Барабанщик Владимир Васильков (1944-2013)

13
Редакция «Джаз.Ру» LK

inmemoriamПо сообщению на странице рок-певца и композитора Александра Градского в одной из социальных сетей, в Москве скончался выдающийся российский джазовый и рок-барабанщик Владимир Васильков. Точные даты не приводятся, но по сопоставлению времени публикации и объявленной даты прощания с Васильковым (сегодня, 15 августа) можно сделать вывод, что музыкант ушёл из жизни 13 августа.

Владимир Васильков (фото с сайта музыкального училища Ульяновского государственного университета)
Владимир Васильков (фото с сайта музыкального училища Ульяновского государственного университета)

Владимир Ильич Васильков родился в Ульяновске 24 июля 1944 года. Энциклопедия Владимира Фейертага «Джаз в России» пишет о Василькове академически-лаконично:

Начал играть в Ульяновске, но стал известен после выступлений на московских фестивалях 1965-66 в группе Германа Лукьянова. В 1968 окончил Музыкально-педагогическое училище им. Гнесиных. В 1967 играл в квинтете Вадима Сакуна, в 1968 — в квартете Алексея Козлова, в трио Германа Лукьянова, выступал на фестивалях в Москве, Ленинграде и Новосибирске. В 1966-69 работал во всех московских джазовых кафе («Молодёжное», «Ритм», «Синяя птица»). Большой интерес вызвал организованный им в кафе «Печора» ансамбль с тремя барабанщиками (кроме него, Михаил Кудряшов и Борис Геринас), в котором также играл саксофонист Александр Пищиков. В 1973 играл в оркестре Олега Лундстрема. В 1974-76 работал в Эстрадном оркестре Леонида Утёсова, собрал квартет солистов (Сергей Гурбелошвили, Валерий Куцинский, Аркадий Эскин). В 1978 выступил на московском фестивале в составе квартета Сергея Гурбелошвили. Позже работал в биг-бэнде «Современник» Анатолия Кролла. С 1990 играет в биг-бэнде Центрального пограничного ансамбля ФСБ России. Выступал с оркестром на нескольких московских фестивалях, а также в Ростове-на-Дону (2007) и за рубежом (Германия, Австрия, Норвегия, Дания, Польша, Китай). С конца 70-х годов сотрудничал с группами Стаса Намина и Александра Градского.

За скупыми строками энциклопедии — яркая и наполненная событиями жизнь, которую документировал целый ряд авторов, и наиболее подробно (хотя, безусловно, и через призму собственных симпатий и антипатий) — в своей книге мемуаров «Рассказы о джазе и не только» — композитор Юрий Маркин​, с которым Васильков регулярно играл в разных составах с середины 1960-х как минимум по середину 1970-х гг: вдвоём они составляли одну из лучших в Москве ритм-секций (Маркин, позднее выступавший как пианист, в те годы играл на контрабасе).

Дебют Владимира Василькова на большой джазовой сцене действительно состоялся в середине 1960-х в составе экспериментального трио Германа Лукьянова, игравшего тогда на флюгельгорне, с юным пианистом Леонидом Чижиком — ансамбля без басового инструмента. Сам Герман Константинович говорил об этом коллективе:

Без контрабаса музыка стала ясной, мелодический рисунок — предельно чистым. Правда, звучание группы оказалось более жестким — это скорее графика, чем живопись. Я предложил ударнику организовать игру по-новому: перестать механически отбивать ритм, вести свою партию независимо и рельефно, создавать интересные рисунки, чаще использовать паузы, в которых ясно просматривались бы узоры флюгельгорна и рояля.

