-импровизационную стороны своего творчества. Все хвалили, но я концерта не видел.
День 27 сентября начался со странного мероприятия в фойе театра им. Михая Эминеску (именно в этом здании и проходили все кишиневские концерты фестиваля). Планировалось, что это будет пресс-конференция пополам с неким круглым столом, посвященным трудностям и радостям этно- и вообще джазовой жизни. Надо заметить, состав был очень представителен: одних корреспондентов журнала Down Beat было двое - ваш покорный слуга (корреспондент по России) и корреспондент по Румынии Вирджил Михаю, плюс журналисты и джазовые продюсеры-промоутеры из Бухареста, Белграда и других городов Восточной Европы. Однако участники "круглого стола" почему-то оказались вытянуты вдоль стола прямоугольного, в одном конце которого происходило активное общение по-румынски, а на другом скучали те, кто румынского не понимал. Организаторы обещали учесть ошибки к воскресенью, когда планировалась вторая часть этого, определим так, симпозиума (забегая вперед, скажу: учли).
Андрей Разин, Татьяна КомоваВечерний концерт в театре Эминеску начало опять-таки "Второе приближение". Возможно, получилось менее эмоционально и ярко, чем в Тирасполе, но кишиневская публика тираспольского концерта ведь не видела - хотя и музыкантов среди нее было поменьше. Был какой-то небольшой оттенок непонимания в первые минуты. Неудивительно: в отличие от недалекой Одессы, избалованной частыми появлениями на местной сцене самых передовых музыкальных направлений, Кишинев ничего подобного не видел (даже сам "Тригон" со своей непростой, в массе своей, музыкой в родном городе выступает очень редко, предпочитая более кредитоспособные страны Европы и других частей света). Потом оттенок прошел: проняло. Все-таки "ВП" умеет не слишком часто переходить грань между доступностью и новацией, между безграничностью творческого полета и желанием раскрыть публике глаза на этот полет (а не просто продемонстрировать крутящиеся в инверсионном следе два-три перышка, как это случается у других их коллег по новоджазовому цеху). Ну, а когда Татьяна Комова запела "Дорэ люмэ" - тему композиции, замешанной на фольклорной песне молдавских цыган - проняло и самых неповоротливых. В Кишиневе еще пока принято, сидя на задних рядах, греметь пивными бутылками и громко гоготать (в Москве, да и в других крупных городах в большинстве залов это уже не так часто случается), но в ходе фестиваля, надо признать, эта традиция соблюдалась неаккуратно: даже самая молодежная часть аудитории - студенты, пришедшие по самым дешевым билетам (10 леев, или 0,8 доллара), - часто затихала, забывая про свое пиво. Пронимало.
Анатолий Вапиров, Корнел ХорватВторое трио было, в отличие от постоянно работающего в одном составе "ВП", импровизированным - или, как называет это безжалостный музыкантский слэнг, "шаровым". Приехавшие с Одесского фестиваля вместе с "ВП" болгарский суперстар, саксофонист Анатолий Вапиров (когда-то ленинградец, а в последние 20 с лишним лет - житель Варны), и суперстар крымский, тэп-гитарист Энвер Измайлов, объединили усилия с венгерским перкуссионистом по имени Корнел Хорват, чтобы создать Black Sea Trio. Нельзя не признать, что к Черному морю имеют прямое отношение Энвер (он живет хоть и не на берегу, но в Крыму) и Анатолий (живущий как раз недалеко от моря), но не Корнел, потому что от Будапешта до моря плыть и плыть по Дунаю. Однако общий язык был быстро найден - особенно между Вапировым и Хорватом. Большую часть времени это трио вообще смотрелось дуэтом, потому что полет фантазии Вапирова, поддержанный красивейшим, мощным, ясным звуком его сопрано-саксофона, идеально угадывался и предвосхищался Хорватом - перкуссионистом с уникальной, почти запредельной техникой игры, изобретенной им самим (по образованию он - флейтист, а на перкуссии научился играть сам, просто слушая пластинки мастеров вроде Закира Хуссейна или Аирто Морейры). А вот Измайлову было тяжеловато: он превосходен в сольном музицировании, но в спонтанном, неподготовленном взаимодействии с другими музыкантами (тем более - не этнического, а как раз джазового плана) не то чтобы теряется, но, во всяком случае, арсенал его выразительных средств резко сужается, что оставляет ему мало шансов говорить с партнерами на равных.
