ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!


ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск # 5
2003

Ховард Мэндел: "Не только светлые пятна" (3)
Материал был подготовлен для публикации в Jazz Times по заказу редакции этого (одного из трех крупнейших в мире) джазовых журналов, но затем отвергнут. 
Публикуется в "Полном джазе" в трех частях.

Окончание. Начало в #3 и #4.

Кое-что странное о независимости

Ховард МэнделМожно ли сейчас, в эпоху всеобщей конгломерации, рассматривать Marsalis Music в качестве модели малого лейбла? К январю 2003 г. эта фирма выпустила только собственные альбомы Брэнфорда, и при этом ее маркетингом занимается Rounder Records Group посредством соглашения о сотрудничестве с Island/DefJam Records для дистрибьюции через Universal Music Group (на момент написания этого материала владельцем Universal все еще была французская водяная компания Vivendi, пытающаяся стать международным медиа-конгломератом). Разобрались?
"Rounder - это группа лейблов", поясняет Шери Сэндз, вице-президент по продажам и маркетингу Rounder Records. "Мы делаем всю подготовку и маркетинг альбомов, а Universal продает и рассылает их, занимается собственно дистрибьюцией. Я напрямую работаю с джазовыми специалистами Universal для того, чтобы альбомы были полностью подготовлены для розничной продажи. Соглашение о дистрибьюции при этом заключено через Island/DefJam Records, продукция которых тоже находится на дистрибьюции у Universal. Таким образом мы можем быть уверены, что дистрибьюция Marsalis Music на ближайшее время находится на высоком уровне... Джаз для Rounder - не новость. И он мало чем отличается от других жанров, на которых мы специализируемся. Альбом Брэнфорда - традиционная джазовая запись, посвящение Джону Колтрейну, Сонни Роллинзу и Джону Луису, и к нам поступает много комментариев от розничных торговцев по поводу высочайшего уровня музыкантов, принявших участие в этой записи - Брэнфорда, барабанщика "Тэйна" Уоттса, пианиста Джои Кальдераццо и басиста Эрика Ревиза. Мы верим, что этот альбом привлекателен для массового слушателя. У Брэнфорда будет поддержка розничных торговцев - правильное позиционирование его альбома, размещение его CD в постах прослушивания в магазинах, что очень помогает продажам. Для любого джазового коллекционера это - прекрасное приобретение. Но и тот, кто слушает джаз нерегулярно, тоже сможет услышать эту запись".
Rounder изначально был лейблом фолк-музыки. Его быстрому росту положил начало внезапный прорыв блюз-рокового гитариста Джорджа Торогуда в конце 1970-х. "У нас было не так уж много джаза", продолжает Сэндз. "Именно поэтому мы очень рады сотрудничать с Marsalis Music. Это очень похоже на то, как мы работали с блюзом, блюграссом и фолк-музыкой: мы фокусируемся на аудитории, которая уже есть у данного жанра, и пытаемся расширить ее, обратиться к другим слоям слушателей. Например, сейчас бурно развивается аудитория блюграсса, чему очень помог фильм братьев Коэнов " О брат, где же ты".
Хммм... Поможет ли популярный фильм популяризации джаза? Считается, что 19-часовой документальный сериал Кена Бернса "Джаз", выход которого в январе 2001 г. сопровождался выпуском целого цикла сборников записей джазовых звезд, действительно подтолкнул продажи джазовых записей в 2001 г., но невозможно всерьез считать, что такие фильмы, как "Calle 54", "Канзас-Сити" Роберта Алтмана, "Птица" Клинта Иствуда, "Около полуночи" Бернара Тавернье или "Mo' Better Blues" Спайка Ли, вдохновили более или менее значимое количество покупателей дисков.

