ваш путь к джазовой аудитории России: реклама на «Dжаз.Ру»: в сети с 1998 года - всё о джазе по-русски!

ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Выпуск #46 (56) - 15 декабря 1999 г.
Слово
к читателям
Рано, рано мы объявили дискуссию о джазовой журналистике завершенной. Рано. Это был временный спад. Коллеги набирали воздух в легкие и чернила - в чернильницы. Новый залп вновь последовал из заграницы, из минского журнала "Джаз-квадрат". В дискуссию (начало см. ## 40, 41, 42, 43, 44) вступает корреспондент "Джаз-квадрата" Анна Аладова.

 

Радует, что такой ценный информационный источник, как электронный журнал "Полный джаз", включился в активный коммуникационный процесс и дает возможность высказаться всем желающим на актуальные околоджазовые темы, иной раз даже эту актуальность провоцируя. От участия в разговоре, начатом редактором "ПД" в №40, трудно удержаться, уж очень смелая провокация затеяна.
Но масштабы ее на данный момент уже трудно различимы, поскольку каждый из высказавшихся (кроме несравненно мудрого Леонида Переверзева) говорил, в общем-то, о своем, наболевшем, лишь иногда выходя на общие, глобальные темы. Мне хотелось бы выразить свое мнение именно по вопросам, близким к глобальным, для чего необходимо несколько схематизировать обсуждаемую ситуацию и исключить пункты - из уже прозвучавших высказываний, - которые вряд ли можно считать достойным поводом для разговора:
1) Нужен ли вообще комментарий к музыке компетентных людей?
2) Какое восприятие "лучше": "профессиональное" или "потребительское"?
3) Музыкант играет для людей, инструментом не владеющих и "в консерваториях не обучавшихся".
4) Музыковеды - это "специалисты по разгрому", и их мнение для исполнителя гораздо менее важно, чем мнение квалифицированного слушателя.
5) Что важнее: качество исполнения или содержание музыки?
6) "Бывает ли джаз скучным"?
7) Какой джаз "лучше": традиционный или авангардный?
8) Может ли то или иное музыкальное направление нравиться всем одинаково?
9) Каждый исполнитель имеет право порой "лажануться"...
и т.д.
Кроме того, предлагаю опустить сейчас линию обсуждения сущности и достоинств джазового искусства вообще: это отдельная тема, которая и нас с вами, и детей наших переживет.
Теперь, когда ничто не мешает, остаются две темы, вполне "обсуждабельные" (хотя тоже претендуют на вечность) и так заметно отдалившие друг от друга оппонентов в дискуссии "ПД": понятие "профессионализма" и вопрос восприятия музыки.
Не могу согласиться с предложенным разделением процесса слушания музыки на категории "потребительское" и "профессиональное". Во-первых, потому что оно у конкретного человека всегда либо первое, либо второе: слуховой аппарат и мыслительная деятельность у профессионала не может включаться и выключаться, он всегда для себя оценивает свои впечатления. Во-вторых, слушание музыки для последующего публичного комментария и, тем более, для заработка к профессии отношения не имеет: это - выполнение должностных обязанностей (гм, а что есть профессия, как не выполнение определенных обязанностей, в том числе должностных?! - ред.). Поэтому, наверное, категорию "профессиональное" прослушивание стоило бы заменить категорией "функциональное".
Что касается затронутого в дискуссии вопроса о критериях восприятия музыки, то он для широкого обсуждения не подходит: в среде профессиональных музыкантов критерии одни, в рядах музыкальных "пользователей" - другие. И если у первых спор на эту тему имеет смысл, то у вторых неизбежно сведется к спору о вкусах.