Анатолий Штефанец, Оливье КаурВторой день фестиваля, 28 сентября, открыл Renaudin Project - франко-молдавское трио, где к лидеру, барабанщику-дирижеру-композитору, да еще и художнику, Бертрану Ренодену, и его партнеру (Оливье Каур, акустическая гитара) присоединился лидер Trigon'а Анатолий Штефанец. Опять много спонтанности, интересный контраст между классическим, чтобы не сказать - академическим, звуком гитары Каура и нарочито фольклорным, насыщенным обертонами звуком виолы Штефанца, плюс изобретательная, яркая, разнообразная игра Ренодена на ударной установке. 
Бертран РеноденТакое трио всегда ставит перед участниками - если играют они не совсем уж забубенную "собаку" - главный вопрос: чем заполнить "нижний этаж", что делать без басового инструмента? И прежде всего вопрос этот должен решать барабанщик. Реноден его и решал, и причем весьма успешно: искусное сочетание довольно свободных, но вязких рисунков, которыми он наполнял звучание трио, включало изящное использование басового барабана и том-баса как раз в плане заполнения гармонической вертикали. Конечно, барабаны ударной установки (в отличие от литавр) - не тональные инструменты, то есть не воспроизводят тона определенной высоты, но хороший барабанщик может это препятствие обойти, что Бертрану вполне удалось.
Анна Накер, Марек СтычинскиПодвиг французского квартета, приехавшего в Одессу на своей машине, в Кишиневе повторило польское трио Magic Carpatians ("Волшебные карпатцы", или "Карпатские волшебники"). Правда, у них дорога оказалась покороче - с юга Польши до центра Молдовы они ехали всего 30 часов, а не 64, как французы в Одессу. Впечатляло уже само убранство сцены перед началом их выступления: помост с индийскими табла, стул с двумя гитарами и стол с разнообразной электроникой, плюс еще один стол - с самыми разными звучащими предметами, от фольклорных духовых самых невообразимых очертаний и функций до различных (в массе своей - тоже фольклорных) звенелок, бренчалок, трещалок, кряхтелок, сопелок и дуделок. Табла - епархия Яна Кубека, дуделки и гуделки - бородатого гиганта Марека Стычинского, а гитары и электроника (плюс индийский ручной орган) предназначались для лидера этого загадочного коллектива Анны Накер.
Анна НакерТрио показало эдакий, по определению пианиста "Второго приближения" Андрея Разина, "уорлд-эмбиент-этно-джаз-психоделик": напряженный, мощный, сырой вокал, висящий в разреженном пространстве множества разных экзотических звуков и окруженный густой реверберацией. Временами в музыке "Карпатских волшебников" становилось больше электроники (особенно когда Анна играла несложные, но притягательные психоделические навороты на протяжно воющей и визжащей электрогитаре; зачем ей была нужна вторая, акустическая гитара, так и простоявшая весь концерт на подставочке - осталось загадкой). Временами - акустики. В любом случае, было два момента, которые вызывали у вашего покорного слуги ощущение плавающих знаков вопроса. Первый: почему большая часть материала пелась на английском языке, разве он так уж хорошо работает на реализацию карпатской идентичности группы? Второй: нельзя ли сделать так, чтобы процесс выбора паном Стычинским очередной звенелки-хрипелки не затягивался в долгие, мучительные паузы, в течение которых психоделическое пение Анны и искушенная ритмическая работа Яна повисают в пустоте, не отзывающейся ничем - ни звенелками, ни хрипелками; а когда выбор все-таки делается, в большинстве случаев оказывается, что актуальность выбранной трещалки уже ушла, потому что в ткущейся музыкальной ткани многое уже изменилось. Вот если бы эти два вопроса как-то органично разрешились, трио вообще можно было бы назвать главным открытием этого фестиваля, наряду с уникумом-перкуссионистом Корнелом Хорватом.
