502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.2
  ПОЛНЫЙ ДЖАЗ
502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.2
502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.2
Выпуск # 13 (411) - 31 августа 2008 г.
ИНДУСТРИЯ ДЖАЗА В АМЕРИКЕИздается с октября 1998 г. Выходит один раз в две недели.

Оглавление выпуска:

Следующий выпуск (412) - 12.09.2008

Как это было в  Москве

XI фестиваль "Джаз в саду Эрмитаж"
22, 23, 24.08.08

В своё второе десятилетие фестиваль «Джаз в саду Эрмитаж» вступил, будто бы и не было прошедших десяти лет — одиннадцатый фестиваль до странности напоминал первый, в 1998 г.: уютная концертная зона в старинном парке в центре Москвы (только 11 лет назад было так неожиданно видеть парк осовремененным, «уже не советским», а в этом году видно, что он просто отлично содержится, кстати — довольно сильно улучшившись и по сравнению со своим состоянием конца прошлого века), многочисленная и доброжелательная публика (только 11 лет назад она абстрактно рвалась на первый в современной московской истории джазовый фестиваль под открытым небом, а теперь сознательно и устойчиво приходит на полюбившийся и прочно занявший своё место в годичном кругу московских культурных событий фестиваль, от которого уже твёрдо известно, чего следует ожидать). Ну и погода: за всего двумя (и то однодневными) исключениями за 11 лет фестиваль обходится без дождя, и обозреватели, в том числе и в нашем издании, не устают повторять, что с погодой фестивалю «неприлично везёт» — в этом году фестивальная погода была и вовсе не по-московски комфортной.
Но самое главное на джазовом фестивале, конечно, — музыка. От «Эрмитажа» теперь и точно хорошо известно, чего ждать. Сугубые новшества и радикальные поиски новых форм — это, как правило, не на «Эрмитаже». Добротный современный мэйнстрим с небольшими и, как правило, немногочисленными включениями фьюжн — вот устоявшаяся стилистическая формула этого фестиваля: против прошлых лет, не было даже включений латинских или окололатинских стилистик — да и вообще коллективов было чуть меньше, чем обычно (что, скорее всего, пошло фестивалю на пользу, т.к. для публики воспринимать пять 50-минутных выступлений за вечер, безусловно, легче, чем 6-7 с варьирующейся продолжительностью, как случалось в прошлые годы). 15 или 16 (это как считать — см. ниже) коллективов за три дня — фестиваль одновременно и представительный, и компактный.
Главное изменение, случившееся с «Эрмитажем» за 11 лет — это его устойчивая и глубокая международность. На самом первом фестивале этот показатель обеспечивался участием коллективов из Украины и Молдовы. Постепенно подтянулись европейские страны, США и даже Южная Америка. А теперь большинство составов на фестивале — не те, что можно обычно увидеть в московских джаз-клубах: либо «совсем иностранные», либо смешанные, либо — если уж российские — то с новой и эксклюзивной программой. Если кому-то ещё что-то нужно в этом смысле доказывать, то нужно ли лучшее подтверждение тому, что Москва стала постоянной точкой на мировых джазовых маршрутах?


Стас Должков, Майк Трейси, Пётр Востоков

Вот и в этом году фестиваль открыл международный состав: американский саксофонист Майк Трейси с молодыми российскими музыкантами. Проект не случайный, и не случайно носит название «Открытый мир»: Майк Трейси — не только сильный и опытный концертный саксофонист, он возглавляет джазовую программу в Университете Луивилла (штат Кентукки), а это та самая программа, которая хорошо известна джазменам всего мира по имени её основателя — Джейми Эберсолда, изобретателя учебного метода «игры под минус» (когда молодой музыкант может вволю импровизировать дома под специально записанные фонограммы профессиональной джазовой ритм-секции). Луивиллский джазовый факультет уже пятый год регулярно принимает российских джазовых стажёров, которые ездят в США по программе «Открытый мир»; Трейси как раз и выступал с молодыми россиянами, игравшими и стажировавшимися на родине джаза по этой программе. С американским профессором играли пианисты Алексей Иванников и Родион Гоборов (один сменял другого посреди программы), а также Пётр Востоков (труба), Станислав Должков (тенор-саксофон), Сергей Корчагин (контрабас) и Александр Зингер (барабаны). Не все эти музыканты стажировались именно в Луивилле (так, Востоков и Зингер ездили на фестиваль им. Лайонела Хэмптона в Айдахо), но все показали себя первоклассными солистами и с американским гостем прозвучали весьма крепким ансамблем.

Иван ФармаковскийПроект московского пианиста Ивана Фармаковского Next To The Shadow — ещё один российско-американский конгломерат, но уже не студенческий, а, так сказать, взрослый (хотя назвать игру «Открытого мира» студенческой — значит соврать: молодые музыканты играли весьма зрело). Весной 2008 года Фармаковский записал в Нью-Йорке одноименный альбом, который сейчас готовится к выходу в России и США. Над ним работал маститый звукорежиссёр Джеймс Фарбер на студии Sear Sound, а в записи приняли участие трубач Райан Кайзор (оркестр Линкольн-Центра, Mingus Big Band, Liberation Music Orchestra Чарли Хэйдена и др.), контрабасист Угонна Окегво и знаменитый барабанщик Джин Джексон (ансамбль Хэрби Хэнкока, Mingus Big Band), а также главный «джазовый мост» между Россией и США — саксофонист Игорь Бутман (кстати, игравший и на самом первом «Эрмитаже» в 1998 г.). В нынешнем сценическом воплощении проекта из студийного состава остались только Фармаковский и Бутман; кроме них, на сцену вышли трубач Джон Бэйли (Vanguard Jazz Orchestra, оркестр Рэя Чарлза, ансамбль Рэя Барретто), барабанщик из Нью-Орлеана Дональд Эдвардс (Mingus Big Band) и один из сильнейших в России контрабасистов — Антон Ревнюк. Авторская музыка Фармаковского в манере современного мэйнстрима, насыщенная эмоциями и очень плотная по фактуре, была сыграна с мощью и блеском, равных которым на фестивале в этот раз было показано немного.


