ГОТОВИТСЯ очередной бумажный номер журнала "Dжаз.Ру", единственного в России журнала о джазе: ПОДПИСКА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!

ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #3
Бородино-2000: битва француза с московским роялем
Лоран де ВильдЛоран де Вильд, как мы уже имели счастье доложить своим читателям, пианист достаточно именитый. Напомним, что родился он в Вашингтоне тридцать восемь лет назад, вырос во Франции, а музыкантом стал, вновь оказавшись в Америке. Играл со многими достаточно именитыми музыкантами. Последние два его альбома, The Black Burner и Spoon-a-Rhythm, вышли на Columbia Jazz, лейбле достаточно знаменитом, хотя и захиревшем несколько после перехода под японское крыло, во владение Sony Music.
Вот такой информацией мы владели, придя 21 января в Центр искусств "Столица" (Центральный Дом художника) на первый московский концерт Лорана и его трио (Кловис Николя - контрабас, Филипп Суара - ударные). Надо сказать, что такого столпотворения в ЦДХ мы (которые туда ходят только на джазовые концерты) давно не видали. Зал был заполнен полностью, тютелька в тютельку. И неудивительно: по конфиденциальной информации, двести билетов на концерт были куплены Французским культурным центром в Москве, так что процент франкоговорящей публики был едва ли не равен проценту говорящей на отечественном наречии. Короче, аншлаг. Вел концерт сам Алексей Баташев, муж высокоученый, чей образ в массовом сознании неразрывно сливается с понятием отечественного джаза вообще. Муж сей подробно рассказал о биографии де Вильда (см. выше) и намеревался вести весь концерт так, как он привык это делать где-нибудь в Большом зале консерватории, то есть подолгу объявлять каждую вещь, но музыканты такой возможности Алексею Николаичу не дали - заиграли все нон-стопом. В результате ведущему удалось вклиниться в поток раза, наверное, три.
Что мы почувствовали, слушая концерт? Ну, во-первых, сразу стало заметно, что рояль ЦДХ сильно расстроен. Ну очень сильно. Во-вторых, почувствовалось, что вне борьбы с роялями Лоран де Вильд стремится сочетать в своей игре американскую хватку, экспрессию с европейским мрачновато-медитативным мышлением. В-третьих... Лоран был очень счастлив, объявляя тему Эллингтона "Reflections in D", то есть "Размышления в тональности Ре мажор". Почему счастлив? Да потому, что помимо общего расстройства, рояль ЦДХ в этот день страдал еще и выпадением двух нот - как раз ми-бемоль и ре-бемоль, для этой темы весьма насущных. В одном из сольных брейков Лорана, когда контрабас и барабаны молчали, зал это отчетливо услышал - пальцы пианиста впустую щелкнули по клавишам, которые не отозвались.
Тем не менее можно было сказать, что пианист умелый, что контрабасист весьма крепкий и надежный, и что барабанщик как-то подкачал - играет какие-то ученические сольные брейки, соло вообще завалил, отчетливо пресекаясь при переходе от одной ритмической структуры к другой. Но общее впечатление было безнадежно смазано, хотя зал с энтузиазмом свистел и аплодировал. Мы решили, что французы поддерживают своих, не взирая ни на что... И еще одно запомнилось - барабаны, на которых играл Филипп Суара. "Бочки" - басового барабана - в них просто не было, а был вместо него том-бас, обычно стоящий справа от барабанщика, но положенный на попа вместо "бочки", с присобаченной к нему педалью.
На следующий вечер французское трио играло в "Джаз-арт клубе". Лоран де ВильдНароду там было невпроворот, хотя без двухсот французов на этот раз обошлось (но ведь и емкость зала поменьше). Сидели на полу, стояли вдоль стен, клубились вокруг стойки, уж не говоря про то, что все сидячие места были заняты. Французы появились в начале первого отделения и внимательно слушали ансамбль пианиста Юрия Маркина, специально к этому вечеру подготовивший целую программу аранжировок музыки Мишеля Леграна. Аранжировки, сделанные Юрием Ивановичем, были лаконичны и изобретательны, хорош был и новый для ансамбля гитарист Алексей Бадьянов (преподаватель Московского колледжа импровизационной музыки), но общее впечатление опять "проехалось" - уж больно ритм-секция вялая. А ведь с Маркиным, который после двухлетней давности инсульта играет по-прежнему только правой рукой, надо играть особенно ритмично (сам он весьма остро ритмичен, и от ритм-секции ждешь того же).
И вот на сцене французы. Филипп Суара - за обычными джаз-арт-клубовскими барабанами, а не за какой-то недоделкой с том-басом вместо "бочки". Кловис Николя после первых нот решительно выкручивает ручку басового усилителя на максимум. Да и сам Лоран заметно радуется, оказавшись за местным роялем. Он, этот рояль, кончено, всего-навсего "Красная Москва", да еще и в 3/4 обычного размера. Но он по крайней мере настроен, и у него все ноты играют!
Отказавшись от многочисленных авторских вещей де Вильда, игравшихся в первый вечер, трио активно прошлось по стандартам, играя их напористо, мощно и изобретательно. Барабанщик внезапно зазвучал уверенно и четко. Лоран же наконец развернулся в полную мощь, продемонстрировав, что он, может быть, и не гигант современного джаза, но вполне интересный, сильный и несколько жесткий пианист. Многие его соло, в которых он применял один и тот же прием на разных музыкальных структурах - со страшной скоростью играл закольцованную, многократно повторяющуюся триольную фразу, смещающуюся по отношению к основному размеру - вызывали настоящую овацию. И очень хорошо была принята последняя пьеса, авторская - эдакий джазовый регги. Регги - музыка во Франции необыкновенно популярная, и кому, как не французам, вводить его в европейский джазовый обиход. Только заметим, что все-таки с другим барабанщиком - месье Суара упорно играл "бочкой" на первую, сильную, долю, тогда как в классическом регги обычно играют на вторую, слабую.
Потом был перерыв, во время которого музыканты смешались с медленно перемещающейся по клубу толпой, а мы, представители "Джаза в России", тем временем со сцены вручали заслуженный приз нашему читателю Сергею Цыганову, придумавшему название нашему журналу (см. "Полный джаз" #1-99). А затем грянул джем, во время которого парижане органично слились с москвичами. Вся гнесинская Молодая Гвардия, во главе с саксофонистами Денисом Швытовым и Дмитрием Мосьпаном, рванулась играть с гостями. Часть президент клуба Александр Эйдельман отсеял, дабы не допустить разрастания джема в "бесконечную историю", но часть к сцене все-таки прорвалась и посолировала изрядно. Под конец уставший Лоран взмолился - неужели, мол, нет в клубе других пианистов? Оказалось, что нету... Если бы не оказавшийся в клубе гость из Украины (каемся, не запомнили его имени), некому было бы и честь отечественную защитить. А так получилось очень хорошо: московскую честь защитил гость из ближнего зарубежья. И хорошо сыграл.
Выводы. Конечно, если гостям из зарубежья дальнего подставлять неработающие рояли и заставлять оных гостей с таковыми роялями сражаться - впечатление от гостей будет, понятное дело, невыразительным. Но если их, гостей, помещать в привычные им условия и предоставлять рояли пусть не самые лучшие, но работающие - оные гости нас же самих будут сильно радовать и поднимать наш (и без того не очень низкий) идейно-художественный уровень!
На первую страницу номера