54. Козни дьявола или день пяти девяток

Вернуться к оглавлению книги
Другие книги о джазе

Первая репетиция в новом сезоне и с новым коллективом была назначена на четверг, на три часа дня, в Класс-центре на Войковской и, как потом выяснилось, число была весьма необычным – 9.09.1999 года. Никогда не назначайте репетиций в такие числа, но все по порядку…
Наш арт-директор и попечитель договорился за неделю до этого с женщиной, которая заведует расписанием, о нашем приходе. Та сообщила, что мы можем спокойно начать репетировать в той же комнате, что и в прошлом году. Вот только аппаратуры и клавиш (на чем играть) там пока нет. Директор также сказал мне, что усилитель, микрофоны и провода он собственноручно привезет на своей машине. Я радостно стал обзванивать всех наших артистов, а один из них, Арнольд, живущий за городом, позвонил мне сам. Я ему и сообщил о предстоящем дне, месте и часе давно ожидаемого события. Заодно я попросил захватить с собой и имевшиеся у него “клавиши” (синтезатор), что он уже неоднократно делал, выручая в трудную минуту наш сплоченный коллектив. Он согласился выручить и на сей раз и сказал, что еще позвонит мне накануне или с утра в день репетиции для подстраховки, на что я легкомысленно заявил: – Не надо больше звонить, все железно!
Вот эта моя неосмотрительная и самоуверенная фраза и была услышана Главным Шутником Мира Сего, тем более, что этот ожидаемый четверг, вернее такое сочетание цифр (пять девяток), должно было повториться, как поведали из телевизора, лишь через 1000 лет (!!!). Согласитесь, что весьма не скоро, и нам, букашкам, это даже трудно себе представить. Главный же Шутник, как известно, существо (или, скорее, некая субстанция) вечное и для него подобные даты – поводы для особых забав. И вот началось…
Звонит мне утром в четверг наш директор и каким-то совсем для него не характерным запредельным голосом сообщает, что вся аппаратура уже у него в машине, но что сам он заболел: дикая головная боль, расстройство желудка, слабость и температура 39 и 5. Наверное, отравился чем-то накануне, сам он садиться за руль не в силах, а тому, кто мог бы это сделать за него, своему знакомому, он не может дозвониться – никто не берет трубку. Я замер и насторожился: вот тебе и на – договорились!
– Но это еще не все, – продолжает меня огорошивать отравившаяся накануне трубка, – звонила женщина, которая заведует расписанием, и сказала, что сегодня комнату нам предоставить не сможет, т.к. у них там в планах что-то изменилось, дико извинялась и прочее…
– Отмени репетицию, – пышет жаром трубка.
– Но ведь из-за города припрется Арнольд и притащит “клавиши”? – лепечу я в ответ.
– Позвони Андрею (справка: Андрей, вокалист, живущий в двух шагах от Класс-центра), – предлагает страдающая расстройством трубка, – попроси его, чтобы он подошел туда и встретил Арнольда! “Кранты, – думаю я, кладя больную трубку на рычаг, – двойная блокировка, чтобы сорвать репетицию. Как ни поверни – ситуация проигрышная”. Начинаю звонить нашим дамам: меццо-сопрано и скрипачке, чтобы зря не ехали в такую даль (одна живет в Кунцево, другая – в Перово). Звоню басисту, который отсутствует, и излагаю информацию автоответчику, который очень любезен со мной, как и положено любому автомату.
Звоню, наконец, и живущему поблизости от Класс-центра Андрею, которого (о, счастье!) застаю дома. Сообщаю ему просьбу – он любезно соглашается ее исполнить, а на дворе замечательная, теплая, солнечная, рекордная для сентября погода (на градуснике аж плюс 25). Конечно, значительно ниже, чем у нашего арт-директора, но все же ведь за ним не угонишься…
В связи с хорошей погодой, решаю я и сам туда прокатиться, благо трамвай меня довозит от дома прямо до цели. Трамвай подали относительно быстро, и я покатил…
Андрею я сказал, чтобы он ждал Арнольда на улице, т.к. внутрь здания, по идее, пустить нас не должны были. И вот стоим мы с Андреем, ждем Арнольда. Я подъехал к половине четвертого, а Андрей сказал, что подошел раньше, ждем уже битый час, беседуя о мерзостях российского шоу-бизнеса.
Наконец, вдоволь навозмущавшись попсовыми певицами и певцами и промыв кости неприехавшему коллеге, в половине пятого расходимся по домам. А дома у меня уже трезвонил телефон, который на сей раз стремился меня порадовать тем, что комнату нам должны были все же дать, но у меня трубку никто не брал – я же уехал, понятное дело!
Вечером позвонил и “непришедший” Арнольд и стал возмущаться, почему его так подвели? Он аккуратно приехал к трем часам, раньше всех, хотя это для него и не типично, вошел в здание, что почему-то не догадались сделать мы. На вахте ему дали ключ от нужной комнаты на основании записки той женщины-заведующей, с которой созвонился наш арт-директор. Арнольд, как и обещал, привез “клавиши”, подключил их к аппаратуре, которая в комнате все же оказалась, и далее – сидел ждал нас, остальных, аж до пяти часов, потом собрал свои манатки и уехал в недоумении, мучаясь вопросом: почему никто не пришел?
Я говорю ему в ответ: – Что же ты мне не позвонил накануне или с утра? – я бы тебе сообщил об отмене…
– Ты же сам мне запретил это делать, – резонно заметил он. “Да, он прав”, – вспоминаю – я действительно не велел больше звонить, считая, что договорились железно. Вот это мое “железно” и не понравилось великому Шутнику и он решил это железо расплавить, чтобы отметить сочетание цифр, повторяющееся лишь раз в тысячу лет, как свой небольшой праздник.

<<<< предыдущая следующая >>>>