Трио Германа Лукьянова, в котором лидер применял всё многообразие композиторских техник, которыми овладел в Московской консерватории у своего преподавателя композиции Арама Хачатуряна, прогремело на III Московском джазовом фестивале (1966), получив пять дипломов фестиваля (в том числе в категориях «Лучший ансамбль», «Лучший композитор» и «Лучший исполнитель»). В 1967 г. трио приняло участие в съёмках документального фильма «Семь нот в тишине», где, кроме не очень внятного эпизода с дискуссией музыкантов в новосибирском Академгородке, прозвучала композиция Германа Лукьянова «Молитва», в которой мы можем видеть и 23-летнего Владимира Василькова (из идеологических соображений на пластинке ВФГ «Мелодия» с записями с фестиваля «Джаз-67» эта пьеса была переименована в «Бессвязный разговор»).
СЛУШАТЬ АУДИО: Трио Германа Лукьянова «Молитва» (запись 1966)
Герман Лукьянов flh, Леонид Чижик p, Владимир Васильков dr
© ArtBeat Music, 2013, Герман Лукьянов «Докаданс»

ДАЛЕЕ: продолжение биографии Владимира Василькова, много АУДИО и ВИДЕО

Следующей главой в жизни Владимира Василькова стала работа в главном московском джазовом клубе 60-х — кафе «Молодёжное», где он работал в составе «второго» ансамбля, квинтета пианиста Вадима Сакуна (труба — Валерий Пономарёв, тенор-саксофон — Игорь Высоцкий, контрабас — Юрий Маркин). Маркин так писал об этом периоде:

Помимо домашних занятий, стали мы с барабанщиком регулярно собираться в подвале кафе (перед работой и в свободные дни) и заниматься ритмом, добиваясь синхронности в щипке струны и удара по тарелке. Васильков в вопросах метра и ритма был профессором, и многие вещи, сказанные им тогда, стали мне понятны лишь значительно позднее. От него я впервые узнал о различных полиритмических и полиметрических хитростях, поэтому я заслуженно ввожу его в ранг одного из моих джазовых Учителей! В игре нашего ритм-дуэта он, конечно, был лидером, я же старался лишь следовать за его ведущей тарелкой, дёргать струну одновременно с ударом его палки.

ВИДЕО: квинтет Вадима Сакуна, запись с Московского джаз-фестиваля 1967 г.

Следующим этапом стал квартет Алексея Козлова — пожалуй, самый радикальный московский джазовый ансамбль конца 60-х. В квартете не было гармонического инструмента: два саксофона (Козлов на альте и Александр Пищиков на теноре) и ритм-секция из «КМ» — Маркин и Васильков. В интервью журналу «Джаз.Ру» к своему 70-летию Юрий Маркин так вспоминал об этом коллективе: «Играли ладовый джаз, я неистовствовал на неозвученном контрабасе. Знаешь, что это такое? Это пальцы в кровь!»

Алексей Козлов в своей автобиографической книге «Козёл на саксе» подробно описывал этот период:

…единомышленником, не испугавшимся играть авангард, оказался Володя Васильков, один из самых техничных барабанщиков в истории нашего джаза, человек со страшной энергией и драйвом, игравший до этого в трио Леонида Чижика и с Германом Лукьяновым. Своим фанатизмом и нетерпимостью он напомнил мне Владимира Ильича Ленина — тем более, что он приехал из Ульяновска, да и звали его Владимир Ильич. Я предложил им сделать авангардный состав и попытаться сесть играть в каком-нибудь кафе. Мы пригласили контрабасиста Юрия Маркина и у нас получился квартет без фортепиано — два саксофона, бас и барабаны. Полная свобода от аккордов, полифония, политональность, атональность. Но главное, что нас объединяло, это любовь к совершенно новой тогда эстетике в джазе, пришедшей из музыки соул и фанк. Джаз такого типа принципиально отличался от всех других, традиционных или самых современных, направлений своей ритмической основой. Мы сами дали название такой музыке — «восемь восьмых» (8/8), а позднее стали называть её «шестнадцать шестнадцатых» (16/16). Это было наиболее точное название, понятное только профессионалам. […]
Репетировали мы в подвале помещения Союза композиторов Москвы, на улице Готвальда (ныне ул. Чаянова, в прошлом — 3-я Миусская. — Ред.). В этом же доме на первом этаже было помещение кафе, в котором размещалась обычная общепитовская точка под названием «Шашлычная». Несмотря на свое название, она пустовала и план не выполняла, поскольку есть там было нечего: дефицит на мясо уже в конце 60-х был ощутимым. Мне пришла в голову мысль: а не открыть ли здесь джазовый клуб? Я позвонил старому знакомому Славе Винарову, который числился внештатным инструктором МГК ВЛКСМ. Мы […] пошли к директору этой шашлычной и предложили ему сделать джазовое кафе при поддержке Горкома ВЛКСМ, сославшись на опыт работы в кафе «Молодёжное». Безо всяких сомнений дирекция шашлычной дала согласие. Мы придумали название для нового джазового кафе — «Ритм». Помня, как тяжело было работать шесть вечеров в неделю в «Молодёжном», я решил поделить работу здесь с другим составом, квартетом Алексея Зубова. Мы начали работать по три дня в неделю. Кафе было маленькое, свой народ сразу стал ходить туда, обстановка там была замечательная. Наш квартет исполнял политональный фанки-джаз, мы играли довольно много пьес из репертуара Хораса Силвера, Джона Колтрейна, Орнетта Коулмана. […]
Жители дома, которым наша музыка не давала покоя с восьми вечера до одиннадцати, а то и до двенадцати ночи, начали организованную борьбу с нами. Их можно понять. Играли мы довольно громко. Володя Васильков «мочил» на барабанах так, что у нас самих потом долго звенело в ушах…