Профессиональные трудности с восприятием музыки у части публики на каждом концерте, конечно, есть, но это трудности музыкально грамотных людей: они часто невольно "про себя" сольфеджируют, слушая любую музыку, и поэтому им нелегко расслабиться. А трудности "критического" прослушивания зависят уже от аналитических потребностей конкретного человека. Упомянутая в дискуссии недостижимость "гармонии знания и чувства" - это, мне кажется, индивидуальная проблема сугубо психологического характера.
Подходя все ближе к понятию "профессионализм", думаю, следовало бы вспомнить о наиболее естественном пути к нему - образовании. Контекст эпохи, в которой часто у руля оказываются посредственности и неучи, окрасил вопрос об образовании в почти неприличные тона. Напротив, очень эффектно, сделав карьеру, заявить, что мы, мол, университетов не кончали.
А между тем, человек, имеющий музыкальное образование, и человек, не имеющий его, всегда разное поймут на одном и том же концерте: у второго всплывут стилистические ассоциации лет за 50, а у первого - за всю изученную им как минимум тысячелетнюю историю музыки. Он такие аналогии проведет, какие без специальных знаний просто не могут появиться.
Хотя, если говорить о "профессионализме" околоджазовых людей, то здесь реально, конечно, обойтись и без музыкального образования. Его может заменить набор других факторов: богатый слуховой опыт, ориентация в мировом культурном пространстве, способность к анализу, широта взглядов, хороший вкус, любовь к искусству и т.д. Раньше это называлось "просвещенным умом", история культуры без таких "умов" была бы гораздо беднее (при том, что многие из них во всеуслышание называли себя дилетантами).
Джазовые музыканты - сплошь и рядом без образования (особенно в прошлом). Так много талантливых джазменов появилось из "физиков" и вообще - неизвестно откуда, что вполне естественным кажется и комментировать их творчество музыкально необразованным людям. Но для чего тогда существуют в вузах отделения музыковедения? Где они, музыковеды, пишущие о джазе, чтобы своим примером напоминать: человек, комментирующий музыку и не изучивший ее теорию и историю, должен быть исключением, а не правилом? Пока все наоборот. Музыковеды, за редким исключением, молчат, а журналисты - "овцы", не видящие рядом "молодцев", - все смелее подменяют профессиональные критерии в оценке искусства любительскими.
Впрочем, вполне отдаю себе отчет в том, что понятие "профессионализм" так же эфемерно, как, скажем, понятие "интеллигентность", "провинциальность". Их трудно определить, но если это есть, то сразу чувствуется. Похоже на символы в поэзии, которые не называются, а угадываются.
Не слишком-то серьезная дискуссия у нас получилась - больше подходит для типичного кулуарного трепа. Но раз она возникла, это значит, что процесс по отделению джазовой "публицистики" от джазовой "критики" мучительно пошел. Это, наверное, неизбежно. Правда, здесь есть опасность, увлекшись выяснением собственной значимости, отдалиться от самого объекта нашей деятельности: от джаза и людей, его создающих. Они ведь и без нас могут успешно творить, а вот нам без них.. И пока мы, вполуха и вполглаза следя за их достижениями, навешиваем ярлыки друг на друга, а заодно и на сам джаз, у них уважения к нам тоже не прибавляется. Не раз приходилось слышать в ответ на вопрос, читал ли музыкант статью о себе, что-нибудь наподобие: "да ну, опять журналюги выпендриваются, серьезной-то критики нет". После чего вопрос о профессионализме в нашем деле как-то сам отпадает.
Ни в коей мере не собиралась что-то заявлять и подытоживать. Просто хотелось напомнить о том, что, как мне кажется, было упущено в ходе предыдущего обсуждения. И наверняка это еще не все.

