ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!


ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск # 13
2004

Самара: особенности национального джаз-рока
Уже в пятый раз в первых числах апреля в Самаре проходит "Музыкальный коллаж", который начинался как областной детско-подростковый смотр-конкурс эстрадно-джазового мастерства и дорос до статуса международного джазового фестиваля (благодаря в первую очередь администрации города, которая уже в который раз изыскивает возможности привоза на фестиваль сильных коллективов из городов-побратимов Самары). 
Сергей БанниковПосле пятого "Коллажа" почему-то хочется рассказать не столько о его лауреатах, сколько о его гостях. Среди лауреатов надо отметить, разумеется, отличный молодой квинтет из Нижнего Новгорода, пианист которого, Сергей Банников, поднял планку куда выше, чем можно было ожидать после традиционных скрипичных дуэтов и рэгтаймов. И надо бы было поименовать остальных нижегородцев, да и отметить довольно внушительное количество "детей и подростков" из Самары и области, Екатеринбурга, Марий Эл - но, по печальной традиции "Коллажа", достать поименный список участников практически нереально. Ну да и бог с ним. Из серьезных местных коллективов в разные дни выступили биг-бэнд Самарской Государственной Академии Культуры и Искусств под управлением Анатолия Майорова, диксиленд Александра Левина. Появился на сцене и новый состав очень известного в городе "Джаз-Вояжа" - из "стариков" в нем остался только гитарист Игорь Трегубов, но и пополнение не вызывает вопросов: чего стоят такие имена, как Николай Мачкасов (контрабас), Андрей Беспалов (рояль), Алексей Раскопов (вернувшийся к тенор-саксофону после довольно продолжительного периода игры на ударных). Был еще сборный коллектив студии "Движение", но его при всем уважении следует пока считать не более чем средним звеном между "детьми и подростками" и теми, к кому уже нет смысла применять возрастные скидки.
Давайте лучше поговорим о джаз-роке. Его играли два коллектива - группа "Playstation" из Штутгарта (название объясняется наличием в городе некоей "станции", на которой играют многие коллективы и появление которой стало следствием активности именно этого состава) и "New A" из Самары. 
В плане возможности проявить себя немцам повезло больше: как гости фестиваля, они отыграли три полновесных отделения в три разных дня и провели два мастер-класса. С учетом их возраста (всем около 25 лет) отбоя от юных студенток музыки они просто не знали. Правда, юные студентки слегка подпортили свой имидж тем, что задали на одном из мастер-классов буквально следующий вопрос: "вот вы говорите, что в традиционном джазе играется сначала тема, а потом импровизация - так вот какова должна быть длительность темы?". Немцы откровенно потерялись - да и кто бы не потерялся? По счастью, в зале нашелся кто-то достаточно подкованный в теории, чтобы ответить с места: "сто процентов"...
Самарскому же коллективу досталось двадцать минут в заключительном концерте, и эти двадцать минут начались с курьеза. Пока перестраивались ударные, ведущий объявил группу Олега Примака как "наш ответ Штутгарту" и был встречен хохотом аудитории: руководитель коллектива с математической точностью выбрал момент для того, чтобы повернуться к залу спиной и нагнуться, прилаживая свой гитарный процессор.
Музыка самарцев и штутгартцев оказалась похожей и непохожей. Составы отличались только наличием у немцев клавишника, а репертуар оказался близким до того, что "New A" сняли из программы композицию "Red Baron", которую немцы успели сыграть раньше. Длинные десятиминутные композиции, продолжительные импровизации на одном аккорде, раскачка каждого соло чуть ли не с полной тишины до жесткого "забоя" - все это присутствовало у обеих групп, и в лучших традициях отечественной ментальности местные поклонники после концерта обвинили "New A" в том, что они-де копируют немцев. Скорее обе команды копируют одного и того же Билли Кобэма, особенно учитывая тот факт, что о существовании "Playstation" как таковой поклонники джаза из Самары узнали примерно в момент их первого появления на местной сцене. 
