ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!


ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск # 47
2004

X "Джазовые голоса" на сцене ЦДХ
Понятия виртуозности, мастерства, технического совершенства за последние годы почти испарились из нашего шоу-бизнеса. Особенно из его вокального сектора. С эстрады поют люди с неяркими голосами, диапазоном в октаву, часто мимо нот, поют в удобных темпах и в двух-трех расхожих тональностях. Да будет всем им стыдно! Если кто-то из таких исполнителей побывал на юбилейном 10-м фестивале "Джазовые голоса", прошедшем на сцене Центрального Дома художника и завершившемся программой в клубе "На Брестской", то по крайней мере себе самому он точно должен был бы признаться, что так больше жить нельзя...
Сложнейшие партитуры, головокружительные темпы, хитросплетения гармоний, остроумная имитация духовых или электроники. И еще сценическая раскрепощенность, жестикуляция без развязности, театрализация - там, где ее подсказывает музыка. Вот что такое были "Вокальные голоса", организованные и спродюсированные Александром Эйдельманом - инженером-конструктором по профессии и по призванию, но параллельно еще много лет - преданным фанатом джаза. 
Хотя джаз - музыка, в основном, инструментальная, все больше трубы, тромбоны, контрабас, саксофоны, а вокалисты - вспомогательный отряд жанра (в отличие от эстрады, где все вертится именно вокруг певцов), в генах джаза заложено и вокально-хоровое начало (спиричуэлс). На фестивале мы услышали и линию баса, и духовые, и ударные. Но все это было блистательной имитацией: аранжировки написаны так, что один певец изображает щипки контрабаса, другой - гул и звон ударных, два-три человека - оркестровую фактуру, а ведущий солист - импровизацию засурдиненной трубы. И весь состав при этом ритмично прищелкивает пальцами - идеальный аккомпанемент при средних темпах. Все это усилено и "подкрашено" звукорежиссером, как бы еще одним участником ансамбля, звучит ярко, объемно. Эту технику изобрели лидеры вокального джаза - американцы: квартет manhattan Transfer, секстет Take Six, а в 80-х годах ее подхватили и наши исполнители и блистательно продемонстрировали на "Джазовых голосах". 
В первый фестивальный день это были Карина Кожевникова, певшая в сопровождении группы "Зеленая волна", вокалист-виртуоз Михаэль Шифель (Германия) и шведка Агнета Бауман с трио. Три ансамбля - три различных модели.
Модель первая - Кожевникова. Привлекательная солистка с красивым тембром, в совершенстве владеющая всеми приемами джазового вокала. Не скрывает, что ее кумиром является великая Элла Фицджеральд: тембр и фразировка почти идентичны. В репертуаре Карины - популярные темы 30-50-х годов: "Perdido" Хуана Тизола, "'Round Midnight" Телониуса Монка, "Sweet Georgia Brown" Масео Пинкарда, "I Don't Mean A Thing" Дюка Эллингтона, "Lonely Woman" Хораса Сильвера. Классические образцы бибопа: голос, виртуозно состязается с пассажами саксофона и фортепиано...
Модель вторая - немецкая. Михаэль Шифель - молодой профессор Берлинской и Веймарской консерваторий, умеренный авангардист, исповедующий широкое применение электроники и компьютерных технологий. Впрочем, еще чаще он использует чисто голосовые и визуальные эффекты - шипит, причмокивает, подсвистывает, подражая звучанию флейт, синтезатора, трубы с сурдиной. Пританцовывает, не сходя с места, дирижирует свободной рукой, изображая жестами то работу смычком, то акценты труб и тромбонов, то накат оркестровых волн или выразительное вибрато струнных. А порой как бы "прочерчивает" в пространстве линию солирующего саксофона. Виртуозность высшей пробы. 
