ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!


ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #19, 2009

"Джаз.Ру": портал
"Джаз.Ру": журнал
"Полный Джаз":
все выпуски с 1998

наши новости:
e-mail; rss
использование
информации

Loading

Олег Киреев и Кит Джейворс: о рифме и смысле

Российский тенор-саксофонист Олег Киреев выпускает совместный с американским пианистом Китом Джейворсом альбом «Rhyme & Reason». Пластинка была записана в апреле 2009 в Америке при участии контрабасиста Бориса Козлова и барабанщика И Джей Стриклэнда (E.J. Strickland). Оригинальное американское издание состоит из шести авторских пьес (три — Олега и три — Кита), в русскую версию добавлены ещё два стандарта. Альбом выходит весной 2010 г. на принадлежащем Киту Джейворсу новом лейбле Inarhyme.
Российская премьера прошла задолго до официального выхода альбома и состояла из нескольких московских концертов: 1 декабря в театральном зале ММДМ, 2 и 3 декабря — в клубе «Союз Композиторов». Вместо перенесённого на весну 2010 г. концерта в уфимской филармонии музыканты сыграли ещё раз в Москве — 4 декабря в «Палатах старого английского двора», небольшом зале на Варварке, рассчитанном всего на 60 мест.
Компанию Олегу Кирееву и Киту Джейворсу в этом туре составили польские музыканты контрабасист Анджей Швейц и барабанщик Кшиштоф Шманда. Перед Россией квартет отыграл два концерта в Польше — второй из них состоялся в Кракове.

Перед концертом 3 декабря Олег Киреев рассказал об истории создания этого альбома:

— Наша дружба с американским пианистом Китом Джейворсом началась несколько лет назад благодаря интернету, мы пересеклись в чате и понравились друг другу как музыканты. И Кит предложил мне, когда я буду на гастролях в США, доехать до Филадельфии. И вот весной 2008 г. мы сыграли два концерта — один в Филадельфии в Chris' Jazz Cafe, а второй концерт был в очень важном месте — это Blues Alley в Вашингтоне, легендарный клуб. После этого Кейт в начале марта 2009 г. приехал уже ко мне в Россию, мы сыграли на Ярославском джазовом фестивале, и был концерт здесь, в клубе «Союз Композиторов», с контрабасистом Сергеем Васильевым и барабанщиком Артёмом Федотовым.
Далее почти сразу же случились гастроли в Польшу, где один из промоутеров предложил нам в ритм-секцию замечательных музыкантов польского ансамбля Soundcheck — это басист Анджей Свенс (Andrzej Święs) и ударник Кшиштоф Шманда (Krzysztof Szmanda), наши сегодняшние гости. Нам настолько полюбились эти музыканты, их взаимодействие с нами, что мы даже попробовали сразу сделать запись. К сожалению, на польской студии в Лодзи оказался абсолютно непрофессиональный звукоинженер, который шесть часов выстраивал барабаны. Мы отказались от этой записи, успели записать только одну вещь и в расстроенных чувствах разъехались, удовлетворённые туром, но не записавшись.
Буквально через месяц у меня состоялись гастроли в США, и так получилось, что мы с Кейтом подумали: а почему бы нам не использовать эту ситуацию для записи? Мы пришли в студию уже с американскими музыкантами — это наш бывший соотечественник Борис Козлов на контрабасе и барабанщик И Джей Стрикленд, который уже приезжал в Россию и играл со многими.
Реально было записано девять композиций — мы сделали по три авторских композиции и ещё в самом начале записи три стандарта. Пластинка была записана буквально за три часа. В роли основного продюсера выступал Кит, именно он выступил с желанием задокументировать наше творчество. В русской версии добавлены два стандарта «Stella by Starlight» и «On Green Dolphin Street», а третий стандарт не влез по времени — «Bernie’s Tune».
Альбом называется «Рифма и повод». На самом деле я только сейчас, спустя полгода после записи, узнал, что на самом деле означает это название. У американцев есть пословица «no rhyme — no reason», что значит «без рифмы нет смысла». И в данной ситуации Кит использовал эту игру слов. Это также можно перевести как «с рифмой и со смыслом».
На пластинке указан 2010 год выпуска, то есть на данный момент это, фактически, это полулегальный продукт.


Джейворс, Шманда, Киреев, Свенс

Что означает обложка альбома?

— Это дизайн американского художника, который понимает «Rhyme and Reason» по-своему. Было предложено два варианта, второй — просто фотография, и это меня не совсем тронуло. А вот выбранный дизайн мне очень понравился.