Фармаковский, Ревнюк, Бэйли, Эдвардс, Бутман

Американца Джорджа Коллигана в России уже неплохо знают — он приезжал в качестве пианиста Mingus Dynasty, да и в трио выступал — но как пианист. На фестивале же он играл как органист, правда — не на «настоящем» Hammond B3 (ну нет их в Москве), а на его цифровом эмуляторе, впрочем — звучавшем совершенно убедительно. С Джорджем играло классическое органное трио, т.е. гитарист и барабанщик, в данном случае — Игорь Золотухин и Евгений Рябой.
На электрооргане — мягком, в общем-то, по звучанию инструменте — звук у Коллигана жёсткий, упругий, с почти животным, экстатическим напором. Орган удачно взаимодействовал с гитарой, которая не тянула на себя одеяло и надёжно поддерживала органиста. Чуть сложнее оказалось взаимодействие с барабанами: точная, суховатая, метрономически выверенная игра Рябого входила в ощутимое противоречие с порывистой, напористой игрой Джорджа. В целом сет тяготел к самым современным тенденциям в формате органного трио, канон которого, казалось бы, был сформирован не менее полувека назад, но то и дело обогащается новыми идеями, доказывая большую гибкость и открытость этого вида джазового музицирования.

Дженн ПаркерИ следующий коллектив был смешанным, российско-американским. Ещё на фестивале в Архангельском в июне мы ознакомились с новым творческим тандемом — барабанщика Олега Бутмана (младшего брата саксофониста Игоря; Олег, в отличие от старшего брата, проработал в Нью-Йорке не семь лет, а более полутора десятилетий) и пианистки Натальи Смирновой. На этот раз они представили три совместных авторских сочинения не в жёстких джаз-роковых звучаниях, как это было в Архангельском, а в более мягком акустическом звучании (вместе с контрабасистом Владимиром Кольцовым-Крутовым и тенористом Дмитрием Мосьпаном), а затем на сцену вышла их гостья — американская вокалистка, которую, не разобравшись, средства массовой информации наименовали Нефертари Бэй. Действительно, вокалистка с таким именем была заявлена в афише, но на сцену вышла приехавшая на замену более опытная Дженн Паркер, которая в Россию ездит ровно столько, сколько проводится фестиваль «Джаз в саду Эрмитаж», хотя на его сцене пока ещё не выступала. Дженн в сопровождении ансамбля Бутмана-Смирновой надёжно исполнила три проверенных временем стандарта, без одного из которых, как гласит народная мудрость, концерта не бывает так же, как не бывает песни без баяна — хотя никакой Америки, откуда вроде бы приехала, московской публике не открыла.

Sitra AchraВечер завершал словацкий коллектив Sitra Achra, играющий медленный гипнотический блюз-рок. Группа приехала в Москву без своего органиста (говорят, неплохого), да и на барабанах играл «подменщик» — кто-то из московских блюзменов, поэтому, возможно, словацким гостям не удалось полностью раскрыть свой потенциал. Хотя было слышно, что лидер, Бобош Прохазка, здорово играет на харпе (блюзовой губной гармонике), и голос его — в пределах той единственной октавы, которая ему доступна — обладает убедительно хриплым, истинно блюзовым тембром.

Второй день фестиваля, суббота, как обычно, оказался более многолюдным — слушатели уже не только сидели на стульях перед сценой или бродили по дорожкам парка, но и в изобилии раскладывались со своими термосами, сумками с едой, одеялами, «пенками», пледами и целыми надувными матрасами по газонам «Эрмитажа», что каждый год составляет изрядную часть прелести атмосферы фестиваля.

Первый коллектив, Larber Band под руководством клавишника Евгения Ревнюка (кстати, старшего брата басиста Антона Ревнюка), представил для разогрева довольно прохладный, элегический и отстранённый фьюжн, который разносился под разросшимися кронами освещённых солнцем эрмитажных лип, настраивая собирающихся на терпеливый лад. К терпению призвал и следующий коллектив, Trialogue + из Франции, руководил которым, тем не менее, бывший москвич, а ныне житель Канна (того самого, где MIDEM и кинофестиваль) — гитарист Андрей Боднарчук; этот квартет умело и слаженно играл гитарную музыку, напоминающую как о некоторых работал Эла ДиМеолы, так и (хотя в намного меньшей степени) о популярной во Франции традиции «цыганского» джаза.

Адам МаковичОткрытия начались с третьего сета, когда на сцену поднялся ветеран польского джаза Адам Макович. Времена, когда пан Адам играл передовую по своим временам музыку, не то чтобы миновали — просто у пианиста явно сменилась область интересов: он сейчас исследует супертрадиционное джазовое музицирование, с огромным вкусом, тонкой нюансировкой, глубиной проникновения в стиль и пониманием материала играя джазовые стандарты в манере между Эрроллом Гарнером и Артом Тэйтумом. Да, это не передний край развития джаза, но это такая степень вхождения в джазовую классику, которой можно только позавидовать.

Лэрри УиллисАмериканский пианист Лэрри Уиллис приехал выступить с собранным из московский музыкантов ансамблем израильского саксофониста Роберта Анчиполовского. Уиллис — не только мэйнстримовый пианист (игравший с Карлой Блэй, Фатхэдом Ньюманом, Вуди Шоу, Натом Эддерли и др.); в истории музыки он наверняка не в меньшей степени останется благодаря участию в Blood, Sweat & Tears (1972-1979). Но его опыт работы в джаз-роке в его нынешней игре прослеживается довольно мало — он превосходно владеет современной хардбоповой и постбоповой идиомой, внутри которой и было организовано выступление с Анчиполовским, что особенно подчёркивалось сильным, но достаточно консервативным (в манере Фила Вудса) звуком последнего.


Грета Матасса (сидит слева), Алексей Николаев (справа)

Вечер завершал ещё один российско-американский проект. Опытная и сильная певица Грета Матасса достаточно хорошо известна на американской сцене, хотя живёт она далеко от Нью-Йорка или Сан-Франциско — в Сиэтле. В Сиэтле уже почти десять лет живёт и Алексей Николаев, российский тенор-саксофонист, некогда первый тенор в «МКС Биг-бэнде» Анатолия Кролла. Алексей осел на северо-западе США ещё в конце 90-х и в Москву с тех пор почти не приезжал — разве что весной этого года показался в Клубе Игоря Бутмана, сыграв высокоэнергетичную программу стандартов, доказавшую, что отличные технические возможности саксофониста и его умение эмоционально насыщенно, темброво ярко и очень разнообразно динамически изложить музыкальный материал за годы работы в Сиэтле не только не ослабли, но достигли и некоего нового качества. В ансамбле с Гретой Матассой Алексей вынужденно находился чуть позади точки фокуса внимания аудитории (всё-таки у нас, как, впрочем, и везде, больше любят вокалистов, чем инструменталистов-импровизаторов), но доставил своим мастерством истинное удовольствие.