Анна Аладова, журнал "Джаз-квадрат"

В тупик поставила Анна Аладова инициатора дискуссии, если честно. То ли мы, пишущая о джазе шатия-братия (за исключением опять-таки Л.Б.Переверзева, который есть идеал, почти недостижимый в наше время), совсем разучились содержательно дискутировать (такое ощущение возникло уже на середине дискуссии), то ли плохо учили формальную логику в университетах (кто, цитируя сегодняшнего автора, конечно, их кончал)... Ладно, читатель и сам способен разобраться, что к чему; хотелось бы только пробежаться по нескольких пунктам, которые вопиют об ответе.
Ладно, заменим слова "профессиональное слушание" на слова "функциональное слушание" - разница невелика. Просто в первом случае (как раз в противоположность тому, как этот термин оценивает Анна Аладова) подчеркивается, что профессионально слушающий именно что выполняет обязанности своей профессии и, следовательно, слушает с целью письменного (ну, или устного - радио еще не совсем отмерло) публичного анализа. Возможно (бывает) даже за деньги, что уж совсем не позволяет открещиваться от термина "профессиональный". (Кстати, в американской, например, практике "профессиональный автор" - это "лицо, произведения которого были минимум трижды за его подписью опубликованы в средствах массовой информации", не больше и не меньше; в России даже для того, чтобы поступить на факультет журналистики - то есть начать учиться быть "профессиональным автором" - нужно принести минимум пять публикаций). Но тем не менее - заменим (вах, будем джигитами).
О критериях. Конечно, они у слушателя совершенно иные, чем у музыканта! Об этом и речь! Музыканты зачастую считают, что истинными критиками могут быть только они сами, потому что они якобы слышат и понимают гораздо больше, нежели слушатели. Вот тут-то и есть главная засада, потому что музыкант слышит и слушает совсем не то, что слышат и слушают в аудитории! Каждому пишущему о джазе приходилось, наверное, слушать музыку в обществе музыкантов и обращать внимание на то, как ревниво, придирчиво оценивают многие из них технику игры и грамотность аранжировки, совершенно искренне не обращая внимания на многие другие составляющие - и не только экстрамузыкальные, как артистизм или умение общаться с публикой, но и вполне музыкальные. Да, конечно, есть много музыкантов, умеющих подняться над этим узкоспециальным подходом и, более того, обладающих и аналитическими способностями, и умением грамотно выражать свои мысли - но это не главная их задача. Музыкант в первую очередь должен быть музыкантом, а не музыковедом или журналистом. А уж если он и играет, и умеет анализировать - это хорошо, замечательно, но вовсе не обязательно. В конце концов, есть ведь и журналисты, умеющие кое-как (иногда - хорошо) извлекать звуки из музыкальных инструментов. Это очень полезно для профессиональной деятельности, так как позволяет иногда становиться на позицию музыканта и слышать происходящее как бы изнутри (автор знает это по себе, т.к. помимо журналистики десять лет именно что профессионально, т.е даже временами за деньги, эти самые звуки извлекал), но вовсе для нее, профессиональной деятельности, не обязательно.
