ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!


ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #10, 2007

"Джаз.Ру": портал
"Джаз.Ру": журнал
"Полный Джаз":
все выпуски с 1998

наши новости:
e-mail; rss
использование
информации

Loading

Сколько скрипачей на крыше?
World Music в Израиле

На волне успеха фестивалей-ярмарок под маркой International Exposure, посвященных израильскому театру и танцу, МИД Израиля поспешил в конце марта провести аналогичное музыкальное мероприятие International Music Exposure. Выставку-продажу более чем трех десятков музыкальных коллективов и солистов приурочили к ежегодному "Фести-Джазу" в культурном центре городка Гиватайм (Большой Тель-Авив). На ней побывали джазовый продюсер Михаил Грин и музыкальный обозреватель "Радио Культура" Дмитрий Ухов.

Те тридцать-сорок международных гостей выставки-ярмарки - продюсеры, концертные агенты и журналисты, ради которых, собственно, были организованы дневные показы - знают, что еврейская музыка - это не только "Семь сорок" или "Скрипач на крыше", но и, например, "йеменские" песни Офры Хаза. Но для большинства все-таки образ еврейской музыки ассоциируется со "Скрипачом на крыше" - и картиной Марка Шагала, и одноименным мюзиклом. То есть песнями на языке идиш, с которыми клезмеры - свадебные музыканты из местечек Центральной и Восточной Европы - в начале прошлого века эмигрировали в Америку (впрочем, "Катюша" Блантера, марши братьев Покрасс и оперетки Дунаевского - по большей части, все того же клезмерского происхождения). К концу XX века в Нью-Йорке традиции клезмера были переоткрыты заново, и родилось даже протестное по сути движение музыкантов-авангардистов, которое негласно возглавляет знаменитый композитор, продюсер и саксофонист Джон Зорн.
Всеобщей моды на клезмерский "смех сквозь слезы", к слову сказать, в Израиле слегка стесняются - примерно так же, как в афроамериканском джазе стесняются угодливой улыбки Луи Армстронга. В официальной программе клезмерский вечер в новом клубе "Левонтин 7" фигурировал только как "фриндж", сопутствующее мероприятие, хотя трио BTA Music играло, скорее, джаз с ориентальным акцентом. Но в основной программе был только один подобный коллектив, виртуозный квартет Boom Pam, на сцене удивительно напоминающий наше новоджазовое "Три О".
В основном же, была музыка "мизрахи", то есть "восточная". Как и чуть раньше в США, в Израиле поняли, что наряду с методом "плавильного котла", в котором все, что привозят с собой иммигранты, должно бы образовывать единый сплав, не менее конструктивной остается национальная идея многообразия, иной раз даже музейно-бережного отношения к культурам малых народностей (сказал бы - "национальных меньшинств", если бы лучше знал, к кому это может, а к кому не может - относиться).
Тем более, похоже, неожиданно для самих израильтян и уж явно вопреки всей политической конъюнктуре постепенно образуется некий общий музыкальный сплав, в принципе доступный не только бывшей еврейской диаспоре, но и - что не менее важно - арабам, персам и даже индийцам. То есть - как ни банально это прозвучит - возникла музыка национальная по форме и - уж извините - интернациональная по содержанию.
Еще до образования государства Израиль традиционное пение еврейских общин из Йемена представляло древнюю еврейскую вокальную традицию - хорошо сохранившуюся из-за того, что мусульмане запрещали игру на музыкальных инструментах. Звезда израильской wolrd-поп-музыки Офра Хаза была родом из тех мест, как и совсем молодая Шломит Леви, которая поет ее хит Im Nin' Allu и которой прочат не меньшую славу.
В каждом втором музыкальном коллективе - будь то фольклорный ансамбль, джазовое комбо (квартет Амоса Хоффмана), металлическая рок-группа Orphaned Land, которая очень гордится тем, что "зажгла" тридцатитысячную аудиторию в мусульманской стране - Турции или голливудский r&b (Fools of Prophecy) господствует арабский уд. Тот, что в средневековой Испании получил название "лютня" и позднее превратился в гитару

.

