ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!

ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #14
Европейский Чингачгук, или оправдание надежды
(Дуэт Шилклопер - Крамер на сцене Тюменской филармонии)
Даниил Крамер Фигура Аркадия Шилклопера в каком-либо представлении не нуждается: это имя становится все более известным и за Уралом. Напомню, что еще в 1997 году вместе со свердловчанами (екатеринбуржцами) Сергеем Пронем и Игорем Паращуком, а также небезызвестным сибиряком барабанщиком Сергеем Беличенко, образовавшими специально для студийной работы так называемый "Акустик-Квартет", Аркадий записался в Новосибирске на фирме Ermatell Records. (Диск, кстати, был позже переиздан "Богемой" под тем же названием - "Заговор Медных"). 
Но с тех пор утекло много воды. И вот Аркадий снова в Сибири, на этот раз Западной - в городе Тюмени. 12 апреля в рамках некогда инициированного Даниилом Крамером джазового абонемента "Джазовая музыка в академических залах" в Тюменской государственной филармонии состоялся третий, завершающий нынешний сезон концерт, на котором Крамер на правах ведущего и представил местной публике своего партнера.
Что касается самого Крамера, то он, по всей видимости, чувствует себя уже здесь как дома. Его многочисленные деловые и творческие контакты в Тюмени - наверное, все-таки в первую очередь с академическими кругами - послужили тому, что сейчас каждый сколько-нибудь увлекающийся серьезной музыкой местный житель знает Крамера как лучшего джазового пианиста. Насколько лично я помню, самое первое выступление Даниила в Тюмени состоялось еще в составе опять же небезызвестного дуэта Крамер - Фишер на одном из первых джазовых фестивалей города.
Итак, к восприятию Крамера публика была готова. Ведь она проводила со своим любимцем безусловно одни из лучших вечеров джаза, получая тем самым (не в упрек кому бы то ни было будет сказано) возможность не замечать самого джаза. Вот и попробуй разберись теперь во всех этих новоджазовых стилистических хитросплетениях дуэта Альперин - Шилклопер, о которых рассказывал Крамер, предваряя концерт: "странный-джазово-роково-неджазово-нероково-молдавско-русско-классическо-непонятный... но при этом очень всеми любимый". Так, незаметно подготавливая публику к предстоящему испытанию, Крамер доходит до сути того, что ей придется услышать: джаз, фолк-джаз, джаз-рок.
Аркадий Шилклопер Концерт начался с пьесы Аркадия под названием - как было объявлено - "Folk Song". Я заглянул в каталог "Богемы" и ни на одном из шести дисков с участием Шилклопера, будь то его сольные работы или совместные проекты, этой темы не обнаружил. Есть нечто похожее по названию в дуэте с Альпериным - Folk Story, но этот диск я не слышал, поэтому сравнивать не берусь. Возможно, на сей раз это что-то новенькое. Теперь я понимаю, почему именно эта вещь открыла выступление дуэта: публика была загипнотизирована. Завораживающее звучание флюгельгорна Аркадия подействовало, как "первая доза". Ну а если уж втянулись, господа-товарищи, то никуда не денетесь! И действительно, народ в зале, что называется, кайфанул. Более того, Аркадий сам уже с первых звуков вошел в некое энергетическое состояние, которое, по его же словам, определяется в общении с публикой и партнером по сцене.
Сейчас, коли речь зашла о флюгельгорне, сразу же скажу, что Аркадий использовал в своем нынешнем проекте три инструмента: естественно, валторну, флюгельгорн и один из своих альпийских рогов - тот, что был сделан во Франции. Два первых инструмента публика с самого начала видела на стуле у фортепиано, а вот третий - это, что называется, гвоздь программы. О нем не говорилось пока ни слова, он остается "за кадром". Народ о нем и не догадывается. Да и у нас о нем речь - впереди. Тем временем искушенные гадают: порадует ли Шилклопер нынче своей экзотикой или нет? А совсем уж искушенные призадумались: интересно, какой из своих рогов привез Шилклопер - именной швейцарский, французский или еще какой?
Но вот со сцены раздается голос ведущего: следующая пьеса - из проекта Аркадия с бразильским гитаристом Аллегре Корриа - тема Корриа, в переводе на русский "Подарок Москве". Дуэт и здесь получился на славу. И чтобы так звучала валторна! Аркадий все сильнее разогревает публику.
"Тонкачи" говорят: джаз убьет валторну, не лезьте с ней в джаз. Хорошо, отвечают Шилклопер с Крамером, мы ничего вам не будем говорить, просто послушайте стандарт 20-х Love Me Or Leave Me, который мы сейчас вам предложим, и все встанет на свои места. Действительно, все встало на свои места. Но высоколобые эстеты не унимаются: ну так и что же здесь нового? А-а-а, вот вы как заговорили, отвечают Аркадий с Даниилом, и убийственным образом исполняют оригинальную версию знаменитой темы трубача Луи Прима Sing, Sing, Sing.