Анна Аладова великодушно разрешает "околоджазовым" журналистам, так и быть, не иметь музыкального образования, имея взамен "набор других факторов: богатый слуховой опыт, ориентация в мировом культурном пространстве, способность к анализу, широта взглядов, хороший вкус, любовь к искусству и т.д". На самом же деле, кажется, без этого набора - пусть облегченного - бесполезно вообще писать о музыке, в том числе (и особенно, за счет незаурядности материала) и о джазе, даже обладай соискатель наивозможно полным музыкальным образованием. Музыковедческим! Консерваторским! Каким угодно. Как это получается - неясно, но почему-то маловато (это мягко говоря) среди ныне действующих джазовых журналистов людей с консерваторским музыковедческим образованием! Как видно, не способствует оно... Практика общения с консерваторскими музыковедами (а автору этих строк за годы работы в музыкальной журналистике с ними приходилось-таки общаться), особенно - обучавшимися в последние десять лет, показывает, впрочем, что и об академической музыке писать они не горазды, ой не горазды! Во всяком случае, складывается впечатление, что музыковедческое образование последних лет, с одной стороны, и способность эффективно работать в средствах массовой информации (эффективно - значит соответствуя элементарным ремесленным требованиям вроде умения сдать материал хотя бы почти в срок и хотя бы оформленным близко к требованиям редакционного стандарта!) - с другой суть нестыкующиеся понятия. Кстати, рад буду ошибиться в этом вопросе, но - надежды мало: критерий истины, как гласит бессмертное учение марксизма - общественная практика, а она у автора этих строк не давала (пока) обратных примеров.
Еще раз подчеркиваю, что старт дискуссии был положен именно рассуждениями о чисто (не в смысле чиста-проста-внатуре, а в смысле - абсолютно) субъективных, исключительно индивидуальных и совершенно единичных явлениях - в надежде, что сие подвигнет коллег на изложение собственных ощущений того же рода. Подвигло. Вот только инициатор дискуссии остался в недоумении, на что именно подвигло: коллеги (за исключением, опять-таки, мудрейшего и почтеннейшего Л.Б.П., перед которым уже за одно это впору преклониться) дружно принялись грозно кашлять друг на друга, мягко, но настойчиво ударять кулаками об столешницы, поворачивать реки и преобразовывать природу, желательно по своему образу и подобию. Как совершенно справедливо заметила сегодня Анна Аладова, это рано или поздно грозит обернуться чрезмерным удалением от "самого объекта нашей деятельности: от джаза и людей, его создающих". Но только вот разрешите мне с г-жой Аладовой еще вот в чем не согласиться. Она пишет: "они ведь и без нас могут успешно творить, а вот нам без них..." Да нет, увы, не получается: тут все совершенно обоюдно. Да, музыкант может прожить без журналистов, но кто тогда будет расширять его аудиторию, кто донесет до его потенциальных слушателей сам факт его существования, кто заинтересует им людей, кто - в меру своего разумения и умения, конечно - проанализирует то, что он делает? Конечно, музыкант проживет без средств массовой информации, но ведь и они без него прекрасно проживут! Не будем стараться казаться лучше, чем мы есть. Слава Богу, есть возможность писать о том, что любишь, ценишь, понимаешь (или думаешь, что понимаешь) и что считаешь важным и нужным. Но ведь если бы такой возможности не было, надо было бы (и пришлось бы) заниматься чем-то другим. И ведь прожили бы без, удовлетворяя страсть к джазу слушанием пластинок и обсуждением их с друзьями! А писали бы про новые трудовые свершения любимой Родины. Ведь жили же так-то. Так вот и музыкант худо ли, бедно ли, но может прожить без журналистов, хоть и без контакта с более широкой аудиторией; и журналист без музыкантов проживет, но - без контакта с излюбленным объектом деятельности, то есть худо и бедно (в духовном, конечно, плане: за репортажи про свершения Родины некоторым платят совсем недурно!). Только вот надо ли нам оно? Не надо. Давайте примем статус-кво. Заключим, так сказать, пакт: "Ойстрах не будет чинить сапоги, а я не буду играть на скрипке". Или же все-таки не примем и не заключим? Что читатели-то по этому поводу думают, в конце-то концов?

