ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!


ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск # 10
2003

Понять, услышать, постичь: читатели обсуждают тему понимания языка джаза
Напоминаем: началом дискуссии послужило письмо нашего читателя Артема Морозова, опубликованное в предыдущем выпуске "Полного джаза". Сегодня - первые три отклика от читателей.

Я отношусь к слушателям джаза с более чем 10-летним стажем. Как в 23 года услышал исполнение Лестером Янгом темы "Polka Dots and Moonbeams" на пластинке "Мелодии", так и оцепенел, и оцепенение окончательно не прошло, мутировало в тихий восторг. Косяками потянулись "сладкие" записи - от Хокинса и Уэбстера до раннего Майлса и Эвансов И это продолжается уже 15 лет. 
Безусловно, когда я позднее столкнулся с бопом, а еще позднее - с авангардом, эмоциональная часть понимания джаза ощутила дискомфорт. Боп позднее был принят на ура, авангард до сих пор с трудом приемлю. 
К чему это я ? Да все к тому же... совершенно не обязательно постигать умом эти вещи, вернее , если это понимается без напряжения - welcome! Более того, мысль есть производное от эмоции; - спорная фраза, точнее она также верна и наоборот, т.е., если человек улавливает сначала духовную составляющую "A Love Supreme" Джона Колтрейна, а потом уже балдеет от гармонического построения, это тоже верно, итог один - понимание. 
А вообще, если что-то уходит от твоего понимания, может, это просто не твоя музыка? И дело не в том, что ты не можешь понять смысла... У меня эта проблема выразилась в отношениях с оперой - за исключением пары опер Моцарта; хотя классика, в общем, слушается только чуть меньше джаза. 
Авангард - то же... как ни пытался слушать Дона Черри или Сэсила Тэйлора, результат - шум в голове и неясная злость на самого себя за трату времени... Все остальное, от Флетчера Хендерсона до Джона Аберкромби и Джона Зорна (с Биг Джоном Паттоном ) - легко слушается... 

С уважением, 
Игорь Анисимов 

Несмотря на то, что Артем пишет об изучении гармонического языка, техник и прочего, думаю, вопрос в его письме поднят другой. Его письмо наполнено более общими мыслями и, я бы даже сказал, эмоциями. Я бы мог рассказать в деталях какую гармонию и в какой последовательности я изучал, но это никому не интересно; гораздо важней то, что мною движет и к чему я стремлюсь, но это вдвойне неинтересно. Поэтому я бы хотел сказать о том, что могло бы двигать каждым из нас, о том, к чему каждый из нас мог бы стремиться. 
Что такое "джаз"? Когда какие-нибудь мои знакомые (даже музыканты) спрашивали, какую музыку я играю (или слушаю), я всегда терялся и толком не знал, что ответить. Что им придет в голову при слове "джаз": диксиленд сверхсрочников военных оркестров на Невском Проспекте, "DePhazz", или Фрэнк Синатра, или что угодно еще? Как объяснить им, что и Арчи Шепп, и Джордж Бенсон, и Гарбарек, и Пасториус, и Пэт Метини, и Джанго Рейнхардт, и Эллингтон, и Гил Эванс, и, более того, ранний Дэйвис и Дэйвис 80-х - 90-х - это все джаз (а в последнем случае еще и один человек!)? 
Джаз - это уже давно не музыкальный жанр, это подход к музыке, и основной принцип этого подхода, принцип, который принимается a priori, - это свобода, во всех ее конкретных (технический аспект игры на инструменте, принцип импровизационности, подход к композиторским техникам и т.д.) и абстрактных проявлениях. Поэтому джазовый стандарт "Take The A Trane" в исполнении оркестра Ленинградского мюзик-холла - это не джаз. А поп-песня Синди Лопер "Time After Time" в исполнении Майлса Дэйвиса - это джаз. 
Артем пишет: "Обязательно ли изучать язык джаза, чтобы его понимать?". 
А обязательно ли изучать японский язык, чтобы понимать менталитет японца? 
Это каждый решает сам для себя. А если я скажу, что необязательно, неужели это остановит Артема? Я очень сомневаюсь. Если он чувствует в этом необходимость, он все равно будет продолжать этим заниматься. 
"Бесспорно одно - для большинства (включая и меня) нет целостности, особенно в джазе. (...) И совершенно понятно, что для людей СЛУШАЮЩИХ джаз, но не УСЛЫШАВШИХ его (хотя разницы зачастую многие и не видят), открыто немногое. Я изучаю теорию, я дошел до того, что чувствую, будто что-то упускаю. Это только начало. Я надеюсь услышать что-то большее. Но ведь я могу и ошибаться...
Всегда что-то опускается, всегда что-то неизвестно до конца, никогда не узнаешь, в правильном ли направлении ты идешь, пока не дойдешь до цели, это всегда риск. Это всегда необходимость принять решение, полагаясь только на свои знания и интуицию; и никто не даст никаких гарантий. Но с другой стороны, каждый человек, в той или иной степени занимавшийся творчеством и относящийся к этому серьезно, знает ощущение, когда внезапно отнимается способность делать то, что ты делал всегда и чего не делать не можешь; знает возникающее при этом каждый раз ощущение страха, что на этот раз это - навсегда. 
В этом парадоксальность творчества и искусства: с одной стороны - ты берешь на себя ответственность и отвечаешь за все, с другой - ты можешь быть лишен всего в одно мгновение и против своей воли. А целостность? Целостность (или цельность?) может быть только в человеке, только человек, прикасаясь к чему-то, может подчинить это единой цели, придать направление и эту самую целостность. 
"...Как же так?! Как люди, слушающие джаз десятками лет, понимают его? Неужели это приходит со временем, и знание теории (а также практики в джазе) совершенно необязательно?..
В ответ на этот вопрос и в заключение я бы хотел привести цитату из книги Густава Яноуха "Разговоры с Францем Кафкой": 
Г.Я.: Как вы понимаете литературу, как воспринимаете ее? 
Ф.К.: Никак. Я - сам литература.

С уважением, 
Юрий Лиман 

Когда-то я тоже думал почти в точности то же самое об идеях в джазовых композициях. С тех пор прошел десяток лет (мне 30), и проблема по какой-то причине утратила для меня актуальность. Я не ищу в музыке идей, рассказанных на языке, понятном посвященному.
О языке в джазе можно говорить только в том смысле, что джазовые музыканты пользуются какими-то ритмическими, тембровыми, мелодическими оборотами, которые были накоплены предшественниками и стали частью этого вида музыкальной культуры. Наверное, эти обороты и составляют "язык" (существование "оборотов", общеизвестных выразительных средств особенно заметно, когда они заимствуются другими жанрами - или когда музыка неинтересна.) Те музыканты, кто изобретает новые выразительные средства, могут быть не поняты музыкантами и слушателями, привыкшими к другому "диалекту".
Почему я искал идеи в музыке раньше? Наверно, причина в том, что наша культура - письменная. В сочетании со звукозаписью возникает идея прочтения музыкального текста, которого на самом деле нет.
Вряд ли музыканты, которых я люблю слушать, стремились сказать музыкой что-то, что должно быть понято и запомнено. Человек, имеющий джазовое музыкальное образование, возможно, услышит музыкальный опус иначе, чем простой слушатель. Это не означает, что восприятие второго слушателя неполноценно. Разные люди услышали музыку по-разному, и оба полюбили ее. Через какое-то время оба услышат в ней что-то, чего не слышали раньше.

С уважением,
Михаил Корнеев

На первую страницу номера

    
     Rambler's Top100 Service