ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!


ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #4, 2005

"Джаз.Ру": портал
"Джаз.Ру": журнал
"Полный Джаз":
все выпуски с 1998

наши новости:
e-mail; rss
использование
информации

Loading
Владимир Волков - музыкант без регалий

Владимир ВолковСейчас многие джазовые музыканты начинают получать разного рода регалии. Я не говорю о Голощекине, Гараняне и прочих ветеранах мэйнстрим-джаза, давно ставших культовыми фигурами и получивших вполне официальный статус. Даже такая одиозная личность, как Татьяна Гринденко, недавно была награждена Государственной премией. В то время как безусловно лучший в России контрабасист, играющий к тому же творческую музыку, не имеет никаких званий и титулов. Что это - "рука Москвы", "заговор Кремля" или "случайная закономерность"? И, кстати, как вы к этому относитесь?

- Вообще никак. И Татьяна Гринденко, я думаю, тоже к этому никак не относится. Она слишком известна в мире, чтобы как-то к этому относиться. Знаете, сколько сейчас академий? В Петербурге, например, десятки университетов и десятки академий, хотя, по идее, Университет должен быть один и Академия одна. То же самое происходит с Заслуженными и Народными артистами. Мне кажется, одно другого не исключает: можно быть Народным артистом и…

…хорошим музыкантом?

- …творческим музыкантом. Высоцкий, например, был настоящим Народным артистом, хотя никаких званий у него не было.

Мне показалось, что ваша с трубачом Вячеславом Гайворонским программа была несколько вторичной: вы играли свои старые "Русские песни", и достаточно по-старому. Другое дело, что наша публики "в живую" их не слышала. А что-нибудь из новых проектов?

- Эту музыку мы перестали играть 20 лет назад, и потому сейчас она для нас вновь стала новой, и я не вижу в этом никакой "вторичности". Это всего лишь наш третий или четвертый концерт после 20-летнего перерыва. Так что все еще впереди.

Не кажется ли вам, что в связи с отъездом Ефима Барбана в Лондон и смертью Сергея Курехина питерская творческая музыка осиротела? Тем более что вы стали, скорее, московскими музыкантами, нежели питерскими?

- В конце 70-х годов Барбан просто оказался "в нужном месте в нужное время". Он организовал Клуб Современной музыки, который был центром притяжения творческих музыкантов. Даже [консервативный джазовый критик] Владимир Фейертаг иногда принимал участие в мероприятиях этого клуба. Когда Барбан уехал, уже были определенные тенденции движения творческой музыки в разных направлениях. Руководство клубом взял на себя Александр Кан, который придумал фестиваль "Открытая музыка", который привлекал много зарубежных исполнителей и был достаточно известен в Советском Союзе и Европе.

А что происходит сегодня?

- Ничего не происходит.

Т. е. альтернативной музыки в Петербурге сегодня нет?

- Она есть, но с ней ничего не происходит.

Если можно, подробнее.

- Одна из ветвей - различные проекты некоторых музыкантов "АукцЫона", которые отделяются от основного состава и образуют собственные ячейки. Николай Рубанов, например, помимо "АукцЫона" играет еще в "SKA" (это некая разновидность арт-рока, или даже не знаю, как назвать), "Sax-Мафии" и других группах. Это вполне можно считать альтернативной музыкой, потому что она совершенно не попсовая и даже не роковая. Кроме того, в Питере довольно часто выступает "Волковтрио" - это два-три клуба, к которым мы привыкли и нас там знают.

Некоторая часть публики знает вас исключительно "по Федорову" - по работе с вокалистом "АукцЫона" Леонидом Федоровым.

- [смеется]. Да, есть такие люди. Так вот, недавно мы записали с ним альбом на тексты последнего романа Джеймса Джойса "Финеган" в переводе филолога и поэта Андрея Волохонского, который живет в Европе. Этот альбом совершенно непохож на то, что мы записывали с ним прежде.