Изучение другого случая

"Надеюсь, Marsalis Music продает тонны дисков. Джейсон (младший брат в семье Марсалисов, барабанщик - ред.) - не единственный Марсалис, с которым я говорил о присоединении к моему лейблу", говорит Марк Сэмюэлс, который на базирующемся в Нью-Орлеане лейбле Basin Street Records работает, по его определению, генеральным директором, продюсером, главным поваром и мойщиком бутылок. Дистрибьюция, реклама и маркетинг его продукции зависят от нескольких маленьких независимых фирм, а модель бизнеса его компании может служить альтернативой тому, что обычно принято в рекорд-бизнесе.
Диски Basin Street весьма специфичны, принадлежат в основном местным музыкантам, но у музыки Нью-Орлеана есть хорошие традиции адресоваться к более широкой, недели местная, аудитории. "Моя цель - собрать вместе лучшую нью-орлеанскую музыку: соул, фанк, блюз. Здесь столько талантов, и я, как их поклонник, заинтересован во всех этих видах музыки". Сэмюэлс открыл Basin Street в качестве хобби - главным образом для того, чтобы записать нью-орлеанского трубача Кермита Раффинса (в ноябре 1997 г., в клубе Tititina's, перед полностью забитым залом). Сразу после презентации CD Раффина Сэмюэлс столкнулся с другим трубачом - Ирвином Мэйфилдом, который, как Сэмюэлс знал, как раз вместе с барабанщиком Джейсоном Марсалисом и перкуссионистом Биллом Саммером только что основал группу Los Hombres Calientes (буквально - "Горячие парни" - ред.). "Ирвин сказал: я слышал, что у тебя хорошо получилось с пластинкой Кермита. Может, хочешь выпустить нашу? Я ответил: ну, если хотите выпустить пластинку к фестивалю (ежегодный Нью-Орлеанский фестиваль джаза и культурного наследия - авт.), то надо прямо сейчас подписывать контракт. Это было 11 марта. 16 апреля вышел альбом - точно к их концерту на фестивале Французского квартала, который проходит за неделю до Джазового фестиваля. На CD-прилавке фестиваля в тот год этот диск стал бестселлером: у Ирвина был свой сет, и в конце его группа сыграла четыре композиции. После этих 20 минут игры они продали 800 экземпляров. На следующий год они уже играли полный сет как Los Hombres Calientes, и диск опять стал бестселлером. лейбл еще не был официально зарегистрирован и не участвовал в статистике Soundscan, и только поэтому их первый альбом не смог претендовать на Billboard Latin Music Award 1999 г. - зато в 2000 г. они получили первую премию".
Сэмюэлс говорит, что продал около 20 тысяч копий каждого из трех дисков Los Hombres Calientes, но ему потребовалось четыре года, чтобы продать такое количество копий первого диска, а третьего - всего год. Эти цифры могут показаться завышенными, потому что продажа 20 тысяч копий джазового альбома за год - нынче весьма редкое явление; кроме того, подтвердить эти цифры тоже непросто - ведь большинство этих дисков продавалось не через магазины, а возле сцены после концерта.
"Я уверен, что продажи сильно зависят от интенсивности гастролей", говорит Сэмюэлс. "Если расписание турне позволит, я уверен, что мы продадим 50-100 тысяч копий третьего диска Los Hombres Calientes. Прошлым летом они совершили свой самый длинный на настоящий момент тур - с 16 июня по 3 июля, и играли каждый вечер (кроме двух). Они выступили на семи фестивалях в Канаде (первый раз, когда они играли в этой стране). Конечно же, организация такого турне - сама по себе очень дорогостоящая операция. До выпуска третьего альбома состав всей гастрольной бригады группы не превышал шесть человек; теперь они ездят вдевятером.
Я делаю все, что необходимо", говорит Сэмюэлс о своей работе с альбомами группы. "Я вкладываю деньги в поддержку тура, оплачиваю путевые расходы, оплачиваю телеэфиры. Если Los Hombres играют перед 400-500 слушателями, они продают 100 CD. Я надеюсь на то, что владельцы этих дисков расскажут о них своим друзьям, и на каждый проданный на концерте диск мы в результате получаем два-три диска, проданных уже через магазины".
Надежды на еще большие продажи Сэмюэлс возлагал на другой релиз Basin Street - работу клавишника блюзовой певицы Бонни Райтт, Джона Клири, "Jon Cleary and the Absolute Monster Gentlemen", где музыкант не только играет, но и поет собственные песни. "Я понимаю, что инструментальный джаз продается труднее, чем вокальная музыка", говорит Сэмюэлс, "но очень хотел бы помочь сделать инструментальный джаз популярным музыкальным жанром". Он говорит, что Клири обычно продает за концерт около 120 CD.
Список релизов Basin Street за 2002 год включал также альбомы пианиста Генри Батлера и ансамбля Headhunters (полу-фанкового, полу-smooth), которым когда-то руководил Хэрби Хэнкок и который теперь воссоединился - но без Хэнкока. "Пока что моего количества релизов хватает для дистрибьюторов", добавляет Сэмюэлс. "Всего у нас 18 наименований, из них семь вышли в последние несколько месяцев, причем их производство я уже полностью оплатил. Так что можете представить, в какой хитрой ситуации мои финансы - особенно если учитывать, в какой ситуации находится система розничной продажи. Так, Tower Records принудил моего дистрибьютора принять более долгие сроки оплаты поставок, а дистрибьюторы, соответственно, перенесли это на меня, так что я теперь получаю свои деньги через шесть месяцев после того, как надо было бы. Я вполне согласен на это, потому что я хочу, чтобы у розничной торговли был определенный запас копий каждого CD. Но есть и другие типы розничных торговцев, с которыми я работать не хочу: они требуют, чтобы каждый год весь мой товар продавался полностью, чтобы у них не оставалось товарных остатков. 
Я никогда не думал, что раскрутить альбом может стоить так дорого, а также что возврата средств приходится ждать так долго. Я готов согласиться с этим, но все еще поражаюсь, как дорого стоит продать CD! Продав 100 тысяч копий, я все еще не знаю, когда смогу перестать подкармливать свою компанию из личных сбережений. Это довольно шаткий бизнес, в общем. Но я верю в каждого из своих артистов. Я верю, что через 75 лет люди все еще будут покупать некоторые из этих альбомов и обсуждать их. Я верю, что люди всегда будут ходить слушать живую музыку, и что мы пока только скребем по поверхности нашей подлинной аудитории. И я уверен, что надо всего лишь играть перед все большим и большим количеством людей".