Сразу Rhythm

Третий, воскресный вечер (24 августа) открывал один из лучших московских клубных коллективов современного мэйнстрима, который может сделать честь не только любому джазовому клубу, но и любой фестивальной сцене — Crazy Rhythm. И не так чтобы ансамбль барабанщика Павла Тимофеева действительно ориентировался на какие-то бешеные ритмы. Нет: здесь всё происходит в разумном балансе — заковыристые ритмические модели (вроде 13/4), нешаблонные гармонические построения, плотные и насыщенные идеями импровизационные линии; и всё это (в данном случае) силами всего лишь квартета — сам Тимофеев, молодой контрабасист Сергей Корчагин, опытнейший гитарист Александр «Юрич» Надеин и один из сильнейших московских тенор- и сопрано-саксофонистов, выросший в оркестре Игоря Бутмана в зрелого и мощного мастера, но всё ещё совсем молодой по возрасту Дмитрий Мосьпан, как раз в год первого «Эрмитажа» 14-летним вундеркиндом ворвавшийся на московскую сцену.

Карлхайнц МиклинСамым, пожалуй, «авангардным» сетом фестиваля стало выступление австрийского ансамбля Карлхайнца Миклина (саксофоны). 62-летний Карлхайнц Миклин — не только президент Международной ассоциации джазовых школ (IASJ), но и активно концертирующий саксофонист, вот уже 30 лет выступающий по всему миру со своим трио, куда с самого начала (1977) входит контрабасист Эвальд Оберляйтнер. Третьего участника трио, как ни странно, зовут... Карлхайнц Миклин: это сын саксофониста, барабанщик. Карлхайнц Миклин-второй? — уточнил один из авторов этих строк перед тем, как объявить выступление австрийского трио. «На самом деле, четвёртый», улыбнулся саксофонист. «Объявите — Миклин-младший».
Австрийцы не уходили слишком далеко во фри-джаз или атональность: это не был мэйнстрим, но музыка всё время оставалась в пределах доступного для достаточно широкой аудитории — и видно было, что аудитория внимательно слушает и даже частично захвачена этой музыкой. Ориентальная мелизматика, ладовая импровизация, искусная игра с тембрами инструментов — и всё это при почти полном отсутствии мэйнстримового фейерверка технических сложностей и виртуозных потоков нот: понятно, что сторонникам авангарда эта музыка могла показаться недостаточно авангардной, а сторонникам мэйнстрима — не отвечающей их представлениям о виртуозной джазовой игре, но факт есть факт: часть аудитории музыка Миклина действительно заворожила.

Вокалистка Анастасия Глазкова показала один из немногих чисто российских проектов на фестивале — собственный квартет с пианистом Владимиром Нестеренко (саксофонист Роман Соколов, контрабасист Макар Новиков и барабанщик Александр Зингер). Возможно, в клубных условиях её программа звучала бы более органично: кажется, что для того, что делает Настя, требуется определённая камерность как элемент антуража. Тем не менее, публика однозначно высказалась в поддержку услышанной программы.

Американский саксофонист Крэйг Хэнди играл с «Мосгортрио» пианиста Якова Окуня, в которое сейчас входят контрабасист Макар Новиков и барабанщик Александр Машин. Как и для многих других американских джазменов, для Хэнди первой сценой в России в далёком уже 2001-м стал промышленный сибирский город Новокузнецк Кемеровской области, где с конца 70-х проводил лучший сибирский фестиваль «Джаз у Старой крепости» продюсер Анатолий Берестов (1953-2006). Но постепенно Крэйг, один из последних «выпускников» легендарного ансамбля Jazz Messengers барабанщика Арта Блэйки, начал осваивать и Москву, в последнее время приезжал с Mingus Dynasty. Теперь вот выступление с Яковом Окунем — пианистом крупного мазка, плотных фактур, скульптурных, точно вылепленных звуковых построений. Хэнди был интересен на саксофонах, но надо отметить и его игру на флейте: он не лучший флейтист в джазе, но исключительно точно использует летучий, округлый звук этого инструмента как тембровую краску, как важный элемент построения эмоционального наполнения пьесы.

Александр БеренсонФинал фестиваля выдался двойным (отсюда и наша неуверенность в том, 15 или 16 коллективов выступили на «Эрмитаже»). Игорь Бутман представил два проекта, в которых он выступает одновременно сайдменом и продюсером (или, если угодно, играющим продюсером), а в качестве лидеров выступают другие музыканты: в одном — санкт-петербургский трубач Александр Беренсон, с которым Игорь когда-то, в начале 80-х, играл в Ленинграде, в другом же — трубач московский, более того — участник биг-бэнда Игоря Бутмана, Вадим Эйленкриг. Оба состава играли по полсета, всего по полчаса, и значительно пересекались, так сказать, по персоналу: в обоих на сцене были пианист Антон Баронин (во втором случае — за электронными клавишными), барабанщик Эдуард Зизак и сам Игорь; кроме лидеров, менялись басисты (в первом составе — Виталий Соломонов на контрабасе, во втором — Антон Давидянц на бас-гитаре), а к составу Эйленкрига присоединился также гитарист Константин Серов и — на одной пьесе — телеведущий Тимур «Родригес» Керимов в качестве рэпера. Нетрудно рассчитать из этих перестановок, что первый состав играл современный акустический мэйнстрим (весьма умные и нешаблонные композиции Беренсона), а второй — так сказать, «смут-джаз с человеческим лицом», весёлый, позитивный, но без следов характерной для «настоящего» smooth бесполости. И это было очень удачное завершение музыкальной программы фестиваля.


Зизак, Эйленкриг, Бутман, Серов

Анна Филипьева,
Кирилл Мошков
Фото: Владимир Коробицын

 

Джазовый слушатель — кто он?
(По следам фестиваля в «Эрмитаже»)
Как известно, фестиваль — мероприятие намного более массовое и разнородное, чем единичный концерт. В связи с этим нетрудно сделать вывод, что зачастую на джазовом фестивале собирается прелюбопытнейшая публика. Во всяком случае, «случайных» слушателей не бывает точно: каждый приходит с определённой целью и, как правило, получает своё.