Как вы считаете, что должно определять содержание композиции - музыка или слово, а если шире, не теряет ли музыка собственную значимость в результате всякого рода синтезов: живописи, литературы, сценического действия?

- Что касается первой части вопроса, то здесь версий много: в христианстве вначале было слово, а у буддистов - звук. Тенденция к миксу идет еще со времен Древней Греции: греческая трагедия и т. д., хотя степень погружения и импульсы могут быть разные. Если целью такого синтеза является коктейль - это одно, но когда композитор исходит из своего собственного замысла - это уже совершенно другое. Разного рода синтезы существовали всегда, но сейчас стали более очевидными в связи с развитием средств массовой коммуникации. К сожалению, чаще мы являемся свидетелями неудачных примеров такого синтеза - наверное, этим обстоятельством и вызван ваш вопрос. Конечно, до сих пор существуют композиторы, которые пишут музыку, обладающую самостоятельной ценностью, например, Арво Пярт. Кроме того, сейчас все-таки время синтеза, а куда качнется маятник в следующий период, пока неизвестно. Если говорить о том, что музыка сегодня утрачивает собственное содержание, то недолго договориться о конце света.

Любимая тема нидерландского пианиста "нового джаза" Миши Менгельберга: человечество идет к саморазрушению, т. е. к своему концу.

- На мой взгляд, музыкант должен говорить о музыке, а все остальное от лукавого.

Он говорил об американском обществе.

- Но он ведь не американец, а потому совсем не адекватен американскому обществу. Я знаю очень многих американцев, которые считают, что у них все правильно. Они считают себя базовой моделью для человечества и полагают, что только благодаря их жесткому мировому порядку мир до сих пор не разрушен.

Если уж мы заговорили об Америке, то расскажите, как в Америке относятся к российским музыкантам и что за публика ходит на ваши концерты?

Владимир Волков- Те, кто приходят, по большей части готовы к этой музыке. Некоторые из них, например, знают, что такое "АукцЫон", и идут на наш концерт достаточно осознанно. Обычно это бывают либо эмигранты, либо их дети, которые зовут своих американских друзей. Наш последний концерт с барабанщиком Владимиром Тарасовым, Гайворонским и пианистом Андреем Кондаковым в Нью-Йорке вызвал любопытство нескольких человек, которым эта музыка понравилась.

Что это были за площадки?

- Мы играли в разных местах, в основном, в клубах. Например, в Карнеги-клубе напротив знаменитого "Карнеги-Холл" - одно из немногих мест, где разрешается курить. Еще один концерт в Нью-Йорке был посвящен озвучиванию немых фильмов: "Барышня и Хулиган", в котором играет Маяковский, и "Третья Мещанская". И тот, и другой фильм американцы неплохо знают, поэтому наша музыка была для них интересной.

А русский комплекс американоцентризма уже изжит, как вы считаете?

- Мне кажется, нет. По-прежнему многие наши музыканты хотят поехать учиться в Беркли.

Это можно понять, имея в виду чрезвычайно развитую образовательную инфраструктуру в Америке. С другой стороны, существует мнение, что в американском образовании слишком большой упор делается на технологию в ущерб музыкальному мышлению. В таких случаях обычно в пример приводят саксофониста Игоря Бутмана.

- Мне трудно говорить о Бутмане объективно, потому что он был первым музыкантом, с которым я начал играть джаз, и вообще [это он] втащил меня в эту авантюру. Я занимался в училище на классическом отделении, а Бутман - на эстрадном, и эти джазисты старались репетировать где возможно: как только освобождался какой-нибудь класс, его тут же занимали джазовые музыканты. Поэтому я знаю достаточно много о его возможностях и намерениях, просто обстоятельства сложились таким образом, что он пошел по традиционному пути. Но дело в том, что он может играть совершенно по-другому, как было, например, в Вене на фестивале музыкантов из бывшего СССР, когда мы играли квартетом в составе Бутмана, Кондакова, барабанщика Саши Машина и меня. Т.е. Игорь может играть более современно, но считает, что это не его стихия.