Ян-Филип Висманн"Playstation" однозначно переиграли Самару в том, что характерно для Германии в целом: качество общего звука, четкость, продуманность мелочей, основательность, правильность. Лучший пример - барабанщик Ян-Филип Висманн, технически едва ли вошедший бы даже в пятерку лучших ударников этого фестиваля (уже стала местным преданием история о том, как на мастер-классе Висманна он с нескольких попыток не сумел сыграть упражнение, показанное ему "студентом" Сергеем Осетровым, которому лет на пять меньше). А вот с точки зрения методологии он играл безупречно, откликаясь малозаметными изменениями на каждую новую идею басиста, и к грувам коллектива придраться практически невозможно - в то время как в Самаре очень мало джазовых групп, в которых пара "басист и барабанщик" работает именно как пара. В плане же техники визави Висманна, Сергей Косынкин - студент всего-то первого курса, принятый в академию культуры по результатам прослушивания и не имеющий даже начального музыкального образования - показывал соло, которые, по признанию кого-то из публики, можно было слушать как "мелодическую музыку", забывая, что это удары по барабанам, а не гитарные пассажи.
Патрик МюллерАбсолютно то же самое можно сказать и о басистах: лидер "Playstation" Патрик Мюллер, постоянно менявший ладовый шестиструнный бас на деланный на заказ безладовый и вооруженный целым чемоданом электроники, технически не сказал ничего такого, что не сказал Алексей Титенко на своем дешевом пятиструнном "J&D", игравший непосредственно в комбик. Оригинальность, разнообразное звукоизвлечение, очень любопытные гармонические ходы полновесными аккордами на пять пальцев - все это присутствовало и там и там. Но взаимодействие с барабанщиком у немцев поставлено на голову лучше, тогда как "New A" играет довольно прямолинейно, словно не ставя себе задачи отслеживать изменения в игре партнера по сравнению с репетиционными находками.
Клаус ВебельКлавишник Клаус Вебель оказывается в одиночестве: ему никто не противостоял. На мой взгляд - самый музыкально оригинальный из "Playstation" человек, умело и к месту пользующийся "колесом" своего синтезатора и вовремя останавливающий пыл своих пальцев, когда нарастающая сверх меры скорость может завести его в опасную зону. Большое впечатление произвело именно это умение наращивать атаку своего соло не по прямой, не по нарастающей, а с каким-то трудно описываемым оттягом, когда скорость выставляется уже к середине импровизации и затем начинает обрастать все большей и большей мелодикой - в момент, когда менее искушенный человек уже просто вовсю молотил бы кулаками по клавиатуре и визжал в экстазе.
А дальше уже начинается то, чем Самара может на этом фестивале политически гордиться. Среди саксофонистов выбор был однозначным - Штефан Кошицки в сравнении с Ильфатом Садыковым не сказал ничего убедительного. Техника была в лучшем случае сравнима, импровизации в лучшем случае были столь же яркими, а вот оригинальностью немецкий поляк совершенно не блеснул: его звук до боли похож на звук Дэвида Сэнборна (Штефан играет на альте и сопрано), но этим музыкант не ограничивается, напоминая Сэнборна и своими импровизациями. Садыков же процитировал в своих соло все, что только можно, от "Во поле береза стояла" до "Пещеры горного короля", не говоря уже о действительно джазовом материале. Эта оценка может показаться пристрастной тому, кто не дотерпел до джема, так как сыгранность немцев "съела" очень многие индивидуальные недостатки, но на джеме все точки над "И" были расставлены.
Нико ШлиманнЧто же касается гитаристов, то это самый сложный случай. Нико Шлиманн - гитарист очень умный, умный настолько, что это бросается в глаза еще до оценки его техники. Было видно, что именно он управляет последовательностью импровизаций, часто довольно активно выражая свое неодобрение товарищам. Было видно, что его массивный рэк с электроникой и процессор с десятком педалей привезен не зря и Нико четко понимает, где и что ему нужно (собственно, в отличие от баса это было не только видно, но и слышно). Было видно, что технически этот парень подготовлен очень и очень сильно, а в его соло слышалось то, что басист "NEW A" сформулировал так: "он ставит перед собой задачу и сам ее решает, а мы обычно ставим задачу и начинаем для ее решения дергать других". Но чисто технически, с точки зрения понимания инструмента, Олегу Примаку Нико