ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!

ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #25
Уважаемый главный редактор!
Сначала - цитата: "Ну вот, скажите на милость, с какой целью уважаемый еженедельник "Итоги" заказывает юбилейную армстронговскую колонку сразу двум (!) журналистам? Вообще-то людям, лично мной весьма уважаемым - специалисту по новой поп-музыке Максиму Семеляку и в недавнем прошлом моему коллеге, а ныне - корреспонденту русского "Плейбоя" Артему Липатову. Еще раз повторяю, я лично ничего против этих журналистов не имею, даже наоборот - несмотря на изложенное ниже, все равно буду следить за тем, что они пишут (о музыке). Да и я сам в "Итогах" иногда печатаюсь, так что плевать в колодец не собираюсь (тем более, что опубликовал три текста по тому же поводу - самый полный в журнале "Салон AV"). Но истина, как известно, дороже. Впрочем, будь я работником редакции, то заказал бы такой материал даже не самому себе, а, к примеру, Леониду Переверзеву или Арнольду Волынцеву (называю именно их, так как они первыми еще в середине 60-х опубликовали в журнале "Театр" перевод автобиографии трубача). Но дело не в этом, а в том, что всего в нескольких абзацах ("Итоги" 11 июля 2000) ребята ухитрились столько всего нагромоздить, что даже как-то непонятно, зачем им это было нужно. Пафос - уже в названии "Чемпион по надуванию щек": "Армстронг - яркий пример того, как можно быть великим музыкантом, по сути им не являясь" Вот у "Диззи Гиллеспи щеки надувались больше (да и как трубач он получше)". И ниже: "Армстронг - это ослепительно дутая величина". И еще ниже: "В совместных записях с Дюком Эллингтоном (тоже гением своеобразным, ибо все, чего он достиг, было "высижено" у рояля, а не дано от природы), слышно, кто из них на самом деле великий музыкант. Но и тут все равно выигрывает Армстронг". Каково, а ? Ну не глупо, скажите, в жанре юбилейного славословия пересматривать историю - да хоть бы джаза. Это все равно, что объяснять пассажирам в метро, что Бетховен был так себе композитор, а вот его учителя Сальери несправедливо забыли из-за ложного навета, да и талант Чайковского, знаете ли, от известного лукавого... "

Не стоит объяснять публично, зачем мне и Семеляку это было нужно. Нам позвонили, нас попросили - вот, собственно, и все; может быть, попытка небанального подхода и некая дефинитивность определений - на моей совести (Семеляк, кстати, отказывался, и советовал "Итогам" попросить Ухова написать об Армстронге...). Но, увы, в пылу полемики с нами, молодыми, в общем-то, людьми, нежно любимый мною ДУ опустил несколько очень важных для нас дефиниций, отчего стало казаться, что, дескать, Луи Армстронг играл с Диззи Гиллеспи и Дюком Эллингтоном в пинг-понг, первому проигрывал, а второго "делал", как мальчишку. А вообще-то он - величина дутая, так, шоколадка толстощекая с трубой... Что, безусловно, не так.
Приведу цитату в ответ:
"Хрестоматийный фолкнеровский южанин, Армстронг первым убедительно доказал не жизнеспособность даже, но какую-то восторженную живучесть музыки под названием "джаз".
И ниже:
"Армстронг - яркий пример того, как можно быть большим музыкантом, по сути им не являясь. Он не был великим трубачом, зато был великим шоуменом. Именно в нем знаменитое бендеровское "надувание щек" нашло свое единственно верное воплощение. Главное в Армстронге - обаяние и витальность, какая-то безудержная жизненная сила, которой он насыщал все, чем занимался. В его совместных записях с Дюком Эллингтоном (тоже гением своеобразным, ибо все, чего он достиг, было "высижено" у рояля, а не дано от природы) слышно, кто из них на самом деле великий музыкант. Но и тут все равно выигрывает Армстронг, хотя никто ни с кем и не соревновался. Его музыка всегда была безумно физиологичной. Трубил не он - играли поры, желваки, иссиня-черный эпидермис. Надутые щеки Луиса были восхитительны, хотя у Диззи Гиллеспи они надувались побольше (да и как трубач он получше). Казалось, что и зубов у Армстронга больше, чем у прочих негритянских музыкантов - не 64, как у них у всех, а все 128. Он напоминает Пеле - что-то неприличное чувствуется в каждом его жесте. Пеле снимался в непристойных фильмах, Армстронг по молодости выдувал медь в публичных домах. Армстронг - это ослепительная дутая величина. И известное стихотворение Наума Коржавина написано будто бы про него: "А может, самим надрываться во мгле - ведь нет кроме нас трубачей на земле".
Заметьте: "никто ни с кем не соревновался". Заметьте: не сказано, кто именно из них великий. Заметьте: для нас важнее было, уйдя от занудной фактографии и банальных славословий, попытаться передать образ своего восприятия Армстронга, отрефлексировать его - и, наверное, это было важнее именно для нас, а не для редакции "уважаемого еженедельника". И по этой части, как кажется, мы свою задачу выполнили, и упрекнуть себя нам не в чем. И возможное "противоречие истине" здесь, скорее всего, непротиворечиво. Ибо Армстронг сегодня - больше, чем музыкант. Он - символ, олицетворение мифа. Мифа об одной из "прекрасных эпох". А мифы не знают истин.
И вот еще что: определение "в недавнем прошлом моему коллеге, а ныне - корреспонденту русского "Плейбоя" Артему Липатову" оставим на совести Дмитрия Петровича. Что именно уважаемый имел в виду, остается загадкой. Надеюсь, что обидеть не хотел.
Но получилось.

Артем Липатов

На первую страницу номера