Олег, расскажи о своих пьесах, вошедших в альбом.

— Хоть мы с Китом идём в одном течении, но это же два разных композитора. Поэтому вещи у нас несколько отличаются. Мои три пьесы были написаны в разное время и ещё ни разу не записывались. Я мечтал их записать, но никак не удавалось.
«What Is Love» была написана в начале 90-х, я играл её на концертах, ещё когда жил в Уфе. Это баллада, которая решена в стилистике свинга. «Springtime», по-русски я её перевожу «Предчувствие весны» — это конец 90-х. «Chinatown», закрывающая американский вариант альбома, была написана в то время, когда я ещё работал с «Экзотик Бэнд», это 2003-2004 гг. Я не постесняюсь сказать, что это очень хитовая вещь, и я счастлив, что она, наконец, записана. Сколько бы её ни играли — народ всегда подпевает и танцует. В ней есть элементы фанки, но это не чистый фанки, а опять-таки — фанк с позиции мэйнстрима.
Альбом в целом получился очень позитивный по настроению, нет ни одной острой вещи, может быть, за исключением «Springtime», которая получилась несколько с перчинкой. Для меня самого удивительно, что у меня получится такой тёплый звук. Это мой звук, но я никогда его раньше таким не записывал.
Я очень доволен этой пластинкой, в первую очередь самими музыкантами, как они играли, как она записывалась.

Какие-то элементы этники в этом альбоме есть?

— Ну, может быть, в мелодике немножко, в композиции «Chinatown». А так это чисто авторский мэйнстримовый альбом, традиция.

1 декабря в Театральном зале ММДМ состоялась русская презентация нового альбома. Расскажи о своих впечатлениях, как прошёл концерт?

— Я счастлив, что при минимальной рекламе пришёл практически полный зал (на 500 мест) купивших билеты. Концерт получился очень успешным. Мы сыграли два отделения — 65 и 90 минут. Первое отделение было посвящено шести пьесам с пластинки, а второе отделение — мэйнстрим, у нас не было заготовлено заранее программы, мы играли по настроению то, что в данный момент напрашивалось — «Softly As In A Morning Sunrise», «In A Sentimental Mood». Нас три раза вызывали на сцену.

Как польские товарищи влились в ваш квартет?

— Идеально. Мы с Китом хотели привезти в Россию тот же квартет, что записал пластинку, но американцы не смогли в эти сроки попасть. Поляки, конечно, играют несколько по-другому, но на таком же высоком, мировом уровне, и с ними можно смело работать и в самой Америке.

Это твой лучший альбом?

— У меня есть несколько альбомов, которыми я горжусь на сегодняшний день - это «Song for Sonny», «Mandala», ну и новая пластинка. И есть альбомы, которые я люблю не меньше, но в силу, может быть, каких-то технических несовершенств того времени... — это поп-джазовые альбомы середины 90-х — «What Is Love» и «Love Letters», ещё несколько альбомов, включая и пластинки «Орлана», которые и сейчас интересно слушать.

4 декабря планировался большой концерт на твоей родине, в Башкирии...

— Он перенёсся на будущую весну в связи с тем, что даты филармонии не совпали с местными правительственными праздниками. Но это ничего, даже официальная презентация на родине джаза состоится только 4 мая.

Почему ты решил так рано сделать презентацию в России?

— Так получилось, что у нас с Китом образовались два концерта в Польше, и мы решили сделать и Россию. Плюс здесь можно было выпустить диск быстрее, наша страна это позволяет.

Олег, надо полагать, что желание записать мэйнстримовую пластинку в Америке и с американскими музыкантами у тебя появилось довольно давно?

— Я думаю, что у любого нормального джазового музыканта (абсолютно неважно, откуда он родом) есть стремление писать пластинки в Америке. Америка — родина джаза, это всегда престижно и интересно — записываться с американскими музыкантами, с корневыми носителями джазовой культуры.

Твои мэйнстримовые пластинки раньше выходили в Америке?