Джаз-клуб - не джаз-клуб?

Эта стратегия вполне может быть действенной, покуда есть места, где играть перед людьми.
"Я думаю, что многие модели сейчас изменяются", считает Джеймс Брауни, который ранее руководил нью-йоркским клубом Sweet Basil и осенью 2002 г. на его месте открыл новый клуб - Sweet Rhythm. "Компании грамзаписи меняют модели своей работы, клубы - своей. У нас есть возможность и потребность измениться. Это - именно то поле, на котором в джазе всегда были светлые пятна. Если появляется возможность изменений - это всегда светлое пятно.
Я вижу потенциал для развития бизнеса в принятии всех новых возможностей. Например, в расширении в Интернет. Я слышу эти возможности в музыке таких музыкантов, как барабанщик Дафнис Прието, который привносит так много разных элементов в музыку, которую играет, и меняет все, чего касается.
В случае со Sweet Rhythm, первое и главное изменение - больше не называть его джазовым клубом и проводить гибкую репертуарную политику. Я стремлюсь создать место, где люди могут ожидать увидеть что-то новое. Вернуть в музыку элемент неожиданности, который давно пропал из нее - так что музыка стала настолько предсказуемой, что всем наскучила. Я хочу слушать новое, пробовать новое - срабатывает оно или нет. В конце концов, если я кого-то ставлю в программу на один вечер и это не срабатывает, это не убьет меня - пока я не делаю это обычным, регулярным делом.
Концерты, которые я ставлю в программу - это вовсе не обязательно поддержанные фирмами грамзаписи события с участием больших имен и привлечением масс-медиа. Это может быть кто угодно, кто хорошо играет. Я рассчитываю построить репутацию клуба, а не ввязываться в войны с другими клубами за то, кто поставит к себе ту или иную звезду.
В моем помещении 130 мест. Иногда мы не берем плату за вход. Я не собираюсь требовать по сорок долларов на входе. Я хочу, чтобы работа клуба была гибкой. У нас будет живая музыка, будут диджеи, будут представления разговорного жанра. Я хочу получать от всего этого удовольствие. Я хочу создать сообщество людей, заинтересованных в происходящем в нашем клубе, и иметь прямую связь с ними по электронной почте. И если все это будет иметь успех, люди будут заходить сюда просто так - узнать, что тут происходит.
Когда у нас играет джаз, это должен быть джаз - свингующий, заставляющий притаптывать в такт", говорит Броуни (в старом Sweet Basil играли ансамбли Дэвида Мюррея, оркестр Гила Эванса, группа Sphere, но никогда не играли коллективы смешанных жанров). "Но в других случаях это вообще будет не джаз. Джаз все равно меняется, существую я или нет. Он нуждается в обновлении. Я сделаю, что смогу, чтобы оставить в расписании моего клуба барабанщика Луиса Хэйза и пианиста Хэнка Джонса, и чтоб они играли, что играют. Но, может быть, их заинтересует сделать что-нибудь еще? Например, может быть, Хэнк захочет сыграть концерт с Шейхом Тидиане Секком (музыкантом из Мали, с которым он записывался)? Пианист Кенни Баррон, например, готов играть в самых разных вариантах. Для меня все эти вещи - светлые пятна".

