ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!

ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #15
Нью-Йорк: не авангард, не симфония...
Мои подозрения (см. предыдущий выпуск) оказались неправильными. То, что я услышал и увидел на этой неделе, никак не связано с тем, что было на прошлой. Честно говоря, мой недельный план был просто неудачным, и в результате я попал совершенно не туда, куда собирался изначально. Но об этом нисколько не жалею. Скорее наоборот.

Хамиет БлюитОдно из достоинств Knitting Factory в том, что, несмотря на явную его даунтаун-ориентацию, в стенах клуба выступают и музыканты, довольно далекие от этого стиля. В последнее время здесь все больше и больше неджазовых концертов, но в данном случае речь идет как раз о джазе. И хотя стиль этого музыканта определяют как авангард или фри-джаз, на самом деле он куда ближе к мэйнстриму, чем это может показаться на первый взгляд. Участник World Saxophone Quartet, самый известный баритон-саксофонист, обладатель абсолютно невыговариваемого для русскоговорящего человека имени - Хамиет Блюит в течение четырех дней играл в старом офисе клуба в составе собственного квартета. Двое участников ансамбля довольно хорошо известны. Это гитарист Эд Черри, работавший в свое время с Диззи Гиллеспи, Джоном Паттоном и Генри Треджилом, и контрабасист Джарибу Шахид, участвовавший в большинстве записей Джеймса Картера и Роско Митчела. Четвертый музыкант - девятнадцатилетний барабанщик Ли Пирсон, опыта игры у которого довольно немного, но мастерства игры уже вполне достаточно.
В первом сете квартет играл, на мой взгляд, не очень уверенно. Похоже, музыканты только начали приноравливаться друг к другу. Хамиет Блюит постоянно делал знаки остальным музыкантам, показывал, как и что играть, а юного барабанщика постоянно учил, как ему нужно барабанить. Было заметно, что Пирсон волнуется и поэтому (хотя и пытается показать, на что он способен) старается играть тише и не очень высовываться. Но лидеру это не нравилось. К середине первого часа ему, наконец, удалось выстроить звук именно так, как он хотел. Результат оказался довольно впечатляющим. Черри и Шахид - великолепные аккомпаниаторы. Одинаково легко справляясь с акустической и электрогитарой, Эд много и долго солировал - особенно тогда, когда сам Хамиет Блюит уходил со сцены. Шахид и Пирсон солировали меньше, но не менее ярко и интересно. Во время барабанных соло Блюит всячески расхваливал Пирсона и даже пытался уговорить слушателей пригласить его работать барабанщиком.
Второе отделение было более цельным. Сам Хамиет Блюит играл превосходно. Его техника сочетает яркую сильную атакующую игру в нижнем регистре и филигранную отточенность - в верхнем. Так высоко на баритоне играть почти никому, кроме него, не удается. В особенно лирические моменты вместо саксофона он берет в руки флейту. Все происходит по довольно банальному сценарию: тема, ее развитие, соло, уход в произвольную сторону (часто со сменой ритма и настроения), гитарное соло, возможно - соло на контрабасе и ударных, возвращение обратно к теме, кода. Однако каждая композиция выстроена по-своему. В некоторых вещах делается обычное обыгрывание квадрата, в других сольные партии - фри-джазовые, в третьих - звучат испанские мотивы, в четвертых - музыканты уходят от джаза как такового и играют что-то почти классическое, без барабанов и со смычком.
Завершился концерт умопомрачительным соло барабанщика, во время исполнения которого Ли Пирсон как бы случайно потерял одну палочку, но играть не перестал. Со временем он, наверное, утратит мальчишеский задор и перестанет так сильно волноваться, но уже сейчас ясно, что играет он очень достойно.
Надеюсь, что это была не последняя встреча с этими музыкантами.

Дон БайронСовершенно случайно я наткнулся на расписание концертного зала Symphony Space и обнаружил в нем массу интересного. Помимо того, что в нем пройдут некоторые концерты нью-йоркского джазового фестиваля JVC, в его программе много других музыкальных событий. В частности, она включала премьеру двух танцевальных постановок с живым музыкальным сопровождением.
Дон Байрон В первом отделении труппа Shapiro & Smith Dance играла пьесу The Routine под аккомпанемент ансамбля Скотта Киллиана. Забавный текст, служащий фоном к танцевальной пантомиме, читал автор пьесы Дэвид Гринспэн. Музыка Скота Киллиана состоит из достаточно очевидных компонентов, включающих среди прочего и джаз. Иначе как неплохую фонограмму для спектакля ее рассматривать нельзя, но именно для него она и была написана и частично выбрана и аранжирована. Танец, текст и музыка дополняют друг друга и знакомят зрителя-слушателя с историей невезучего обывателя, рассуждающего о том, что и почему с ним происходит. Этот монолог и есть текст, читаемый автором, а танец героя и окружающих его людей - иллюстрация к нему.
Mark Dendy Dance & Theatre Но не эта первая часть привлекла мое внимание. Во втором отделении танцоры труппы Mark Dendy Dance & Theatre должны были выступать вместе с ансамблем кларнетиста Дона Байрона под его же музыку. Название спектаклю было дано самое тривиальное - Jam.
Итак, после антракта в зале погас свет, и откуда-то сзади послышались звуки бас-кларнета. Останавливаясь и поворачиваясь к несколько ошарашенным зрителям, Байрон медленно двигался к сцене, на которой никого не было. Только когда он, наконец, на нее поднялся, появились остальные музыканты: пианист Эдвард Саймон и перкуссионист Мауро Рефоско.
Вдруг в зале начались какие-то странные движения. "Oh, shit!" - услышал я удивленный возглас из соседнего ряда. Несколько человек - вроде бы из числа зрителей - стали раздеваться, и через минуту по всему залу торчали голые ноги вставших на голову людей. Постояв несколько секунд, они опустились на пол и быстро стали пробираться вдоль рядов и выбегать на сцену. Вот так и началось представление.
Mark Dendy Dance & Theatre Труппа Марка Дэнди не зря называется Dance & Theatre. Это не просто танец, а именно представление, включающее в себя акробатику, шоу и даже какие-то элементы клоунады. Очень отдаленно это напоминает постановки театра "Дерево" Антона Адосинского, хотя у "Дерева", конечно, больше театра и меньше просто танца.
Дон Байрон - музыкант разносторонний. На этот раз он написал чуть ли не стандартную джазовую композицию, отличающуюся разве что необычной длиной. Кажущийся камерным, ансамбль прекрасно справлялся с ролью музыкального сопровождения к танцу, а труппа - с ролью танцевального сопровождения к музыке. В отличие от первого отделения, обе части спектакля были равноправны и удачно дополняли друг друга. При этом все было сделано так, что людям в зале не приходилось постоянно выбирать, быть им слушателями или зрителями.
Как и следовало ожидать, выступление закончилось бурной и долгой овацией. По понятным причинам на бис ничего исполнено не было. А жаль.

Следующая неделя приготовила более насыщенную программу с более традиционным для меня и этого обзора уклоном в сторону даунтаун-джаза.

Иван Шокин, собственный корреспондент
"Полного джаза" в Нью-Йорке

На первую страницу номера