Для певиц почти обязательно владение принятым на Востоке (вплоть до Индии) высоким звонким регистром, так что иногда даже кажется, что в каждой из них уживаются две разных личности. Как в знаменитой курдской вокалистке Илане Элия и молодой эмигрантке с Украины Марине М. Блюмин (которая поет на английском с этно-джазовым ансамблем Common Bond - это в Тель-Авиве, а в отличном иерусалимском клубе "Желтая подлодка" - с пост-роковой группой Helix - на иврите).
На эстраде по сравнению с Западом господствует снежно белый "цвет пустыни" - та же Марина Блюмин с этно-группой выступает в белом костюме (не очень ей подходящем), а с рок-группой - в точно таком же, но... черном.
Наверное, к местному колориту относится подчеркнутое внимание к поэтическому содержанию песен: авторы/исполнители обязательно перед началом пересказывают их по-английски. Думаю, что не только для профессиональной аудитории из влиятельных менеджеров и промоутеров. Эхуд Банай (он сам называет себя "израильским Бобом Диланом") на гастролях за рубежом даже предлагает целую брошюру с переводами своих текстов. Потребность в комментариях особенно остро ощущаешь в "театре песни" Виктории Ханны: пока она - в амплуа Уты Лемпер, Эвы Демарчик или Елены Камбуровой "играет" тексты "Песни песней" - это одно, но когда-то переходит к Каббале - без подробного комментария (чтобы не сказать - толкования) те, кто не знают иврита, не обойдутся. Впрочем, все равно, нельзя не почувствовать значительность и масштаб ее таланта (вполне сравнимый со звездами мирового арт-шансона).
Дин ДинНо в целом это только самые внешние приметы: гораздо любопытнее улавливать "средиземноморские перекрестки", как гласит название диска одной из старейших групп мировой музыки ESTA. В мавританских и византийских мотивах у Самира Махула, неаполитанских серенадах контр-тенора Эзи Леви, в афро-роке группы "Кулума". Последняя буквально на глазах трансформируется в другой ансамбль - скорее, индийской песни, которая у певицы Дин Дин получается гораздо лучше (на фото).

В 1994 году один из самых известных за пределами Израиля музыкантов Яир Далал (его родители эмигрировали в Израиль из Ирака), певец и классический скрипач по образованию, играл на вручении Нобелевской премии мира Ицхаку Рабину и Ясиру Арафату. Ансамбли "Восток-Запад", "Шева", "АнДраЛаМуссия" с одинаковой серьезностью интерпретируют и арабский и еврейский (и европейский) репертуар - от мугама и суфийского транса до греческого сиртаки и этюдов Шопена. Пусть звучит эта смесь порой весьма нарочито, мировой музыке есть с чего начинать: с джаза, давно уже решившего "национальный вопрос". Тем более, что израильские джазмены пользуются авторитетом буквально во всем мире. За пределами Израиля хорошо известны участники "Фести-джаза" - саксофонист-виртуоз Эли Деджибри, интеллектуальный мэйнстрим секстета "Семья Коэн" и биг-бэндовый композитор Ави Лейбович. Настоящее открытие International Music Exposure - постколтрейновский молодежный квартет из Иерусалима the Rats.
За скобками International Music Exposure остались, впрочем, многие выдающиеся открытия израильского джаза последних лет. Назову только двоих: уже солидного музыканта и - наоборот - вундеркинда. О 38-летнем фри-джазовом саксофонисте Альберте Бегере заговорили в 2005 г. после Тель-Авивского джаз-фестиваля. Тогда он присоединился к последнему номеру группы Роя Кэмпбелла Pyramid. И на следующий день записал с ее выдающейся ритм-секцией (Уильям Паркер и Хамид Дрейк) столько материала, что его хватило на два диска (Evolving Silence, vol.1 &2, лейбл Earsay). 9-летний Ариэль Ланьи импровизирует на рояле так, что кажется, будто бы в него переселился дух недавно умершего Эндрю Хилла (посмотрите и послушайте сами)

В общем, в Израиле есть не только скрипачи, и услышать их можно не только на крыше.