Очень хочется послушать более современного Бутмана.

- Я посоветовал ему выпустить этот диск, потому что ни до, ни после он так не играл.

Для разнообразия хочу задать традиционный журналистский вопрос относительно вашей личной жизни, о которой мало что известно: жена, дети…?

- Ничего интересного. Есть подруга, а жена - это когда штамп в паспорте. Родители, слава богу, живы и здоровы.

Какие-нибудь интересные джазовые приключения?

- Это постоянно. Одно из последних - поездка в Таиланд в составе "Волковтрио" и Сергея Старостина. Это уже само по себе приключение - джаз в Таиланде. Мы были там на фестивале дней русской культуры, приуроченном ко дню рождения тайского короля. Он очень любит джаз, наверное, потому что учился в Лондоне и даже собирался стать профессиональным саксофонистом, и вдруг в 1942 году его в 20-летнем возрасте призвали на престол. Но страсть к джазу и саксофону, видимо, осталась. Джаз в этой стране очень популярен: есть даже открытки, на которых король изображен вместе с саксофоном. Нам заранее прислали несколько пьес, сочиненных королем. В Таиланде мы играли два концерта, один из которых происходил на открытой площадке возле национального музея. Концерт начинался в семь часов, но уже с трех на лужайке появились тайские старушки, которые пришли пораньше в знак уважения к своему королю. Сначала мы играли свою программу, а в конце - балладу короля, которую заранее выучили. При исполнении этого номера публика оживилась и стала подпевать, как при исполнении джазового стандарта [смеется].

Насколько благосклонно относится тайская публика к европейскому или американскому джазу? У них ведь совершенно другая музыкальная система: свои лады, пентатоника и пр.

- Как раз перед нашим выступлением была традиционная музыка Таиланда с песнями и танцами. А у нас программа была ориентирована на русскую музыку, к которой местные жители, по-моему, проявили неподдельный интерес. Должен сказать, что люди в этой стране очень открытые и доброжелательные, и эти качества полностью проявляются в отношении к чужой культуре.

Наверное, в понимании чужой культуры человечество добилось большого прогресса, чего нельзя сказать по поводу политики и экологии. Но вот что интересно: американцы столь же открыты по отношению к чужой культуре, как и жители Таиланда?

- Мне кажется, здесь трудно обобщать. В Америке очень разная публика, и на чужую культуру она реагирует очень по-разному, как, наверное, и везде.

Через несколько минут мы отправимся на встречу со студентами местного музыкального училища, и я хотел бы узнать: не занимаетесь ли вы преподаванием?

- Музыкальной педагогикой я не занимаюсь, хотя был один странный опыт, когда во время обучения в консерватории мне предложили преподавать в училище бас-гитару, на которой я не умею играть. К счастью, технику игры на этом инструменте объяснять было не нужно, и я, руководствуясь собственным опытом, просто составил для студентов классическую программу. Вот и весь мой педагогический опыт.

А что, с вашей точки зрения, более важно для музыканта: ЧТО сказать или КАК?

- Музыканту важно понять, ЧТО он играет, т.е. увидеть и услышать это. И задачу педагога я вижу, прежде всего, в том, чтобы помочь музыканту полностью раскрыть себя, а пути для этого могут быть разными. Самое лучшее, чтобы эти ЧТО и КАК были бы в комплексе, но ни в коем случае не следует превращаться в Паганини.

На прощание я желаю вам и впредь не иметь никаких регалий. На мой взгляд, это залог того, что ваша музыка по-прежнему останется творческой.

- Но отказываться от них я не собираюсь… если поднесут.

Беседовал Геннадий Сахаров
Екатеринбург
декабрь 2004 г.

На первую страницу номера

    
     Rambler's Top100 Service