Как это было
в Москве
Владимир Чекасин12 декабря в клубе-центре "Дом" суперзвезда литовской джазовой сцены саксофонист Владимир Чекасин представлял своих соотечественников, тех самых, что несколько месяцев назад дали в "Ле Клубе" великолепный, но не собравший аудитории концерт - "Вильнюс джаз-квартет" (Витас Лабутис - саксофоны, Олег Молокоедов - клавишные, Леонид Шинкаренко - бас и Гедиминас Лауринавичюс - ударные) и вокалистку Неду Малунавичюте.
Олег Молокоедов и Витас ЛабутисВпрочем, роль Профессора в представлении оказалась небольшой, чего нельзя сказать о представлении на ту же тему в ЦДХ 9 декабря. В "Доме" Чекасин только сыграл по одной вещи с Лабутисом и компанией в начале и в конце шоу, остальное время принадлежало "Вильнюс джаз-квартету". Первое отделение представляло собой ту же инструментальную полистилистическую сюиту, что так поразила нашего корреспондента в прошлый приезд литовских звезд в Москву. Все опять было так же... и не так же - импровизационная музыка (воздержимся от слова "джаз") есть импровизационная музыка, многое было сыграно по-новому, больше, чем в прошлый раз, впечатлили сложные тематические построение и мощная ритмическая база...
Олег МолокоедовВторое отделение - вокальное, основу его составляет материал недавно выпущенного в Вильнюсе альбома "Neda &Vilnius Jazz Quartet", причем Неда выступает не только как певица, но и по своей первой специальности - как флейтистка. И опять: то, да не то.
Витас Лабутис и Владимир ЧекасинЕсли осенью эта часть программы исполнялась с большим упором именно на вокальную, стандартную часть (учитывая, что тематический материал - в основном необычно изложенные стандарты вроде "It Don't Mean A Thing If It Ain't Got That Swing" или "Tuxedo Junction"), то в этот раз те же стандарты стали только поводом к разворачиванию ехидных постмодернистских полотен, где все шло в дело - и бесконечные наборы попевок советских популярных песен, и театральные (едва ли не цирковые) элементы вроде соло Лауринавичюса, где в самых пиковых моментах он просто переставал играть, хотя продолжал яростно размахивать руками, или моментов, когда звучали аж пять духовых инструментов одновременно - две трубы у Молокоедова, два саксофона у Лабутиса и флейта Неды.
"Neda &Vilnius Jazz Quartet"Особенно впечатлило превращение всей банды в фольклорный хор, увлеченно исполнивший что-то посконное, литовское. В публике цитировали Островского: "А это, брат, литовское разорение. Битва, видишь. Как наши с Литвой воевали".
Финал: на сцену чертом вылетает Чекасин, мощный джем, рев, свист, фанк, рок, хеви-метал, апофеоз, все встают, долгие, продолжительные аплодисменты. Почаще бы так. Только в следующий раз уже с ново программой, пожалуйста.