Модель третья - шведская. Агнета Бауман - одна из наиболее опытных джазовых вокалисток Скандинавии. На профессиональной сцене с 1965 года, несколько лет тому назад уже выступала на "Голосах". Произвела неизгладимое впечатление. В ЦДХ пела в сопровождении трех шведских музыкантов - пианиста Госты Рундквиста, басиста Ханса Андерсона и трубача Боссе Броберга. В репертуаре только баллады - неспешные, задумчивые, медитативно-повествовательные: "What's New", "This Is the End of Beautiful Friendship", "That Old Devil", "I Fell in Love". Чуть хрипловатый тембр, приглушенное звучание "на субтоне", теплота и интимность. Искусно вылепленный образ немолодой дивы из бара или небольшого кабаре - проникновенные негромкие мелодии "с привкусом старого виски и дымком гаванской сигары".
Второй день - еще три группы. Первая - "Кристалл-корус" (Екатеринбург). Chrystal Chorus - знаменитый оркестровый прием Глена Миллера: в квинтете саксофонов - "снизу" два тенора, "посреди" два альта, а "наверху" кларнет. В оркестре Миллера был свой вокальный ансамбль ("Модернерс") - четыре певца и певица, два баритона, два тенора и сопрано, сделавший вокальный слепок с такого саксофонного звучания. Екатеринбургский ансамбль копирует этот расклад: Илья Лаптев (бас), Михаил Иванов (баритон), Алексей Зыкин (тенор), Надежда Пушкарева (альт) и Анастасия Чигирева (сопрано) - слегка скорректированное звучание миллеровской вокальной группы. В программе - старые добрые темы : Эллингтон ("Prelude To A Kiss", "C-Jam Blues"), спиричуэлс ("Deep River"), а еще - песня Владимира Дашкевича на слова Юлия Кима "Ходят кони" из фильма "Бумбараш" и битловские вечнозеленые хиты: "Blackbird", "Honey Pie", "Tell Me What You See" и "Things We Said Todaу".
Еще один яркий вокалист Николай Массальский пел в сопровождении джаз-роковой группы из Рязани Feelin's. Он тоже показал несколько битловских шедевров - "Norwegian Wood", "Fool On The Hill". Его программа была удачно театрализована - он подражал звучанию гитары, синтезатора, трубы, читал прозаические монологи, смешил аудиторию...
Затем на сцене ЦДХ появилась турецкая певица Йылдыз Ибрагимова (ей аккомпанирует пианист Живко Петков). Впрочем, родилась Йылдыз в Болгарии и до отъезда в Турцию в 1990 году носила имя Сюзанны Эровой. Там, в Болгарии, она закончила музыкальную школу, и Софийскую консерваторию по специальности "оперное пение". Уникальный голосовой диапазон, охватывающий полные четыре октавы, и виртуозная вокальная техника позволили ей вскоре выйти за пределы оперных арий Моцарта, Верди и Пуччини. В 1975 году Йылдыз дебютировала как джазовая вокалистка (джазовая классика - Гершвин, Эллингтон, Паркер) и исполнительница народных песен, основанных, как правило, на нерегулярных (семи-, девяти и даже 11-дольных) ритмах, воскрешающих старинные ладовые песнопения, восходящие ко временам св. Кирилла и Мефодия. Пела эта болгарская Има Сумак, словно обладая сразу несколькими голосами, каждый из которых имел свою окраску и свой характер: легато и стаккато, выразительные глиссандо и сухие, резкие щелчки-"уколы", речитативы и ариозо, фразы певучие, мягкие - и жесткие, рваные, "опаленные". Поиски Йылдыз и сейчас направлены в сторону народной музыки, джаза, этно. На концерте в ЦДХ она пела по-турецки и по-болгарски, исполняла "Summertime" Гершвина, "Хабанеру" Бизе из оперы "Кармен" и арию Керубино из "Свадьбы Фигаро" Моцарта, цыганские песни и романсы; танцевала, беседовала со слушателями, спускалась в зал. Ее выступление стало пиком фестиваля. 

Аркадий Петров

На первую страницу номера

    
     Rambler's Top100 Service