Все, не осталось никаких сомнений: валторна Шилклопера не просто выжила, а начала творить. Но что? Новый стиль? Да. И не просто стиль. Это уже как бы и не стиль, а новое мироощущение. Недаром же возникает такая путаница в стилистике того, чем занимается Шилклопер. Сам он, кстати, избегает ограничивать себя рамками какого либо джаза и вообще джаза как такового. Более того, приходилось даже встречаться с его высказыванием, что он не верит в саму импровизацию. Что же остается? А ничего: пустота, свобода. Но свобода от чего? Да от всего, чего угодно. Просто тотальная свобода. Просто sing, sing, sing.
Вот и наступил момент сольного выступления Аркадия - его вошедший в последний альбом хит под названием "Песня для каждого". И опять в руках Шилклопера флюгельгорн. Если бы Крамер упомянул автора темы, то публика непременно сонастроилась, я бы сказал, с неким этно-духом, а именно - индийским (напомню, автором является индийский джазмен Лакшимнараяна Шанкар) - все та же свобода, та же пустота, одним словом - "шунья". Но ведущий не назвал автора, и увлекаемой необычными звуками публике пришлось сонастраиваться с Шилклопером-шоуменом. Вот уж повеселился народ, что называется, от души, устроив Аркадию в конце пьесы настоящую овацию.
Тут-то и настал черед вбить последний гвоздь в крышку гроба с телом "буржуазного масскульта ХХ века". Догадываетесь, почему мне вдруг в голову пришла известная поговорка: ничто так не устаревает, как позавчерашняя мода?
Не давая публике опомниться и под иронические объяснения Крамера, Аркадий заставляет кого-то из первых рядов разразиться истерическим смехом. Нет, это надо было видеть! А пока послушаем, чем же так смешил в свою очередь Крамер:
"Сейчас в действие вступит вон та штучка (пауза),
которая будет выдрана из-за кустов (пауза).
Это называется "альпийский рог"...
Насколько я узнал от Аркадия, это не самая длинная модель (большая пауза).
Эта модель - 3,60 (еще одна большая пауза).
А самая длинная - 47 метров (еще больше пауза).
Так что эта - еще не самая страшная!.." и т.д.
Следом зазвучала пьеса, как нам было объявлено, под названием "Альпийская". В зале наступила гробовая тишина. После оригинального вступления Аркадия и его свингового приглашения закончить тему (чем и воспользовался Крамер) публика разразилась аплодисментами. Когда же пьеса была закончена, зал устроил очередную овацию.
Таким образом, похороны состоялись, но "воспитание масс" на этом, оказывается, еще не закончилось. То, что приготовили нам эти музыкальные террористы в качестве финала, заслуживает отдельного разговора. А пока, чтобы публика не успела оправиться от пережитого потрясения, ее любимец - Крамер, оказавшись один на сцене, не оставляет ни малейшего шанса мастерам импровизационного фортепиано. Признаться, такой бури эмоций в зале после окончания этого номера я давно уже не слышал.
На сцене вновь дуэт. На сей раз звучит вальс Х. Кармайкла "Близость к тебе". От свингового стандарта мало что осталось. Оценивать сей опус можно по разному, тем более, что исполнители предложили свою собственную трактовку, рассчитанную, судя по всему, на следующий номер после энергичного сольного выступления Крамера как некая "смена декораций". В целом репертуар срежиссирован просто отменно. Постановщик понимает: дыхание - это жизнь, оно нужно также и в развитии самой концертной программы. Трудно сказать, стал бы Хоги переворачиваться в гробу, заслышав вдруг случайно подобную трактовку собственной пьесы, ясно одно: где-то поубавилось той энергии, о которой говорил Аркадий. Остается надеяться, что хотя бы не сбилось дыхание. Помнится, в одном из интервью Аркадий рассказывал о причине продолжительных неудач нынешнего состава. Речь как раз шла о дыхании. Плотная фактура Крамера не оставляла места в дуэте для его партнера-духовика. Аркадию просто негде было вздохнуть. Благодаря чему же, спросите вы, сложился-таки этот дуэт? Все очень просто, еще в октябре прошлого года оставалась "надежда на лучшее". И вот эта-то надежда и оправдалась ныне в Тюмени. Более того, сложился дуэт, способный разрушить любые творческие препятствия. Он мне показался настолько жизнеспособным, что у него наверняка может быть интересное будущее.
А пока вальс отзвучал, отгремели аплодисменты, и Крамер, опять же на правах ведущего, приближаясь к финалу, о чем-то договаривается с Аркадием (судя по всему, импровизируя). И вот объявлен финал концерта, и на сцене начинает происходить нечто, не поддающееся описанию. Скажу только одно: вместе они выдали такое, что ввергли публику буквально в этакий оргазмический экстаз, или если угодно, в своего рода экстатический оргазм.
Так кто же он, нынешний Аркадий Шилклопер? Джаз придумали в Америке, а Аркадий ничего общего, как известно, с этой Америкой не имеет, да и иметь-то, по-видимому, особо не хочет. Он предпочитает называться европейцем. Более того, "не русско - не молдавско - непонятно какой" джаз - это уже и не эстетика вовсе, а целая философия, разрушающая на своем пути любые каноны и традиции. Да и джаз его - это уже и не джаз, а некий путь, тропа войны. Войны за свою свободу, свободу самовыражения. Пускай это звучит цинично, но это правда: не джаз убьет валторну, а валторна - джаз.

Геннадий Шаламов, Тюмень

На первую страницу номера