502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.2

ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #27
Литовское лето: детское пение и настоящий МакКой
В Международный День защиты детей музыки в Литве стало больше: 1 июня запел фестиваль "Baby sing pop jazz. Ukmerge - 2000". В рамках феста проходил международный конкурс детей-вокалистов. Не знаю, как во всей Европе, но на постсоветском пространстве такого явления нет. Точнее - было. В той же Литве, в Паневежисе. Но последний год миллениума оказался несчастливым для "молодого" джаза в Литве: перестали существовать сразу два конкурса - детский в Паневежисе и студенческий в Музыкальной академии. Учитывая, что других конкурсов просто нет... какие тут могут быть комментарии. Но - король умер, да здравствует король! Эстафету Паневежиса подхватил Укмерге. 
Есть сторонники и противники такого джазового формата, как "конкурс". Однако дискуссии на эту тему бесплодны по одной причине - классика во много раз старше джаза, стало быть, мудрее, а в классике конкурс - явление столь же обычное, сколь в джазе - фестиваль. 
В Укмерге на первый конкурс собрались исполнители из разных стран - Литвы, Латвии, России, Чехии, Швеции, Италии. Их творчество оценивало Международное жюри, возглавляемое Стяпонасом Янушкой. Дети от пяти до 17 лет кто сольно, кто в ансамблях пели популярную и джазовую музыку. Конкурс прошел достойно и организованно. Тому способствовала слаженная команда главного продюсера Гендрюса Йокубенаса - на его счету почти десяток подобных мероприятий в Паневежисе. Но и новички (они же - хозяева), управляемые директором Дворца культуры Эугенией Вайткене, прекрасно справились с делом.
Слабее всех выступили "южане" - представители Алитуса, сильнее - виленчане. Каунас, Паневежис и Плунге были посерединке. Немало призов завоевали латыши, а из Калининграда приехала довольно серая, безликая команда.
Первое место в номинациях "поп" и "джаз", а также Гран-при завоевала 13-летняя ученица школы им.Дварионаса Дайва Старинскайте. Ее звездочка заблистала весной в Бирштонасе. Я присоединяюсь к тем, кто предрекает Дайве большое будущее.
А в Укмерге решительно готовятся к следующему фестивалю...

