ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!


ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск # 4
2003

Рецензии

* * * * * - шедевр
* * * * - отличная работа
* * * - хорошая работа
* * - хорошо, но скучно
* - не стоит затраченного времени


Barney McAll
-
"Release The Day"

Columbia, 2002

61:07

* *

Австралийский клавишник Барни Маколл всю жизнь у кого-нибудь учился. У саксофониста Гэри Бартца, с квартетом которого гастролировал по Европе и США. У его коллег, Ричи Коула и Винсента Херринга, во время их туров по Австралии. У музыкантов нью-йоркского Даунтауна... Но главный поворот в его обучении случился шесть лет назад, когда он выступил в Гаване, где местные музыканты (включая самого Чучито Вальдеса) не только устроили ему концерт в Доме Культуры №6, но и на практике объяснили, что такое сантерия - современный афрокубинский неоязыческий культ, пронизавший всю жизнь нынешней Кубы, от гаванских подворотен до райкомов партии. В результате на новом, третьем по счету альбоме Маколла присутствуют Гэри Бартц, Даунтаун в лице изысканного барабанщика Джои Барона и напористого гитариста Курта Розенвинкеля, но главное - очень-очень много сантерии, включая не только обильные афрокубинские элементы аранжировок, но и посвящения оришам (божествам культа) на обложке диска. При этом и Барон, и Розенвинкель, и тенорист Питер Апфельбаум, и опытный басист Тони Шерр, но главное - маститый и непредсказуемый альтист Гэри Бартц привнесли в звучание альбома много интересных элементов. Особенно это касается Бартца: как только начинают звучать его соло, начинается прямо-таки яркий этно-джаз с большим уклоном во вторую часть этого составного термина.
Чего в альбоме нет - так это лидера. Барни Маколл - неплохой клавишник, но, как только саксофон Бартца или гитара Розенвинкеля перестают звучать, музыка как таковая заканчивается, и начинаются мастеровитые, приятно сыгранные, крепкие, но вполне безликие шаблоны world music. Особенно ярко это проявляется в последнем треке, где Маколл остается один - и не может произвести ничего, кроме вялых звуковых обоев.
Однако, кроме последнего трека, в альбоме есть еще семь других, и по крайней мере четыре из них содержат кое-какие любопытные идеи и весьма гладко сделаны. Да и запись выполнена не вполне шаблонно и достаточно стильно (Джо Марсиано на бруклинской студии Systems Two, кроме двух маловыразительных треков, записанных Мартином Стамфом на Warehouse).


Jobim, Vinicius & Toquinho con Miucha
-
"Live @ RTSI"

RTSI Televisione Svizzera, 2002

42:32

* * * * *

Уникальный концерт, состоявшийся в студии RTSI (итальяноязычного канала швейцарского телевидения) 18 октября 1978 года: вместе поют три крупнейшие звезды современной бразильской музыки, в первую очередь - ее самого интеллектуального, городского, южного (т.е. развивавшегося в Рио и Сан-Паулу, противоположного язычески-плясовому северному, развивавшемуся в Байе) направления, известного как новая волна (bossa nova). Композитор и пианист Том (Антонио Карлуш) Жобим, композитор и гитарист Токиньо (Антонио Пекки Фильо) и один из величайших поэтов-песенников босса-новы, Винисьюш де Мораес. Винисьюш (в тот момент - действующий сотрудник дипломатической службы Бразилии) подпевал, сидя за покрытым скатертью столиком, двое остальных играли и пели каждый свои суперхиты (Жобим - "Samba de Uma Nota Sa", "Desafinado", Токиньо - "Tarde em Itapoa", "Sei La" и т.п.), временами к ним подключалась еще и певица - Миука, и все это - под скромный, вполне в традициях босса-новы, аккомпанемент: саксофон (флейта), фортепиано, гитара, барабаны, бас и перкуссия. Запись ужасного качества, типичная телевизионная, с торчащими голосами, гуляющей (несмотря на усилия мастеринга) фазой и отвратительной акустикой телестудии, полной отражающих поверхностей - но все это отступает перед невероятной витальной энергией босса-новы, которая в этой записи нисколько не замаскирована ухищрениями продюсеров. С легкой руки Крида Тейлора, записывавшего в начале 60-х первые на мировом рынке пластинки переступившей границы Бразилии босса-новы, это "продвинутое" ответвление самбы повелось записывать как легкую, воздушную, с еле очерченным ритмом и загадочно полускрытой чувственностью музыку. Тогда как любая самба, и новая ее волна в том числе - музыка неприкрыто эротичная, напористая, драйвовая, хотя именно в босса-нове упор делается и не на ритме самом по себе, а на его переплетении с мелодикой и текстом песен (в чем бразильская музыка отчасти напоминает русскую). И эта чувственность и жизненность босса-новы отлично продемонстрирована безыскусной, но пышущей подлинной страстью записью трех титанов, взаимно заводящих и подзуживающих друг друга. Кроме того, просто очень интересно слышать знакомые песни не в исполнении тех, кто их прославил, а в авторских вариантах.