Дмитрий УховДмитрий Ухов
в сокращении опубликовано в газете
"Время новостей" N°59
05 апреля 2007

Не удом единым...

Дмитрий Петрович Ухов так подробно описал наше музыкальное путешествие в Израиль, что мне лишь осталось добавить несколько штрихов.
Во-первых, удивила и порадовала хорошая организация International Music Exposure. Расписание полностью выдерживалось и в том, что касалось концертов, и в том, что касалось транспорта.
Во-вторых, не могу не отметить высокого профессионального уровня практически всех музыкантов, выступивших перед нами, хотя в общей сложности нам пришлось прослушать больше 30 ансамблей. Давно не слышал такого количества хороших флейтистов. Правда, количество удистов превышало все разумные пределы, и через некоторое время мои, не такие закаленные, как у Ухова, в этно-музыкальных проектах уши, переставали воспринимать этот экзотический инструмент.
Но, к счастью, не удом единым сильна современная музыка Израиля, и мне, как человеку, интересующемуся преимущественно джазом, тоже было что послушать. К сожалению, мне не удалось побывать на концерте джаз-ансамбля "Семейство Коэн", основными участниками которого являются два брата - трубач Авишай Коэн (не путать с его тезкой - живущим в США знаменитым контрабасистом) и саксофонист Юваль Коэн, плюс их сестра Анат Коэн, весьма недурно играющая на саксофоне и кларнете. Позже удалось послушать их CD и посмотреть их выступление на DVD. Это действительно здорово. Из услышанного вживую порадовал играющий очень заводной фьюжн-ансамбль Common Bond c обладающей сильным и красивым голосом солисткой Мариной Блюмин. И если все сойдется, то московские меломаны смогут их увидеть и услышать в следующем году на 11-м фестивале "Джаз в саду Эрмитаж". Также с удовольствием предоставил бы нашу фестивальную сцену замечательному саксофонисту Эли Деджибри, но он сейчас во всем мире нарасхват. Забавный проект с его участием получился у семейной пары Португали, муж Офер - прекрасный пианист, жена Ирис - красивая женщина и хорошая певица, но зачем-то вдруг решила еще играть на барабанах. И выяснилось, что делать и то, и другое одновременно у нее пока получается не очень...
Ну а причина, по которой я пропустил один из концертов фестиваля в Гиватайме, была вполне уважительной. Один из лучших израильских саксофонистов, выступавший в прошлом году в Москве на фестивале "Джаз в саду Эрмитаж", Роберт Анчиполовский, пригласил меня на концерт американо-израильского ансамбля в знаменитом тель-авивском зале "Opera House", в котором он принимал участие вместе с израильской ритм-секцией. Американская сторона была представлена звездными именами: тромбонист Куртис Фуллер, пианист Лэрри Уиллис и трубач Джим Ротонди. Роберт сразу же предупредил меня, что будет по существу "джем-сэшн". Огромный зал был почти полон. Публика принимала музыкантов на ура, особенно соло Анчиполовского. На мой взгляд, он и Джим Ротонди были в этот вечер лучшими. А вот хэдлайнер, когда-то великий тромбонист Куртис Фуллер, продемонстрировал, что, к сожалению, все у него в прошлом, и до такой степени, что в некоторых композициях он не мог даже доиграть фразу до конца... Зрелище было довольно грустное и чем-то мне напомнило об ощущениях, которые я испытал на недавнем концерте Джонни Гриффина в Москве.
Так что, как видите, впечатлений от недельного пребывания в Израиле очень много и, в основном, они положительные. И теперь надо найти время, чтобы отслушать те семь десятков компактов и ДВД, которыми нас одарили участники International Music Exposure.

Михаил Грин,
джазовый продюсер

На первую страницу номера

    

     Rambler's Top100 Service