Самый доблестный контингент зрителей кучкуется у «контрольно-пропускного пункта» за полчаса до начала, создаёт толкучку и очередь, ведёт себя нетерпеливо и немного нервно и, как только охранникам поступает распоряжение начать впускать зрителей, врывается на фестивальную площадку и стремительно занимает «места в партере». С точки зрения спонсоров и предприятий общественного питания, обслуживающих фестиваль, такой контингент — самый убыточный: за весь вечер они вряд ли поднимутся со своих мест, боясь, что пока они сбегают за булочкой, место займут. Зато подобного рода слушатели добросовестно досиживают до конца программы, получив сполна как от самого фестиваля, так и от музыкантов. Следующий шаг — в худшем случае прямиком к выходу, в лучшем — в сторону прилавка с компакт-дисками — прицениться, повертеть в руках альбомы только что услышанных коллективов, посмотреть на их портреты в непосредственной близости и при этом вовсе не обязательно уйти с покупкой.

Существует и другой разряд публики, который, в отличие от предыдущего, знает, что любой фестиваль начинается с «разогрева», то есть с музыкантов если не среднего уровня, то явно не высшего. Следовательно, приходить к началу — не просто моветон, но свидетельство явного незнания джаза как такового. Не принимаем в расчёт тех из них, которые в музыке действительно подкованы и которые знают по одной только программе, кого им хотелось бы услышать, а кого — нет: с такими людьми всё ясно и обсуждать их неинтересно. Принципиальным же зрителям необходимо обойти фестивальную территорию вдоль и поперёк, затовариться «сувенирной продукцией», попробовать пиво в каждом ресторанчике, а под вечер добраться, наконец, до сцены, в полной уверенности, что «гвоздь» программы припасён на финал.

Есть и занятные персонажи, чаще всего этакие джазовые ветераны, кочующие с фестиваля на фестиваль с каким-нибудь «тандемом» — зонтиком, расшитым именами великих джазменов, в выцветшей кепке с саксофоном, купленной в «однатыща-девятьсот...» — и так далее. Подобные знатоки и ценители собираются целыми компаниями, редко обращают внимание на сцену как таковую, зато сполна успевают себя показать, на других посмотреть и обсудить, что есть «свинг Диззи Гиллеспи» и чем он отличается от «свинга Чарли Паркера».

Исключительно отдыха ради, бывает, приходят на джазовые фестивали люди, возможно не слишком эрудированные в вопросах джаза, но ценящие отдых на природе под хорошую живую музыку, расстилающие на газоне пледы, думающие о своём или читающие журналы и книги, пока на сцене происходит бесконечный музыкальный марафон. Некоторые из них листают специализированную прессу и литературу, вроде журнала «Джаз.Ру», чтобы, как говорится, вникнуть в суть «без отрыва от производства»; некоторые — не церемонясь — делают из центрального листа этой самой специализированной литературы шапочку от солнца. Все они, тем не менее, улыбчивые, интеллигентные, задумчивые — общем, создающие своеобразную тёплую атмосферу и благодатную среду для работы хищно озирающимся по сторонам фотографам.

Безусловно, любая насильственная уравниловка — дело довольно неблагородное, поэтому стоит признать, что попадаются и такие зрители-слушатели, которых трудно вписать в какую-либо из вышеуказанных категорий. Постойте, скажете вы, а почему же вы даже не упомянули знатоков джаза, истинных джазовых фанатов, постоянно читающих литературу и не пропускающих ни одного фестиваля?.. А такие, несомненно особо ценные и вызывающее уважение люди, как ни странно, обычно сразу же отправляются на ночной джем, традиционно проходящий после фестиваля в каком-нибудь известном джазовом клубе. Ведь по большому счёту всё-таки не важно, какие именно люди приходят на джазовые фестивали, главное — приходят, интересуются, слушают, открывают для себя новые имена и новую музыку. А это значит, что у джаза есть своя аудитория, и поэтому у него — всё впереди.

Диана Кондрашина

Специальный репортаж
18-19 августа в городе Сочи прошёл VI Открытый джаз-фестиваль «Black Sea». Совсем недавно фестиваль поменял статус с «международного» на «открытый» ввиду некоторых малоинтересных бюрократических затруднений, что совершенно не сказалось на его специфике. Событие, имеющее место в культурной жизни главного курортного города России раз в два года, начиная с 1993-го, неизменно проходит в Зимнем театре Сочинской филармонии —примечательном массивном здании, характерном памятнике сталинского ампира 30-х годов прошлого столетия, скульптурное украшение фронтона которого, кстати, выполнила та самая В.И. Мухина, автор хорошо известной скульптурной группы «Рабочий и колхозница». Было бы не очень оригинально утверждать, что вопрос «где» всегда вносит коррективы в вопрос «как», но что поделаешь, если так и есть. В этом году на сцену сочинского «Зимнего» вышли исключительные профессионалы — пусть количество участников было и меньше, чем два года назад. Самое скверное дело, когда на фестивале происходит чёткое разделение на хэдлайнеров и новичков (зачастую неровно и самоуверенно играющих на разогреве у этих самых хэдлайнеров). Самый же главный козырь «Black Sea-2008» как раз заключался в том, что такого несправедливого расслоения не было: при всём различии музыкальной стилистики участников уровень оставался неизменно высоким.