8 декабря в клубе Forte вместе с "Арсеналом" Алексея Козлова выступал финский саксофонист Пекка Тойванен. На концерте побывал председатель Московской ассоциации джазовых журналистов Дмитрий Ухов...>>>>

Владимир Волков11 декабря в клубе-центре "Дом" состоялся прелюбопытный концерт - как раз из разряда "пограничных" жанров, за которые так ратуют некоторые наши авторы. В один вечер играли группа "Вежливый отказ", которую еще десять лет назад числили "лучшим джазовым коллективом среди рок-групп", а также "Волковтрио" безумного петербургского контрабасиста Владимира Волкова с двумя суперсолистами - фольклорным вокалистом Сергеем Старостиным (Moscow Art Trio, трио Аркадия Шилклопера, группа Инны Желанной) и вокалистом рок-группы "Аукцыон" Леонидом Федоровым. На концерте побывали сразу два наших корреспондента...>>>>

Говорите,
вас слушают
Саинхо НамчылакСегодня мы слушаем одного из самых эзотерических, необычных и мифообразующих представителей бывшей "советской сцены нового джаза" - уникальную тувинскую вокалистку Саинхо Намчылак, кометой ворвавшуюся на московскую авангардную сцену в конце 80-х и так же неожиданно унесшуюся в Вену в начале 90-х...>>>>
Москва - это вам
еще не все
Роман СтолярС 26 ноября по 1 декабря 1999 г. в Одессе проходил международный фестиваль "Искусство импровизации в современном мире". Подобная акция проводилась здесь впервые: предыдущие музыкальные фестивали, организованные Ассоциацией Новой Музыки при поддержке украинского отделения фонда Сороса, были ориентированы преимущественно на современную академическую компонированную музыку ("Два дня и две ночи новой музыки", "Prima Vista") и на классику ("Передвижная академия музыки"). Тем значительнее и интереснее оказался этот фестиваль, на котором его организаторы попытались представить широкую панораму искусств, в которых импровизация играет первостепенную роль.
Два диаметрально противоположных подхода к пластической импровизации представили московская перформ-группа "Слепые" и камерный балет "Арбор" из Кишинева. У первых - игра красок, свобода и непринужденность, радикальные новаторские идеи (отметим акцию "Красное платье", блистательно исполненную Анной Кузнецовой). У вторых - чистота стиля, строгость, отточенность техники, а вот импровизационности маловато - хотя на джем-сешне молдаване продемонстрировали, что спонтанность им тоже не чужда. Интересен был кишиневский композитор и флейтист Юлиан Гогу, на музыку которого "Арбор" представлял свои акции, а сам Юлиан показал себя как блестящий импровизатор.
Еще одним открытием фестиваля стал одесский кларнетист Игорь Белый, известный как академический музыкант. Оказалось, что Игорь свободно себя чувствует и в модальном джазе (его квинтет исполнил несколько композиций Уэйна Шортера, где Игорь солировал на тенор-саксофоне), и в свободной импровизации на джемах (вместе с Юрием Кузнецовым, Юлианом Гогу и Романом Столяром). Участники же квинтета полностью разрушили представление об Одессе как о неджазовом городе: коллектив звучит на уровне самых высоких стандартов и достоин быть украшением любого мэйнстрим-фестиваля.
Помимо квинтета Белого, традиционный джаз представлял и пианист из Бишкека Александр Головин, а одесский струнный квартет "Гармония Мира" продемонстрировал оригинальные аранжировки "вечнозеленых" джазовых стандартов и регтаймов в духе оркестра Гюнтера Шуллера. Абсолютно спонтанное музицирование представили одессит Юрий Кузнецов и Роман Столяр из Новосибирска (оба - пианисты). Наконец, совершенно необычным (но вписавшимся в тематику фестиваля) сюрпризом стало выступление монгольских исполнителей народной музыки, основанной также на импровизации.
Теоретическую часть фестиваля составили лекции музыкального социолога из Словении Михи Задникара ("Импровизация как стиль жизни") и новосибирца Романа Столяра ("Техника современной свободной импровизации").
Особый оттенок акции придали выступления двух академических одесских коллективов - дуэта "Каданс" (Елена Ергиева - скрипка, Иван Ергиев - баян) и "Duo Violoncellissimo" (Ольга Веселина- виолончель, Вадим Ларчиков- виолончель и виола да гамба). Оба они представляли компонированные произведения, в которых предусмотрена значительная доля "инструктивного" импровизирования. Кроме того, "Duo Violoncellissimo" привлекли для сближения музыки с перформансом видеопроектор, а Игорь Белый (третий участник дуэта!) своими импровизациями заполнял пространства между сочинениями (вся программа шла нон-стопом). Дуэт "Каданс" же отказался от внешних эффектов: исключительная убедительность исполнения в этом не нуждалась. Таким образом, одесский фестиваль оказался абсолютным подтверждением тезиса Энтони Брэкстона о трех источниках импровизационности (фольклор, джаз и академическая музыка), прозвучавшего в выступлении Михи Задникара. Начинание организаторов фестиваля достойно продолжения, а опыт подобных акций - бесценен.
Контактный адрес Ассоциации Новой Музыки Одессы: new_music@paco.net (Александр Перепелица)

Роман Столяр, Новосибирск

А в это время
за бугром...
Новый Год будет достаточно впечатляюще отмечаться в сети Национального общественного радио США (NPR): с восьми вечера 31 декабря по Восточному времени США до шести утра 1 января на волнах сотен филиалов этой сети будет нон-стопом идти концертная джазовая программа, в которй будет участвовать трубач Николас Пэйтон, пианист д-р Билли Тэйлор, тромбонист Стив Турре, Теренс Бланшар и Mingus Millennium Band. Программа будет называться "Century to Century: AT&T's Year 2000 Jazz Party from JazzSet and NPR" (как явствует из ее названия, она спонсируется телекоммуникационным гигантом AT&T. Вести программу будут Ронда Хэмилтон со станции NPR Jazz Central в Вашингтоне и Майкл Борн со станции WBGO-FM из Ньюарка, штат Нью-Джерси, а музыканты будут последовательно подключаться к сети NPR из Нью-Йорка, Вашингтона, Нью-Орлеана и Окленда (Калифорния).