Tatar TrioЗа названием Tatar Trio с Украины, завершавшего второй день, прятался опять-таки Энвер Измайлов. Планировалось, что это будет его постоянное трио, с которым у него есть интересная, яркая, подлинно этно-джазовая программа. Однако за несколько дней до фестиваля стало ясно, что флейтист и кларнетист Наркет Рамазанов в Кишинев приехать не сможет, потому что будет занят крайне ответственной работой по службе (он играет в оркестре МВД Украины в Симферополе). Приехал только аккордеонист Нариман Умеров. Однако на сцену вышло трио: в нем появилась... вокалистка - родная дочь Энвера.
Конечно, трио пострадало в результате замены солиста: как бы юная вокалистка ни была талантлива, она не могла заменить опытного и тонкого импровизатора, каким мы знаем Рамазанова. Тем не менее, свою долю аплодисментов трио собрало - впрочем, в основном благодаря блестящим сольным номерам Измайлова, который, скажем, не смог удержаться и все-таки сыграл свою рассчитанную на самую неподготовленную публику зарисовку "Это случилось в совхозе Завет Ленинский", где своей гитарой он имитирует рев мотоцикла, гул самолета и прочие "бэ-э", "му-у", "мяу" и "кукареку" деревенской жизни.
BardomaniacsНа удивление немного можно сказать о по крайней мере двух коллективах финального, третьего дня. "Троица" из Белоруссии - добротное фолк-роковое образование, мощно и увлекательно подававшее акустические рок-обработки белорусского обрядового и светского фольклора - вовсе не имело никакого отношения к заявленной этно-джазовой теме фестиваля (хотя публику немало развлекло, да и в абсолютном исчислении было бы весьма интересно - на другом, наверное, фестивале).
Германское трио Bardomaniacs (название образовано от имени лидера, аккордеониста Михаэля Бардо Хеннинга)... Типичный уличный коллектив: развеселый, с умением утрированной мимикой и грубоватыми музыкальными шутками сообщить публике определенный эмоциональный настрой, со своим "белым клоуном" - смешной американской тубисткой Полиной Боэйкенс. Но этно-джаз? Увольте.
Окай ТемизЗато вполне этно-джазовым был Проект Окая Темиза. Окай Темиз - колоритный персонаж из Турции, сумевший завоевать заметное место на мировой этно-джазовой сцене. Как перкуссионист он, строго говоря, довольно посредственен, но он - яркий шоумен, умеющий минимальными средствами завести публику, развлечь ее звуками всяких экзотических инструментов (вроде "говорящего барабана") и выжать максимум из партнеров - что он и проделал, воспользовавшись тем, что партнеры ему достались отменные: барабанщик "Тригона" Олег Балтага, еще один талантливый кишиневский барабанщик Александр Завалий, а в нескольких пьесах - басист "Тригона" Александр Мурзак. Они ему, собственно, всю музыку и сделали.
Таким был фестиваль "Ethno Jazz Trio". Было заметно, что он стал ярким событием в жизни столицы Молдовы: к музыкантам на улице подходили люди, благодарили за выступления, часть третьего вечера фестиваля шла в прямом эфире 26 канала кишиневского телевидения, и т.д. Симпозиум, проведенный-таки в третий день за почти круглым столом с адекватным переводом всех выступлений на понятные присутствующим языки, все-таки, благодаря проведшему его председателю союза композиторов (и бывшему министру культуры) Молдовы Геннадие Чобану, прошел удачно и привлек не только участников фестиваля, но и местную прессу, задававшую вопросы и вообще демонстрировавшую интерес. Организаторы в лице Натальи Штефанец говорили, что еще не могут осознать, что все-таки провели то, что задумывали. Раздавались намеки на то, что фестиваль должен стать регулярным (раз в два года). Ну, дай Бог. Первое его издание было хоть и крайне эклектичным, но и очень ярким.

Кирилл Мошков,
редактор "Полного джаза"
фото автора

На первую страницу номера

    
     Rambler's Top100 Service