Dixie Friends

По словам организаторов, фестиваль «Black Sea» а) отличается приверженностью основному, традиционному направлению джаза и б) старается избегать повторяемости имён. Что касается первого замечания, то вполне обосновано, что в этом году программу открывали музыканты из ансамбля Dixie Friends (которые уже участвовали в фестивале в 2004-м, а это идёт вразрез с принципом Б; но куда же мы без диксиленда!)
Коллектив из Ростова-на-Дону, сформированный семнадцать лет тому назад на базе Ростовского училища искусств педагогом Александром Усенко, за годы своего существования приноровился играть диксиленд так мастерски-непринуждённо, что не побоялся открыть фестиваль старинной песней донских казаков «Всадники-други» в характерной «новоорлеанской» обработке. Музыканты позволяют себе немного подурачиться — зрелищности ради: тромбонист Игорь Федюнин в сложной акробатической позе передвигает кулису инструмента ногой, барабанщик и вокалист Владимир Лапин нарочито серьёзно отшучивается. Dixie Friends переключаются с казачьих песен на истинную классику жанра вроде «Tiger Rag» или «Everybody Loves My Baby (But My Baby Don't Love Nobody But Me)» («Май бейби, щи-и-из май свит» — поёт с характерной хрипотой и ударением на мягкие согласные Владимир Лапин).
Алекс ТуччиНа одну из песен к ансамблю присоединяется вокалистка, а затем и гость из Италии — трубач Алекс Туччи. Последний — вылитый Адриано Челентано: хрипит совсем как Армстронг и по-итальянски, спешно и многословно, объявляет очередную композицию. «Ничего не понимаю, но вроде как определились», — снимает невольно образовавшееся в зале напряжение Владимир Лапин. Музыканты исполняют «Just a Gigolo», выкрикивая вопросом-ответом «Nobody? — Nobody!» и фразы вроде «хали-хали», «финиш-финиш». В итоге Алекс Туччи оказывается вовсе никаким не итальянцем, а земляком-ростовчанином, превратившимся в Туччи из Тучкова после переезда в Италию; подвоха, впрочем, никто не заметил.
Вячеслав ГорскийПосле того, как под бодрые звуки труб и грузное ворчание тубы Dixie Friends ушли со сцены, началось второе отделение первого дня фестиваля — уже не такое, как бы это сказать, потешное, а, скорее, интеллектуальное. Прославленный пианист Вячеслав Горский выступил со своей группой «Квадро», которая за 24 года не раз меняла свой состав и опять-таки приехала в Сочи в обновлённом виде: к нынешнему основному составу (Вячеслав Горский и бас-гитарист Алексей Лебедев) присоединился не менее уважаемый гитарист Павел Чекмаковский. Плюс — недавно группа обрела нового молодого барабанщика Артёма Федотова. Именно таким квартетом «Квадро» исполнило несколько композиций с разных альбомов Вячеслава Горского, устроив своего рода экскурсию в сольное творчество этого бывшего участника золотых составов легендарной группы «Арсенал». Журналисты и критики уже давно перестали ломать голову в поисках верной классификации музыки Горского, обозначая её пространным, но ёмким словом «фьюжн», — и количество разнообразных смешений и влияний, прозвучавших в прошедшем выступлении, в очередной раз не дало никакого шанса оторваться от этого клише. С легкостью, звучностью и драйвом группа «Квадро» сыграла восемь композиций, среди которых подвижные «Сальса летнего вечера», «Why Not» с одноимённого альбома, «Московская самба» и лиричная «Грёзы любви» (без электрогитары Чекмаковского), и заглавная — с альбома «Лотос моего сердца», знаменующая творческие поиски пианиста в неисчерпаемой музыкальной традиции Востока. Финальной стала песня, исполненная квартетом Горского вместе с одной из участниц коллектива, завершающего первый фестивальный день в Сочи. С Этери Бериашвили, вокалисткой A'Cappella ExpreSSS, Вячеслав Горский «спелся» ещё во времена работы над вышеупомянутым альбомом «Why not».
Вопрос о том, сколько же всё-таки «традиционного джаза» в репертуаре группы «Квадро», так и остался открытым: вспоминая два постулата фестиваля «Black Sea», нетрудно заметить, что коллектив никак не вписывался в рамки первого. В то же время Горский — единственный в числе участников автор и исполнитель в одном лице, и музыка его, сыгранная вживую на сцене, при всей своей «фанковости», «джаз-роковости» и даже «смут-джазовости» сохраняет намного больше от того самого «традиционного джаза», чем студийные записи (простите меня, пожалуйста, за обилие американизмов). Да и вообще, хорошая это тенденция — составлять программу фестиваля так, чтобы разнородность участников исключала всякую возможность сравнивать.


A'Cappella ExpreSSS

Что, впрочем, не отменяет конкуренции. Когда подошло время выступления группы A'Cappella ExpreSSS, в ресторане гостиницы «Жемчужина», находящегося через дорогу от Зимнего театра, должен был начаться ночной джэм-сешн — очередная дилемма выбора, типичная для любого уровневого джазового фестиваля, возникла и здесь. Ведущий вечера Владимир Каушанский отпустил зрителей на короткий перерыв между вторым и третьим отделением только после того, как взял с них обещание вернуться в зал «в том же составе». Надо отдать должное сочинцам: обещание нарушено не было.
Москвичи A'Cappella ExpreSSS, неоднократные призёры различных вокальных конкурсов и с недавних пор подопечные гиганта Universal Music, с ходу покорили аудиторию оригинальными аранжировками всемирно известных джазовых и околоджазовых хитов, среди которых «Let My People Go», «Don’t Worry, Be Happy», «My Favorite Things» (последняя была перепета на минорный лад и оттого звучала нежно, воздушно и тревожно). Затем вокальный коллектив напомнил зрителям о конкуренции: тенор Макс Костра и баритон Антон Касаткин устроили настоящую битву в битбоксинге и даже «вокальном тёрнтаблизме», спев выдержки из танцевального хита 1990-х «Gonna Make You Sweat (Everybody Dance Now)», кавер-версию на песню «We Will Rock You» группы Queen, некогда исполненную английской поп-группой Five, а также песню «В лесу родилась ёлочка» с ломаным ритмом. После такого сумасшествия, напрочь сразившего публику, вокалисты переключились на джаз, а затем и классику, исполнив попурри из тем Моцарта. Но истинной кульминацией выступления коллектива стала песня «Hit The Road Jack» («До свидания, дорогой Вася» — перевели вокалисты), спетая участниками A'Cappella ExpreSSS вместе со зрителями Зимнего театра. Завершилось выступление группы не чем-нибудь, а поклоном в сторону «Битлз» и их «Yesterday» в варианте, временами напоминающим самый настоящий госпел («Эту песню перепевали миллион раз, и мы хотим перепеть её в миллион первый», — призналась Этери Бериашвили).
После такого мощного и эффектного завершения концерта трудно было поверить, что вечер только начинается. Или, вернее сказать, джаз — только начинается.
Две минуты неспешной ходьбы по тёплому ночному Сочи — и попадаешь в ресторан, на сцене которого уже вовсю происходит джем-сешн, главные герои которого — музыканты оркестра Олега Лундстрема и сочинский квартет Сергея Кокорина. Оркестр заявлен на второй день фестиваля вместе с известной американской вокалисткой Деборой Браун. А сейчас Дебора сидит за одним столом с художественным руководителем и дирижёром оркестра Борисом Фрумкиным и улыбчиво смотрит, как музыканты в неформальной обстановке, быстро сменяя друг друга на сцене, импровизируют на известные джазовые темы. Ещё миг, и госпожа Браун сама оказывается на сцене, чем вызывает волну аплодисментов самых отъявленных меломанов, оказавшихся в ресторане на «продолжении банкета» после официальной программы. Спустя некоторое время количество участников джем-сешна увеличилось за счёт ансамбля Dixie Friends, вышедшего к микрофонам со своими трубами, тубой и банджо и задорным (даже чересчур — для классического диксиленда) звучанием. Тромбонист Dixie Friends снова исполнил акробатический трюк «игра ногой», всё ещё убедительно смахивающий на итальянца Алекс Туччи приспособил попавшийся под руку хрустальный бокал под сурдину, затем, хрипя, трогательно пел дуэтом с Деборой Браун. Время от времени к ним подключались музыканты оркестра Лундстрема, и в зале стояла настоящая музыкальная вакханалия вперемешку с виртуозной импровизацией. Чернокожая гостья из Канзас-Сити, скрывшись со сцены и вернувшись к своему столику, призналась директору фестиваля «Black Sea» Бориславу Ягудину, что этот джем-сешн — лучший из того, что она слышала в жизни.
Так подошёл к концу самый насыщенный и самый долгий вечер фестиваля.


