ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!

ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #22
Очень сладкий "Сладкий и гадкий"
Когда 15 июня перед кинотеатром "Ролан" стали собираться знакомые джазовые лица, у автора этих строк на минуту возникло ощущение, что возвращается драйв ранней перестройки. Вот сейчас, через десять минут, в тесноте (чтобы не сказать - в давке) ДК Медиков или Кинотеатра повторного фильма Алексей Баташев выведет на сцену кинорежиссера Бернара Тавернье - или не выведет Клинта Иствуда - неважно, но нам покажут настоящий джазовый художественный фильм - очень хороший, как "Около полуночи", или просто хороший, как "Берд". (Видео - напомню в скобках - было еще подозрительной роскошью, пошикарнее теперешних "сотовых").
Ваагн АйрапетянНет, все было гораздо комфортнее - негромкое джазовое трио пианиста Ваагна Айрапетяна из Армении (проездом, конечно - то ли туда, то ли обратно); бесплатное шампанское в кондиционированном фойе. В общем, кинокомпания "Парадиз" и кинозал "Ролан" открывали цикл "Лето в раю" российской премьерой фильма Вуди Аллена "Sweet & Lowdown" ("Сладкий и гадкий" - в нашем не самом неудачном переводе). Но на бесплатном просмотре небогатая джазовая публика составляла явное меньшинство.
Куда больше было кинематографистов и VIP'ов (не портних и завмагов, как в свое время, а все больше - телеведущих; не все из них досидели до конца). Алексей Баташев сказал приличествующее случаю вступительное слово, почему-то сделав акцент на стандартных титрах о том, что "все персонажи фильма - вымышленные". Конечно, Аллен не был бы Алленом, если бы все сделал как все: к слову "персонажи" режиссер добавляет еще слово "вещи". Не знаю уж, почему из этого Баташев (а еще - кинокритик Лев Карахан-мл.) сделал вывод, что здесь сокрыт чуть ли не древнегреческий парадокс.
Альберт Филозов и Савва Кулиш на премьереА может, мальчик все-таки был? Увы, не было "мальчика" Эммета Рэя. Не было гитариста, который воображал себя вторым Джанго Рейнхардтом. И Бакки Пиццарелли, имя которого всплыло на кинопремьере, играет самую что ни на есть третьестепенную роль - ритм-гитариста. Зачем было его поминать всуе, когда главную закадровую роль получил и с блеском исполнил другой гитарист - Хауард Олден. Он же обучал актера Шона Пенна правдиво изображать гитариста - и, кстати, описал, как это было, в майском "Даунбите" (за этот год). Правда - как назло - в первых же кадрах, когда показывают руки гитариста, с реальными нотами они не совпадают.
Вкратце сюжет фильма: безбашенный гитарист - клептоман, сутенер и, само собой, бабник, любитель пострелять крыс где-нибудь на свалке и бесцельно понаблюдать за поездами (совсем как герои Аркадия Гайдара) - знакомится с немой (но не глухой) девушкой (Саманта Мортон). Потом бросает ее; встречает дамочку-писательницу (вот у нее есть прообраз - Дороти Бейкер). Образ, созданный Умой Турман, в сущности, такая же декадентка по жизни, как ее героиня в незабвенном "Криминальном чтиве". Писательница изменяет гитаристу с телохранителем гангстера, гитарист выслеживает их - и тут режиссер предлагает три варианта продолжения на выбор. Все они, однако, заканчиваются одинаково - гитарист Эммет Рэй, оставив после себя несколько записей, свидетельствующих о его незаурядном таланте, бесследно исчезает. Навсегда.
"Sweet & Lowdown"В отличие от "Около полуночи" или "Берда", "Сладкий и гадкий" - фильм не о джазе и даже не о джазмене, он - об артисте, жреце чистого Искусства, никоим образом не пересекающегося ни с какими жизненными принципами (вопреки тому, чему учили нас в школе). В этом смысле "сладкий и гадкий" Эммет Рэй ближе Моцарту Формана и персонажам "Крейцеровой сонаты" Льва Толстого. Но это - тоже всего лишь один слой фильма (действительно очень джазового). Отдельные новеллы - "квадраты" перебиваются своего рода брейками. Стоп-тайм: реальные люди джаза (у нас хорошо знают только публициста Нэта Хентоффа) комментируют жизнь и творчество фиктивного Эммета Рэя. Вуди Аллен не впервые прибегает к приему "псевдо-документальности" - на нем построен целый фильм "Зелиг" (1981). В другом его фильме - "Энни Холл" есть эпизод, в котором фиктивные персонажи спорят, говорил ли канадский философ Маршал Маклюэн то-то и то-то. Для доказательства своей правоты один из спорящих приводит...самого настоящего Маклюэна. И тот в кадре заявляет: нет, я этого не говорил никогда. Аллюзия к знаменитому изречению Маклюэна о том, что "меня никогда не будет среди моих собственных последователей. Даже повторяя мою мысль слово в слово, человек все равно усваивает ее в слегка искаженной форме". У нас это сказал еще Тютчев: "Мысль изреченная есть ложь".
Истина - по-экзистенциалистски невербальна. От европейского зрителя не ускользнет взгляд немой Хэтти, смотрящей на наигрывающего что-то Эммета после первой постельной сцены. Это взгляд Джельсомины ("Дорога") и Кабирии Феллини. И это - следующий слой фильма: как и весь Вуди Аллен - нескрываемо автобиографический.
Это ведь сам режиссер Вуди Аллен...Это ведь сам режиссер Вуди Аллен ощущает себя "вечно вторым" по отношению к Феллини и Бергману, как Эммет Рэй - к Джанго. Гитарист все время повторяет, что вот Джанго - это да! Но при этом не забывает просительно заглянуть в глаза собеседникам, а вдруг скажут: да нет, ты - уже первый. Но этого не говорит ему никто, даже влюбившаяся в его музыку Хэтти. Известно же высказывание Дока Читэма о Рейнхардте: "Как же меня расстраивает, когда так здорово свингует иностранец!" Это комплекс всей американской культуры - как ни крути, а она всегда останется вечно второй. Даже в том, в чем она, казалось бы, по определению должна быть первой. Ради того, чтобы заострить этот парадокс, Аллен идет даже на нарочитый сюжетный анахронизм: хотя действие происходит в 30-е годы, Рэй падает в обморок при виде своего кумира Джанго Рейнхардта, который на самом деле впервые попал за океан уже после II мировой войны. 
Как мы теперь знаем, в госпитале для белых не говорили, что отказываются принять истекающую кровью Бесси Смит. Врачи сказали, что уже ничего нельзя сделать. Но все поверили Меззу Меззроу и его легенде о расовой дискриминации. И писали об этом пьесы (Эдвард Олби) и рассказы (Джером Сэлинджер). Значит, это могло случиться. И в "сладкого и гадкого" гитариста Эммета Рэя мы верим, потому что такого, как он, не могло не быть. Все они, артисты, такие. Актер Шон Пенн и гитарист Хауард Олден родились через двадцать лет после описываемых событий. Но на саундтрэке - его распространяет в России Sony Music Entertainment (RUS) - аранжировки Дика Хайман в исполнении Олдена звучат не менее подлинно, чем оригиналы Банни Берригана и Сиднея Беше. Значит - история джаза жива. И лично мне большего и не надо.

Дмитрий Ухов

Валерий КиселевP.S. Говорят, что после фильма с трио Ваагна Айрапетяна поимпровизировал Валерий Киселев. И попел - как в соседней "Ностальжи" - Алексей Баташев. Остальные музыканты пришли без инструментов.

На первую страницу номера