— Если вспомнить мою историю, то у меня было две записи таких — это «Romantic», кассета, которая не выходила на LP, благодаря которой я когда-то поехал к Баду Шэнку и получил полную стипендию, она содержала в основном стандарты и несколько оригинальных композиций, записанных с уфимскими музыкантами году в 93-м.
Уже позже, в 95-м, я записал в Польше пластинку, которая до сих успешно продаётся по всему миру, она называется «Song for Sonny» (по композиции, названной дань уважения в честь ныне здравствующего титана). На ней записаны потрясающие польские музыканты — пианист Иоахим Менцель и барабанщик Казимеж Йонкиш, это тоже большое имя на польской джазовой сцене, потому что он много лет 25 проработал со Збигневом Немысловским, плюс музыкант украинско-московский — басист Аркадий Овруцкий — был на той пластинке.
И с тех пор я опять вернулся к экспериментам в области этники и джаза, но уже не к башкирской или татарской, времен группы «Орлан», а уже к более расширенной, world music. И я записал пластинку, которая тоже, кстати, вышла в Америке, она называлась «Mandala», записал я её со своим «Экзотик Бэнд», и она прошла первый тур номинации на «Грэмми».
Эта пластинка, хоть она и вышла на небольшом независимом лейбле JazzHeads, была серьёзно представлена на американской сцене, презентация диска два года назад прошла в одном из престижнейших залов на 94-ой улице, назывался он Symphony Space, прошёл ещё и концерт на фестивале в Техасе, и ещё делали презентацию в клубе Iridium, одном из лучших клубов Нью-Йорка.

И в какой-то момент ты переключился на мэйнстрим. Как так получилось: ты устал от этники? Или это развитие по спирали — сначала «Орлан», потом мэйнстрим , потом «Мандала» и снова мэйнстрим?

— Это произошло примерно два года назад... На самом деле я всегда играл мэйнстрим. Ты знаешь, я иду по течению... Музыка сама накапливается, и это выливается в такие пластинки. Просто «Экзотик Бэнд» выполнил своё назначение, дальше в рамках этого проекта мне идти было некуда.
Но параллельно с мэйнстримом этника у меня продолжается и сейчас, какие-то элементы сохранились, но это больше реализуется в проекте Sky Music... Но в целом сейчас у меня такой вот мэйнстримовый период, и он может всю жизнь продолжаться, тем более с такими замечательными музыкантами.

То, что ты недавно переключился с этники на мэйнстрим — был ли в этом коммерческий расчёт?

— Никакого. Я никогда не делал коммерческого расчёта. Я, может быть, с уважением отношусь к публике, которая приходит к нам на концерты, и, понимая, что в зале не все тонкие знатоки, я всегда в шоу играю какие-то знакомые вещи, стандарты или мелодии.

Как тебе удаётся играть настолько разную музыку?

— Я не думаю об этом. Сегодня мне это интересно, сегодня вокруг меня такие люди, музыканты, так складываются обстоятельства. А ведь есть ещё и третье течение — Sky Music.

В этом году большинство наших ведущих музыкантов устроили просто парад альбомов, записанных или сведённых в Америке и при участии американских музыкантов — Иван Фармаковский, Игорь Бутман, Олег Бутман, Вадим Эйленкриг, Дмитрий Илугдин...

— ...и это прекрасно. Это означает, что уровень российских музыкантов растёт.

Удалось побеседовать и с пианистом Китом Джейворсом, автором половины материала альбома и продюсером пластинки.

Кит, как вы оцениваете этот альбом?

— Я считаю, что это уникальный альбом — просто за счёт того, что в нём участвуют музыканты разных национальностей. Что-то привносят со своей стороны американцы — свои знания и опыт; что-то — русские музыканты, и в результате получается нечто уникальное.

Каков уровень музыкантов, с которыми вам довелось играть в России?

— В принципе в любой стране очень много музыкантов, которые играют на одном уровне с американскими музыкантами, просто у музыкантов из других культур другой подход, не менее интересный, другой стиль игры. Например, польские музыканты привносят совершенно другие интонации в наше звучание, но это делает проект ещё более интересным. Собственно, в этом и заключается джаз.

Что это за лейбл Inarhyme Records, на котором выйдет эта пластинка в Америке?

— Это мой собственный новый лейбл, и он записывает не только джазовых музыкантов, но и музыкантов других жанров - R’n’B, World Music.

У вас музыкальное образование?

— Целых три — бакалавр, магистр и доктор музыки, и всё это в разных колледжах.

Вы продюсер, музыкант. Есть ли у вас хобби или какие-то другие виды деятельности?

— Для меня нет ничего ближе, чем музыка и всё, что с ней связано. Но иногда я играю в баскетбол, занимаюсь водными видами спорта, ну и, конечно, общаюсь с семьёй и друзьями.

Александр Никитин
фото: Гульнара Хаматова

На первую страницу номера

    

     Rambler's Top100 Service