Дебора Браун, оркестр Лундстрема, Борис Фрумкин

На следующий день недавние звезды ночного сешна вернулись к зрителям в строгих костюмах и уже на сцену имперского Зимнего. Но джазмены есть джазмены, даже если речь идёт о настоящем оркестре, тем более — самом «долгоиграющем» в истории джаза (что, как полагается, засвидетельствовано в Книге рекордов Гиннеса). В 1993-м оркестр участвовал в первом фестивале «Black Sea» — тоже вместе с Деборой Браун. С тех пор они не раз выступали с гастролями как по России, так и по миру, но в Сочи вернулись только спустя 15 лет. Оркестр им. Лундстрема сейчас, через три года после ухода из жизни самого Олега Леонидовича — это объединение заслуженных артистов России и молодых талантливых музыкантов, с прошлого года возглавляемое известным пианистом, композитором и дирижёром Борисом Фрумкиным, тоже заслуженным артистом России. Возвращение «ветеранов» фестиваля на сцену Сочинской филармонии — событие эпохальное.
Второй вечер, в который в Зимнем театре собралось заметно больше народу самых разных возрастных категорий, начался с известной пьесы Гершвина «Пусть гремит оркестр». Не прошло и полминуты, как стало понятно, что ровными стандартами дело не ограничится: быстрыми движениями один из трубачей поднялся с места, вышел на середину сцены, поправил микрофон и моментально начал играть соло. Не успевает он доиграть свою партию, как то же самое проделывает саксофонист. Борис Фрумкин ходит по сцене, щёлкая пальцами ритм и, поворачиваясь лицом к зрительному залу, начинает громко хлопать в ладоши, дирижируя, таким образом, сразу двумя оркестрами — джазовым и зрительским. Заслуженный артист России трубач Юрий Парфёнов исполняет вместе с оркестром собственную композицию, держащуюся в лундстремовском репертуаре с конца 70-х — «Дервиш», тоже навеянную восточными, но на этот раз среднеазиатскими мотивами.
Дебора БраунВскоре появляется американская гостья Дебора Браун. Зал взрывается овациями, Дебора произносит «спасибо большое, добрый вечер» почему-то без акцента, и начинается самая горячая часть программы: Фэтс Уоллер, Элла Фитцджералд (чью песню «How High the Moon» Дебора исполняет в дуэте с Борисом Фрумкиным за фортепиано), Майлс Дэйвис и, конечно же, любимый автор Деборы — её земляк Чарли Паркер. Казалось, что на сцене Зимнего просто продолжался ночной джем-сешн — так легко и виртуозно играли музыканты.
Начало второго отделения оркестр Олега Лундстрема посвятил творческому наследию Дюка Эллингтона (по словам Бориса Фрумкина, личная встреча с великим джазовым композитором была самым большим событием в его жизни). Музыканты играют нон-стоп композицию за композицией, художественный руководитель и за роялем продолжает «вести» оркестр, первым начиная новую тему. Когда на сцену возвращается Дебора Браун, концерт продолжается музыкой Рэя Чарлза, Луи Армстронга, снова Чарли Паркера (на этот раз Дебора сама садится за рояль и играет соло); дело не обходится и без одной из самых любимых и популярных тем в репертуаре джазовых биг-бэндов — «Night in Tunisia» Диззи Гиллеспи. Но, повторюсь, в данном случае — ничего стандартного. Под конец барабанщик Владимир Журкин устроил такое длинное и сумасшедшее соло, что в зале начал раздаваться восхищённый свист. Нет, к несчастью, слов таких, чтобы в полной мере описать накал эмоций, передавшийся в тот момент в зрительный зал... Публика в приступе восторга взорвалась аплодисментами, сопровождающими оркестр Лундстрема всю финальную композицию. А ей стала «The Old Circus Train Turn-Around Blues» — и снова Эллингтон. Аудитория аплодировала стоя.
В самом деле: всего каких-то два, казалось бы недолгих, дня и всего четыре коллектива. Фестиваль, что называется, федерального назначения, ориентированный в основе своей на местную публику и некоторую (не слишком большую часть) отдыхающих. При этом — высокий уровень организации: никакой видимой суеты, каждое выступление — интересное, яркое. Хочется верить, что фестиваль «Black Sea» окончательно обретёт статус одного из ярчайших событий культурной жизни города Сочи, ведь всё-таки два года — к сожалению, слишком большой срок, чтобы мероприятие воспринималась как нечто уникальное — и в то же время непреходящее. Если, конечно, это не Олимпийские игры...