Наследие Пола Уайтмена: сделать из джаза леди

Джазовые клубы и малые составы обладают прирожденной гибкостью, которой не так много у больших оркестров и крупных концертных площадок - что особенно заметно по результатам 2002 года, когда известные джазовые оркестры, которые возглавляли Джон Фаддис и Джон Клэйтон, потеряли свои базы соответственно в Карнеги-Холле и "Голливудской чаше". Фрэнсис Ричард, вице-президент по концертной музыке в ASCAP (организации, защищающей смежные права музыкантов, авторов музыки и текстов - ред.), соглашается, что тенденция удаления джазовых оркестров с таких площадок тревожит, хотя и не больше, чем общий крен политики концертных залов от американской музыки в сторону европейской классики. И она соглашается с тем, что звучание джаза в больших концертных залах значит больше, чем просто привлечение в них аудитории среднего класса.
"Когда Ирвингу Берлину был 101 год, мы позвонили ему и спросили: что мы можем сделать для прославления вашей музыки? Он ответил: пожалуйста, сыграйте мою музыку там, где играют хорошую музыку - в Карнеги-холле. Я думаю об этом, когда обдумываю важность быть представленными там для современного музыкального сообщества. Классическая ли это музыка, или джаз - нам пора поддерживать наши собственные таланты".
Процент джаза в программах Карнеги-холла в 2002 г. упал ниже, чем уровень продаж джазовых записей - ее присутствие в программе после роспуска Carnegie Hall Jazz Band ограничилось участием в организации джаз-фестиваля JVC совместно с Festival Productions Джорджа Вейна (который одновременно является членом правления Карнеги-холла).
"Есть и хорошие новости", говорит Ричард. "Уровень отчислений за использование прав, которые мы защищаем, сохраняется, в нашей сети распространения есть прирост за год, и в апреле мы создали премию фонда ASCAP для молодых джазовых композиторов - для тех авторов, которым не более 30 лет. Мы сообщили об этом на крупной пресс-конференции в Вашингтоне, в которой участвовал конгрессмен Джон Кониерс (главный пропагандист джаза в Конгрессе США - ред.) и играл трубач Артуро Сандоваль. У нас также есть проект по заказу музыки у определенных композиторов, который мы развиваем совместно с Международной ассоциацией джазовых преподавателей. Каждый год мы заказываем сочинения известным композиторам - членам Ассоциации; в этом году это тромбонист Робин Юбэнкс и барабанщик Джон Холленбэк, и их сочинения будут исполнены на конвенции Ассоциации в Торонто.
ASCAP сейчас - это около 175 тысяч членов. Я не могу сказать точно, сколько среди них именно джазовых композиторов - потому, что часто они регистрируются просто как композиторы, без указания жанра. Джаз далеко продвинулся за свои прежние границы - и это касается и академической музыки. Они сейчас очень близко сходятся. И мне это очень нравится".

Смешение жанров - или корни?

Джазовых новаций очень ждут. Но если джаз отрицает свою джазовость? Этого мы не хотим. Стойкость в сохранении корней? Куда же еще обратиться, если не в "Джаз в Линкольн-центре"?
"Светлые пятна? Все они были на сцене вчера вечером, в финале конкурса школьных биг-бэндов имени Эллингтона", с энтузиазмом говорит Мэри Фианс Фусс, директор по связям с прессой программы Jazz@Lincoln Center. Она всегда с неподдельным одушевлением говорит об эффекте, который имеют образовательные, исполнительские и концертно-организационные усилия, осуществляемые этой программой под руководством трубача Уинтона Марсалиса, несравненного в последние два десятилетия защитника джазовой традиции.
"Это было прекрасно. Если вы хотите убедиться в том, что джазовая музыка жива и здорова, вам надо было услышать ребят в Эйвери-Фишер-холле, которые играли от самого сердца перед своими друзьями, семьями и другими слушателями, которые приветствовали их стоя. Это было просто прекрасно - видеть, как Уинтон обменивается импровизационными фразами с лучшими ребятами из оркестров-победителей... В конце он сказал им: мне уже 40, и пока я рос, я никогда не писал никому благодарственных писем. Но я хочу, чтобы вы, получающие эту премию от благотворительных фондов, написали им такие письма. Обратитесь к тем, кто присуждает эти премии. Пусть они знают, что вы им благодарны".

Подарок

Раньше музыка воспринималась как подарок - причем и слушателями, и музыкантами. Теперь как подарок с благодарностью воспринимается тот факт, что джаз вообще выживает. В январе 2003 г. на конференции Ассоциации джазовых преподавателей в Торонто было около 6000 участников, в основном - студентов и преподавателей, разбавленных активистами из области джазового радио и джазовой журналистики, нотного и музыкального издательского бизнеса, фирм грамзаписи, концертных организаций, некоммерческих организаций и других профессионалов славной музыки. Все рыскали в поисках идей, возможностей заработать, потенциалов и направлений. Все - в той или иной форме - понимали сущность джаза, и все признавали, что за развитие джаза надо платить немалую цену. Не было согласия в том, как именно достичь этой цели - развития джаза, но когда в джазе вообще был консенсус? Возможно, если мы будем слушать и пытаться увязать друг с другом предложения каждого из нас, мы сможем найти эффективные решения наших проблем лучше, чем слепые, пытающиеся на ощупь представить себе слона. До тех же пор, пока мы этого не сделаем - поднимем наши чаши за все хитрые схемы и их авторов, которые позволяют джазу выживать.

Ховард Мэндел,
президент Ассоциации джазовых журналистов

На первую страницу номера

    
     Rambler's Top100 Service