Robert Johnson
-
"Contracted To The Devil. An Introduction To The Works Of The Legendary Bluesman"

Columbia, 2002

63:37

* * * *

Очередной раз задаюсь вопросом: как можно оценивать абсолютную классику? Интересоваться блюзом (не говоря уж о том, чтобы любить его всерьез или, тем более, играть) и не знать творчества Роберта Джонсона, таинственного гитариста с Юга, с именем которого связано множество легенд - невозможно. Другое дело, что все и знают в основном только легенды - о том, что юный Джонсон толком не умел играть, хотя очень хотел, потом пропал но полгода, а когда вернулся - гитара и голос его звучали с таким совершенством, что все буквально сходили с ума, услышав его. И все потому, что он заключил сделку с дьяволом (ночью, на перекрестке, конечно же). Легенды были придуманы самим Джонсоном и декларировались им в соответствующих записях - они присутствуют здесь: "Me And The Devil Blues", "Crossroad Blues". В канон они были возведены кинофильмом "Перекрестки" ("Crossroads", 1986), где юный белый блюзмен отправлялся на Юг, чтобы отыскать потерянную песню Джонсона.
Правда в том, что Джонсон умело вычленил из хаотической игры и неуверенного пения своих предшественников и современников ряд исполнительских приемов (как в вокале, так и в игре на гитаре), заучил эти приемы, отточил до совершенства и таким образом создал первый канон блюзового исполнительства, который за ним начали копировать и изучать блюзмены следующего поколения - Мадди Уотерс, Элмор Джеймс и т.п. Точно так же он собрал из старых блюзов характерные строчки и бродячие сюжеты, создав в своих песнях пусть неоригинальный, но эстетически завершенный свод блюзовой поэтики. Правда в том, что в 1936 и 37 годах он сделал в Сан-Антонио и Далласе канонические записи своих сочинений-компиляций, всего около трех десятков треков, которые и стали первым блюзовым Сводом Законов. Правда и в том, что ревнивый муж любовницы убил 27-летнего Роберта 16 августа 1938 г. в Гринвуде, Миссисипи. Так что когда парой лет позже на Юг приехал знаменитый фольклорист Алан Ломакс, чтобы найти и записать Джонсона, было уже поздно: миф завершился.
Переиздавать записи Джонсона в результате можно до бесконечности, что и происходит каждые пять лет. Columbia адресует новое переиздание (в прошлый раз оно, ровно с тем же набором песен - из всех существующих выбрано 24 - выходило в 1997-м) начинающим, тем, кто знакомится с Робертом Джонсоном впервые. Странно, но никакой информации ни о самом музыканте, ни хотя бы о датах записи в буклете не содержится. Ремастеринг тоже не поражает воображение (тем более что исходные записи имеют очень низкое качество). Хотя магия Роберта Джонсона говорит за себя сама, начинающему можно было бы рассказать о нем хоть что-нибудь.

Константин ВолковКонстантин Волков

На первую страницу номера

    
     Rambler's Top100 Service