Диана Кондрашина

Постсоветское пространство:
что было

После небольшого перерыва, связанного с летними каникулами и страшной жарой, установившейся в Ереване в летние месяцы, организаторы Года джаза в Армении  31 июля возобновили свою сезонную атаку на джаз-фанатов с... модного дефиле. Рассказывает наш ереванский корреспондент Армен Манукян...>>>>

Постсоветское пространство:
что будет

С 2 по 5 октября в Новосибирске пройдёт международный фестиваль «Сибирские джазовые игрища - 2008». Учредителями этого мощного форума музыкантов и исследователей джазового искусства стали Сибирский институт джаза, возглавляемый известным музыкантом, искусствоведом и продюсером Сергеем Беличенко, и ООО Фирма «Агарта» - сеть магазинов музыкальной аудио- видеопродукции. Генеральным спонсором выступило ООО «Автомотив».
«Джазовые игрища» соберут 75 музыкантов из 16 городов четырёх стран: России, Швеции, Норвегии и США. 8 сибирских и 8 зарубежных ансамблей будут выступать одновременно на трёх сценах города в сменном режиме: в Доме Учёных (Академгородок), в «Кобре», она же ДК имени Октябрьской революции (улица Ленина, напротив театра «Красный Факел») и в музыкальном клубе «Агарта» (улица Карла Маркса, рядом с кинотеатром «Авропа»).
Впервые за историю джазовых фестивалей за Уралом этот фестиваль представлен ведущими мировыми музыкантами: первым эшелоном нью-йоркской джазовой сцены, которые будут преобладать на концертах. Это вокалистки Ариэль Викхэм и Дебора Камерон, саксофонисты Абду Селим, Марк Бернстайн и Абрахэм Бёртон, квартет Тимоти Вольфа из Мэриленда, трубача Александра Сипягина из Нью-Йорка, трио гитариста Дэвида Гилмора и ансамбль тромбониста, трубача и вокалиста Фрэнка «Ку-Умба» Лэйси. С новым авангардным европейским джазом нас познакомит трио Мартина Кюхена. Российская сторона соберёт лучших музыкантов Сибири: вокалистку Викторию Чековую, трио Алексея Подымкина (ныне жителя Москвы), «Романтик джаз квартет» Евгения Серебренникова, трио Игоря Дмитриева, квартет «Только друзья» Дмитрия Аверченкова, оркестр Владимира Толкачёва, сибирскую сборную - «Мировой пансибирский величайший джаз ансамбль» и молодую талантливую джазовую смену.
В рамках фестиваля пройдут мастер-классы ведущих джазменов-педагогов, а также 4-й по счёту теоретический новосибирский симпозиум по проблемам современной джазологии «Осколки», на трёх пленарных заседаниях секций которого: «Джаз в современной России», «Проблемы джазового образования» и «Основы джазологии» с докладами выступят искусствоведы, музыковеды, психологи, журналисты, социологи и философы.
Оргкомитет принимает доклады и в заочном виде, их в этом случае прочтут студенты теоретического факультета НГК имени М.И.Глинки.
Подробное расписание фестиваля

IX Открытый фестиваль духовой и джазовой музыки «Сентябрь в Тихвине» пройдёт в городке Тихвин на востоке Ленинградской области (в 200 км. от Санкт-Петербурга). В жизни маленького города этот фестиваль — одно из самых ярких событий. Целью фестиваля, сообщают его организаторы, «является приобщение широкого круга слушателей к лучшим образцам мирового искусства, популяризация джазового исполнительства, сохранение и пропаганда джаза как вида искусства, поддержка и поощрение наиболее одаренных исполнителей и коллективов».
В этом году фестиваль состоится в районном Доме культуры 5 и 6 сентября. Ведущий концертов фестиваля — заслуженный деятель искусств России Владимир Фейертаг.
5 сентября, Дом культуры: открытие фестиваля и концерт духовой и джазовой музыки с участием тихвинских коллективов (духовой оркестр п/у Ивана Смольского, диксиленд п/у заслуженного работника культуры России Евгения Генкина, солистка Марина Демьяненко), учащиеся вокально-хорового отделения ДШИ им. Н. А. Римского-Корсакова (руководитель — заслуженный работник культуры России Татьяна Саркисова), Надежда Поспелова, Светлана Голышкина, квинтет Игоря Володина, вокалист Антон Михайлов), а также санкт-петербургского дуэта гитариста Александра Старостенко и басиста Сергея Шевченкова.
6 сентября на площади Свободы в исторической части города на открытом воздухе будет играть духовой оркестр под руководством Ивана Смольского, а в Доме культуры тем временем будут играть биг-бэнд «Новгород» п/у заслуженного артиста России Анатолия Малышева (Великий Новгород), октет духовых инструментов Кирилла Бубякина (Санкт-Петербург), Алексей Круглов (Москва, саксофон), Олег Юданов (Архангельск, ударные), инструментальное трио гитариста Николая Куликова (Архангельск), квартет пианиста Дмитрия Братухина (Санкт-Петербург) и ансамбля саксофонистов «Комбо» (руководитель — Валерий Киблер, Великий Новгород).

Что намечается:
столичные анонсы
19 сентября, Московский Театр эстрады: весь джаз Москвы в юбилейном вечере: «Анатолий Кролл - 50 лет в джазе»
Участвуют: Игорь Бутман, Алексей Кузнецов, Борис Фрумкин, Владимир Данилин, Давид Голощекин, Даниил Крамер, Игорь Бриль, Андрей и Михаил Ивановы, Валерий Гроховский, Олег Кролл, Анна Бутурлина
Специальные гости: Лариса Долина, Олег Митяев, Александр Панкратов-Черный
Биг-Бэнд им.Олега Лундстрема, «Фонограф Джаз-бэнд» Сергея Жилина, «Академик-бэнд» и группа «Мы из джаза» Анатолия Кролла
Ведущий: Кирилл Мошков
Начало в 19.00. Билеты в кассах театра Эстрады и МДТЗК
Московский театр эстрады (Берсенёвская наб., д. 20/2, тел.(495)959-0550, справки 959-0456)
А в это время
за бугром...
14 августа было объявлено о том, что президент Федеративной республики Германия наградил франкфуртского альт-саксофониста Эмиля Мангельсдорффа федеральным орденом «За заслуги» высшей степени. Эмиль, которому сейчас 83 года — старший брат легендарного тромбониста Альберта Мангельсдорффа, который умер в июле 2005 г. Орден будет вручен Эмилю Мангельсдорффу 15 сентября в резиденции канцлера земли Гессен, расположенной близ Франкфурта-на-Майне, в Висбадене.
Эмиль Мангельсдорфф начал играть джаз в 1930-е, когда эта музыка в Германии была практически запрещена, и имел административные неприятности из-за своего увлечения «еврейско-негритянской какофонией», тем не менее умудрившись в 1940 г. создать полуподпольное общество любителей джаза — Hot Club Frankfurt. Он был призван на фронт и несколько лет провёл в советском плену. Вернувшись после плена в родной Франкфурт, Эмиль стал играть джаз с местными музыкантами (Йоки Фройнд, Ютта Хипп). С 1958 г. он постоянно выступал с джаз-ансамблем Гессенского радио, а также регулярно гастролировал по всему миру от лица германской культурной организации — Института Гёте. В последнее время Мангельсдорфф-старший также регулярно выступает с лекциями о джазовой жизни Германии в период Третьего рейха, играет с собственным джазовым квартетом и проводит серию джазовых концертов во франкфуртском зале Holzhausenschlösschen.
Рецензии