все-таки, наверное, проигрывает - и это понятно, разница в возрасте в двадцать лет все-таки чего-то да стоит. Примак показывал и более зубодробительные соло, и даже давал поиграть на гитаре публике (мне удалось послушать запись концерта, и надо признать - гитарный звук в этот момент был выставлен так, что самые безумные удары по струнам и местные шоумены, которые с готовностью подыграли и стали эти струны ЛИЗАТЬ, не производят впечатления неуместной клоунады, делая шум музыкой). А с точки зрения музыкальной - Нико, быть может, также проиграл бы, если бы на этом концерте Олег не страдал печально знаменитой болезнью многих отечественных музыкантов. Эта болезнь, к сожалению, очень смазала именно музыкальную часть выступления "New A", и в выступлении самарцев оказалось куда больше шоу, чем хотелось бы. Хотя, с другой стороны, именно неадекватность поведения на сцене сделала возможным то, в чем Самара переиграла немцев: свободу, страсть, изобретательность. Не было отточенной четкости, но было живое взаимодействие, которое смотрелось именно живым, а не механическим. Самарская публика уже знает манеру своей группы и может подтвердить, что от традиционных аранжировок осталось очень немногое, а впечатляющая "медитационная" часть выступления была сымпровизирована на сто процентов.
Могут ли так немцы? Неизвестно. По счастью, их окружало слишком много восторженных девиц, чтобы у них появилась возможность затовариться сорокаградусным допингом, и в результате на сцене были две похожие - и одновременно непохожие команды. Наверное, было бы куда менее интересно, если бы они честно бодались в одних и тех же терминах. А дисциплинарные проблемы самарским коллективом были решены самостоятельно: надо было видеть после выступления, как трое девятнадцатилетних пацанов из наиболее маргинальных районов города в жесткой форме критикуют за аморальное поведение своего товарища, который старше их на двадцать пять лет и в музыкальном плане стоит выше на две головы. Эта сцена, если вдуматься, внушает куда больше оптимизма, чем обычный концерт без происшествий.
После четырехчасового финального концерта прямо на сцене ДК Железнодорожников (или, официально, теперь концертного зала "Пушкинский") начался джем, в ходе которого появилась вторая ударная установка, а ваш покорный слуга совершенно неожиданно для себя оказался единственным кандидатом на место за роялем. Зато гитаристов и духовиков оказалось человек по десять, да и барабанщики выстроились в очередь даже с учетом двух комплектов ударных. А отъезд немцев прошел незамеченным, так как музыканты вовсю рубили самый оголтелый фанк и не особенно рвались жать кому-то там руки на прощание.
Это был неплохой фестиваль, и дай ему бог все больше и больше собирать таких групп, каков квинтет из Нижнего Новгорода, и все четче и четче разделять на концертах "детей и подростков" и людей, которые уже не учатся играть, а играют. А еще очень здорово, что самарский Пушкинский дом все увереннее отрабатывает авансы, оттягивая на себя городские джазовые концерты и становясь основным инициатором и финансистом многих из них. Так, в ближайшее время Самару ждут три вечера, подготовленные именно здешней продюсерской группой: 24 апреля здесь пройдет выступление Сергея Манукяна, 29 апреля - сольный концерт группы Ивана Смирнова, а в начале мая в ДК Железнодорожников приедет сборная испанско-шведско-китайская фьюжн-группа "Motion", для которой этот выход на сцену может стать первым выступлением в России (кстати сказать, последнее стало возможным не без помощи "Джаза в России" и его редактора).
Да! Забыл сказать, что Ян-Филип Висманн предпочел бронзовому малому барабану от установки "Ямаха" (стоимостью в 12 тысяч долларов) купленный мной лично деревянный малый барабан от установки "Людвиг" (стоимостью 18 тысяч рублей). Что позволяет с гордостью констатировать, что и мы тут не лыком шиты и умеем, сами того не замечая, высококачественно комплектовать свое звуковое оборудование из недоступного в Германии по причине малой ценности барахла. И именно это я называю свободой и изобретательностью, которых ни одному немцу с их аккуратностью и дисциплиной не понять.

Юрий Льноградский,
собкор "Полного джаза" в Самаре

На первую страницу номера

    
     Rambler's Top100 Service