Летний длинный - почти в полтора месяца - музыкальный фестиваль в столице Литвы стал традицией. Разумеется, он заполнен музыкой академических жанров, но в свободной Литве классики все же признали присутствие некоторых достоинств и у музыки джазовой, и сейчас этот длиннющий марафон под названием ФЕСТИВАЛЬ ВИЛЬНЮС-ТАКОЙ-ТО ГОД всякий раз украшает какая-нибудь джазовая звезда. В этом году она называлась МакКой Тайнер. О том, что Тайнер будет играть на фестивале "Вильнюс-2000", было известно за полгода. И он на самом деле приехал. Приехал в понедельник, во вторник выступил на пресс-конференции, а в среду сыграл двухчасовой концерт из девяти пьес и десятой на бис. Затем отправился на Запад завершать свое европейское турне, начатое в Вильнюсе. Он так и не узнал, что связан с этим городом ментально.
А между тем именно этот чернокожий пианист оказал сильное влияние на молодого Вячеслава Ганелина, который, как известно, заложил фундамент профессионального джаза в столице Литвы. В то время, в начале шестидесятых, все музыканты были загипнотизированы творчеством золотого квартета Джона Колтрейна. Саксофонисты бредили Колтрейном, а пианисты - Тайнером. Кумиром барабанщиков был колтрейновский ударник Элвин Джонс. Он тоже приезжал в Литву. На каунасский фестиваль. Так вот барабанщик первого трио Ганелина (его звали Александр Мельник) был большим поклонником Элвина Джонса и полностью освоил его известную триольную школу. Ганелин же особенно восхищался стилем левой руки Тайнера и упорно упражнял свою левую играть в тайнеровской риффовой манере. Кстати, МакКой Тайнер, как оказалось, пишет левой рукой, той самой, которая играет гениальные риффы, столь известные во всём джазовом мире. Когда вспоминаешь порядки, царившие в стране в шестидесятых годах, и при этом видишь, как живой МакКой Тайнер своей левой рукой, той самой, легендарной... ставит тебе автограф в программку... знаете, слегка едет крыша.
Он родился в Филадельфии. Ему уже 62 года, но седины почти незаметно, зато есть на затылке маленькая смешная косичка-хвостик по давней джазовой моде. Очков не носит, выглядит на пятнадцать лет моложе и играет все наизусть (великий Чик Кориа, игравший два года назад на той же сцене и том же месте слева, на девять лет моложе Тайнера, но выступал весь обложенный нотными "портянками" и в очках). А ведь в жизни Тайнера хватало драматических моментов. Пожалуй, самый крутой из них - разрыв с Колтрейном. Мировой джазовый зрачок остановился на Тайнере, именно когда он пять лет сотрудничал с этим гениальным саксофонистом. До сих Тайнер называет Колтрейна своим университетом. На пресс-конференции мистер МакКой Тайнер был отменно добродушен, шутил, все время улыбался. Тем не менее, его сдержанности мог позавидовать иной дипломат. Вот как он рассказал о своем уходе от Колтрейна: "В семье жить хорошо, но наступает время покинуть семью и жить отдельно". Вот так красиво и даже романтично. Хотя в жизни было несколько по иному: золотой квартет разваливался мучительно и долго. Первым ушел ударник Элвин. В Японии во время концерта прямо со сцены ушел контрабасист. Стало быть, без истерик не обошлось... Но у Тайнера, видимо, огромный опыт общения с прессой: он был непроницаем, как сфинкс, и улыбчив, словно большой добрый кот. Пять лет он жил на вершине мировой джазовой пирамиды, горним воздухом дыша... А потом пять лет подрабатывал таксистом в Нью-Йорке. Играл и музыку. Всякую и странную. Хорошо помню, как по Союзу ходила такая история. Будто бы Хэрби Хэнкок и Чик Кориа на своем дуэтном концерте вышли на сцену в майках, на которых было написано, что МакКой Тайнер плохой пианист. Когда в Вильнюсе на пресс-коференции попросили Тайнера подтвердить или опровергнуть эту байку, маэстро рассмеялся и сказал, что не помнит, чтоб такое было. Но если и было, то это не более, чем веселый розыгрыш, или как сейчас принято говорить - стеб.
Он производит впечатление сильного, никогда не унывающего человека. Свои музыкальные метания он называет путешествиями, приключениями, и это его увлекает. Наверное, поэтому он так молод в свои 62?
В Вильнюсе он обещал сыграть несколько разных пьес. Авторских и "вечнозеленых". Говорил, что будет не только играть трио, но и солировать.
Как обещал, так и сыграл.
В свое время И.С.Бах говорил, что музыка - весьма простая вещь, нужно только вовремя и нужным пальцем нажать нужную ноту. А по теории Густот дело обстоит еще проще: музыка - это череда сгущений и разрежений. Американский пианист МакКой Тайнер - самый лучший иллюстратор высказанных сентенций. Он сгущает энергию и пространство риффами левой руки, заставляя душу волноваться и трепетать, а потом - купает ее в искрящемся звездном бисере своих пентатоник. Свои всемирно узнаваемые, "тайнеровские" пентатоники маэстро играет правой рукой, применяя особую технику. Запястье при этом выгибается вверх, кисть как бы проваливается, пальцы округляются и превращаются в этакие молоточки, выбивая из клавиатуры острые, колкие, серебристые звуки. 
Стилистка МакКой Тайнера - вне мэйнстрима. Тайнер располагается где-то сбоку, а некоторые критики старшего поколения причисляют его даже к авангардистам. В прошедшую среду вечером вильнюсская аудитория имела возможность убедиться, насколько потрясающе "авангардист" МакКой Тайнер играет древний "страйд-пиано". Тайнер родился в 1932 году. Музыканты его поколения страйд уже не играли. Стало быть, он освоил его специально. И наверное - в своих "музыкальных путешествиях", которые он стал совершать с тринадцатилетнего возраста. Могу с полной ответственностью заявить: страйд такой художественной высоты в послевоенной Литве звучал всего один раз, во время сольного концерта польского пианиста Адама Маковича (кстати, тоже в прошлом - авангардиста).
И вот в среду мы слушали настоящий американский страйд. И в быстром темпе, и в медленном, и в самом "сладком" - среднем... Кстати, самым пленительным страйдом в среднем темпе МакКой Тайнер закончил свое выступление. Это был единственный бис, и, сколько его не вызывали, так он больше и не вышел. И это понятно: все-таки уже пожилой человек. 
А вот басист из трио, наверное, играл бы всю ночь. Родом он из джазовой династии Моффетов. У этого энергичного, веселого, невероятно общительного юноши известный отец - Чарльз Моффет, барабанщик знаменитого Орнетта Колмана. Нашего гостя зовут Чарнетт, это имя сложено из двух - отца (Чарльз) и Орнетта. (Интересная деталь, не правда ли?..) Чарнетт Моффет понравился публике, кажется, больше, чем его босс. Он обращался с котрабасом, как с гитарой. А на бас-гитаре просто играл фламенко. Хотя искушенный вильнюсский зритель видел феноменального крымского тракториста Энвера Измайлова, который на гитаре играет и партию баса и вместо барабанов, Чарнетт тем не менее аудиторию обольстил.
Третий участник трио - роскошный ударник Ал Фостер. 13 лет он проработал с величайшим революционером и реформатором джаза, ныне покойным Майлсом Дэвисом, переиграл со всей американской джазовой элитой, в том числе и с Хэнкоком. Господин Кевишас пообещал, что в следующем году он постарается привезти на вильнюсский фестиваль Хэрби Хэнкока.
На концерте трио МакКой Тайнера собрался весь джазовый и неджазовый бомонд. В зале было негде яблоку упасть. И хотя большой зал Национальной филармонии по своей акустике - не лучшее место для джазового исполнения, мне все же хочется искренне пожалеть тех людей, кто не пошел или не попал на этот концерт.

Олег Молокоедов

На первую страницу номера