Ветеран британского джаза трубач Кенни Бейкер умер в Лондоне в возрасте 78 лет. Смерть последовала 8 декабря от вирусной инфекции. Музыкант в последние три недели находился в больнице города Фелпэм в южной Англии.
Бейкер хорошо известен по записям с Сэмми Дэвисом-мл., Фрэнком Синатрой и Тони Беннеттом. Кроме того, его труба звучит в саундтреках фильмов о Джеймсе Бонде.
Карьера Бейкера как джазовог музыканта началась еще до второй мировой. Во время войны он служил в королевских военно-воздушных силах. После окончания войны его профессиональная репутация росла, и он смог получить ангажемент в шоу комика Бенни Хилла. В 50-е он основал собственный ансамбль Baker's Dozen, который быстро стал одним из самых популярных джазовых составов Великобритании.
За свои заслуги перед культурой Великобритании Бейкер трижды был удостоен Британской джазовой премии, а в текущем году получил из рук королевы Великобритании регалии кавалера ордена Member of British Empire (того самого, кавалерами которого первыми из музыкантов в 1965 г. стали участники группы The Beatles).

Новые альбомы
Начиная с предыдущего номера, мы по многочисленным настойчивым просьбам читателей регулярно публикуем списки новых джазовых альбомов, выходящих как на Западе, так и в России. В сегодняшнем выпуске - американские релизы начала января и российские релизы декабря.
Новые альбомы
  • "Alexander the Great" - Eric Alexander, HighNote
  • "Works on Canvas" - Cindy Blackman, HighNote
  • "Song of the Sun" - Tyrone Brown String Sextet with John Blake, Naxos Jazz
  • "Gualala" - Tom Christensen, Naxos Jazz
  • "New Directions" - Stefon Harris, Jason Morgan, Mark Shim and Greg Osby, Blue Note
  • "Route 66: That Nelson Riddle Sound" - Erich Kunzel and the Cincinnati Pops Big Band with Ken Peplowski and Jim Pugh, Telarc Jazz
  • "Prim" - Joel Palsson, Naxos Jazz
  • "Nick @ Night" - Nicholas Payton, Verve
  • "Solid Sender" - Sex Mob, Knitting Factory Works
  • "Escapade" - James Spaulding, HighNote
  • "McCoy Tyner with Stanley Clarke and Al Foster" - McCoy Tyner with Stanley Clarke and Al Foster, Telarc Jazz
Переиздания
  • "At the Varsity Drag" - Australian Jazz Quartet, Avenue Jazz
  • "The Bethlehem Years" - John Coltrane, Avenue Jazz
  • "To Bags...with Love - A Tribute to Milt Jackson" - Milt Jackson, Pablo
  • "Plays Duke Ellington" - Oscar Peterson, Pablo
  • "The Dark Tree 1 and 2" - Horace Tapscott, hatOLOGY
  • "Linger Awhile - Live at Newport and More" - Sarah Vaughan, Pablo
Рецензии
Сегодня мы изучаем два новых альбома совершенно разных гитаристов - фьюжн-экспериментатора Джона Аберкромби и грув-традиционалиста Пола Болленбека...>>>>
ПОЛНЫЙ ДЖАЗ

Авторы:
Константин Волков,
Галина Козорезова,
Дмитрий Ухов,
Кирилл Мошков

Редактор:
Кирилл Мошков

Зарубежная информация:
Down Beat
Associated Press,
JazzE News

Фото:
Павел Корбут,
архив сервера "Джаз в России"

Воплощение:
Павел Абраменков

Если у вас есть друзья, которых может заинтересовать наш журнал, но у них нет компьютера или они не подключены к Интернету - не сочтите за труд распечатать эти страницы и дать им прочитать!
Материалы, присланные читателями, приветствуются и почти всегда публикуются. Пишите!