Willie Nelson,
Wynton Marsalis

«Two Men With The Blues»

Angel, 2008

* *

Звезда музыки кантри Уилли Нелсон, который привлек к себе самое большое внимание Америки, когда у него конфисковали всё, что было, за неуплату налогов, и лоснящийся от достатка ревнитель памяти о расовом неравенстве Уинтон Марсалис записали совместный альбом «Two Men With the Blues». На его целлофановой упаковке в магазине Virgin Megastore уже красуется красный кружок уценки с цифрой $10, в то время, как лежащий рядом диск Мадонны, как бы мы к ней ни относились, стоит $18,99. Боюсь, что «Two Men With the Blues» скоро пополнит почётный список из десятков других альбомов Марсалиса, которые отказывается принимать для перепродажи мой любимый магазин подержанных CD Academy, что на Западной 18-й улице в Манхэттене.
В новый альбом вошел десяток композиций, прозвучавших в прошлом году на совместном концерте Нелсона и Марсалиса в Линкольн-центре, где трубач Уинтон наслаждается роскошным доходом заведующего джазовыми программами. Именитая пара потчует публику новоорлеанскими шлягерами, которые с не меньшим мастерством исполняются в барах Французского квартала и на колёсных пароходах, где прожигают жизнь европейские туристы, привлеченные низким курсом доллара. Здесь тебе «Bright Lights», «Big City» и «Caldonia», «Basin Street Blues» и «My Bucket’s Gut a Hole in It», «Georgia on My Mind» и «Stardust». Несколько блюзов Нелсона не способны изменить картину.
Оркестр играет точно, как кварцевые часы, Марсалис трубит, Нелсон поёт. Жёсткий блюзовый квадрат позволяет снять значительную вокальную нагрузку с носоглотки 75-летнего ковбоя американской эстрады, равно как и резко снизить требования к сольным партиям Марсалиса. Зал, тем не менее, с энтузиазмом аплодирует.
Чем же недоволен ваш корреспондент? Первое: звёзды диксиленда, звёзды блюза и все другие звёзды, блещущие между этими жанрами, оставили нам совершенно грандиозные записи, которые: а) прекрасно звучат; б) демонстрируют их заоблачный уровень мастерства и уникальные исполнительские данные. Поэтому, каким бы великолепным технарём ни был Марсалис, он всё ещё не переплюнул, или, если хотите, не передул Луи Армстронга, равно как и Уилли Нелсон не перепел такого исполнителя того же репертуара, как Джек Тигарден.
Вторая проблема вытекает из первой и касается большей части творчества Марсалиса – обладая прекрасной техникой и исполнительской культурой, он не способен отойти ни на полшага в сторону от стандарта, сделать попытку освежить его экспериментом или шуткой. Он – лишённый ярких индивидуальных черт номенклатурщик, способный развлечь только номенклатуру. Ну и ещё – туристов, которые сегодня идут на джаз в Линкольн-центр, завтра на «Кольцо Нибелунгов» в Метрополитен-опера, послезавтра — в зоопарк Бронкса, а потом едут домой, переполненные незабываемыми впечатлениями о Нью-Йорке.

Вадим Ярмолинец
первая публикация:
«Новое русское слово», Нью-Йорк

Радио
502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.2

Подкаст "Слушать здесь":
30.08.08 - #266: трубач и музыкальный журналист Андрей Соловьев (группа "Вежливый отказ" и другие проекты) комментирует пьесы "Pleasure Control" и "Timeless" с альбома гитариста Джеймса Блада Алмера "Free Lancing" (Columbia, 1981).

28.08.08 - #265: главный редактор "Джаз.Ру" Кирилл Мошков комментирует пьесу "Freedom Jazz Dance" с дебютного сольного альбома контрабасиста Мирослава Витоуша "Infinite Search" (Embryo, 1969)

23.08.08 - #264: трубач и музыкальный журналист Андрей Соловьев (группа "Вежливый отказ" и другие проекты) комментирует пьесу "Lydiot" с альбома пианиста, композитора и теоретика джаза Джорджа Расселла "Ezz-Thetics" (Riverside, 1961).

20.08.08 - #263: главный редактор "Джаз.Ру" Кирилл Мошков комментирует пьесу "Grits" с альбома "Thunder" трио SMV (бас-гитаристы Стэнли Кларк, Маркус Миллер и Виктор Вутен) - Heads Up, 2008

ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Авторы:
Диана Кондрашина,
Вадим Ярмолинец,
Армен Манукян,
Константин Волков,
Анна Филипьева,
Кирилл Мошков

Редакторы:
Кирилл Мошков,
Анна Филипьева

Зарубежная информация
соб.инф.

Фото:
Кирилл Мошков,
Владимир Коробицын,
архив портала "Джаз.Ру"

Макет:
Павел Абраменков

 


Если у вас есть друзья, которых может заинтересовать наш журнал, но у них нет компьютера или они не подключены к Интернету - не сочтите за труд распечатать эти страницы и дать им прочитать! А лучше помогите им подписаться на нашу печатную версию - журнал "Джаз.Ру"!
Оригинальные материалы, присланные читателями, приветствуются и почти всегда публикуются. Пишите!

502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.2

502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.2

502 Bad Gateway

502 Bad Gateway


nginx/1.10.2