Среди самых ярких авторских пьес этого квартета была пьеса Алексея Козлова «Гороскоп», которая мощно прозвучала на фестивале «Джаз-68».
СЛУШАТЬ АУДИО: Квартет Алексея Козлова «Гороскоп», запись 1968
Алексей Козлов as, Александр Пищиков ts, Юрий Маркин b, Владимир Васильков dr

Вскоре квартет разделился, и с 1969 г. оба вышедших из него состава стали выступать в новом джаз-клубе «Печора» на проспекте Калинина (ныне Новый Арбат), созданном после изгнания громкого джаза из кафе «Ритм». Первый состав возглавил Алексей Козлов, а второй — совместно тенорист Александр Пищиков и барабанщик Владимир Васильков. Группа Василькова-Пищикова представляла собой обширный коллектив, в который входили также трубач Константин Носов, пианист Игорь Яхилевич (иногда Александр «Алик» Никитин), контрабасист Андрей Егоров (иногда Виктор Двоскин) и… три (!) барабанщика — сам Васильков и два его ученика, Михаил Кудряшов и Борис Геринас.

СЛУШАТЬ АУДИО: из архивов Подкаста «Джаз.Ру» — главный редактор журнала «Джаз.Ру» Кирилл Мошков комментирует пьесу трубача Константина Носова «Скольжение» в исполнении «Группы Василькова-Пищикова» в неопубликованной студийной записи Всесоюзного радио 1970 г. (из архивов радиоведущего Аркадия Петрова)

В этот же период недолго существовал ансамбль, в котором Васильков выступал в роли… пианиста. Вот как об этом рассказывает Юрий Маркин в главе своеей книги воспоминаний, посвящённой ведущему барабанщику московской сцены того периода — Валерию Буланову:

В середине 60-х появился у Валерия конкурент. Из Ульяновска приехал Владимир Васильков, тоже самородок, ставший профессионалом, закончив Гнесинское училище. Первоначально конкурент был зачислен к более старшему товарищу в ученики-сподвижники: вместе выпивали, слушали магнитофон и пластинки, спорили. Hадо отметить, что «Булкин» (Буланов — Ред.), практически не зная нот — партию для него приходилось писать словами: здесь молчи, здесь ударь — держал в памяти огромный репертуар. Он помнил массу тем и мог безошибочно напеть любое место из прослушанной записи (барабанщик с хорошим слухом!) Общение двух незаурядных исполнителей привело к появлению необычного ансамбля — фортепианного трио, в котором роль пианиста возложил на себя Васильков, Буланов остался при своих барабанах, а басистом стал автор этих строк, тесно общавшийся с первыми двумя.
Ульяновский уникум интересовался не только барабанами, но и списывал с магнитофона соло мастеров (Колтрейна, Дэйвиса, Силвера), проверяя результат на всегда имевшимся под рукой плохоньком ксилофоне. Особенно тщательно в записи отражались все ритмические тонкости исполнения. Васильков подготовил несколько концертных номеров, включавших [пьесы из репертуара] его кумира, Хораса Силвера, буги-вуги и что-то из [Оскара] Питерсона (!). Чтобы барабанщик так лихо «чесал» на ф-но, было редкостью, а ритмической безукоризненности (это ставилось во главу угла) могли позавидовать многие «настоящие» пианисты. Когда давали кому-нибудь послушать наши записи, то слушатели не верили, что на рояле так играет не пианист. […] Выступали мы в кафе «Ритм» на Миуссах, и трио имело оглушительный успех. […] Увы, жизнь трио оказалось краткой — друзья стали врагами. Поводом для ссоры, конечно же, послужил спор о ритме и метре. У стойки бара в кафе «Печора» конфликтующие стороны обменялись пощёчинами и плевками в лицо, после чего отношения были порваны навсегда…

Джаз-кафе «Печора», в свою очередь, было закрыто в 1971 г. К этому времени контрабасист Юрий Маркин играл в Эстрадном оркестре Москонцерта п/у Александра Горбатых, и после нескольких месяцев без работы Васильков по инициативе своих друзей, работавших в оркестре, пришёл туда на прослушивание. Ю.И.Маркин ехидно описал неудавшееся прослушивание в своих мемуарах, объяснив неудачу так:

Володя всегда считал всех оркестровых музыкантов «жлобами неритмичными», что было недалеко от истины; а себя, разумеется, эталоном — что тоже приближалось к ней. Притом всех, с его точки зрения, неритмичных он именовал не иначе как «Эх вы, мразь белокожая!» А на резонный довод «ты же сам белый» отвечал решительно:
— Я чёрный! Я почернел от труда!
И правда, о трудолюбии его ходили легенды.

К этому периоду относится и недолгая работа Владимира Василькова в составе оркестра Олега Лундстрема (1973-74), с которым он сделал несколько записей, вошедших в альбомы «Джаз-оркестр п/у Олега Лундстрема» (1973) (в части пьес Васильков играл не на ударной установке, а на конгах), «Серенада Солнечной долины» (1976) и «Памяти Дюка Эллингтона» (1977).

С 1973 г. Владимир Васильков начал много работать в рок-музыке, прежде всего с певцом и композитором Александром Градским и с гитаристом-продюсером, известным как Стас Намин (настоящее имя — Анастас Микоян). У Намина он был штатным барабанщиком группы «Цветы» в 1978-1979 и 1982-1984 гг., а в студийный (реже — концертный) состав группы Александра Градского «Скоморохи» и в сольные проекты «дедушки русского рока» регулярно входил начиная с 1973 и вплоть до 2000-х гг. Игра Василькова звучит практически на всех студийных альбомах Градского, в том числе на таких значительных работах, как «Русские песни», «Звезда полей», «Размышления шута», «Утопия А.Г.», «Сама жизнь» и др.
ВИДЕО: Александр Градский «Солдатская» с альбома «Русские песни» (1976)

В этот период была сделана запись и съёмка, благодаря которой уже в 2000-е гг. Васильков стал широко известен новым поколениям интернет-меломанам в YouTube – небольшой (всего три с половиной минуты) фрагмент фильма режиссёра Динары Асановой «Не болит голова у дятла» (1974). Фильм снимала киностудия «Ленфильм», и поэтому эпизод, где юный герой фильма, страстно желающий стать джазовым барабанщиком, приходит на репетицию «настоящих музыкантов» и, не отрываясь, смотрит на игру Василькова, снимался в Ленинграде с ленинградскими музыкантами: на новомодной по тем временам бас-гитаре вполне прогрессивный по тем временам ладовый фанки-фьюжн играет контрабасист Эдуард Левкович, на гитаре — Борис Лебединский (участник ансамбля Давида Голощёкина, ныне живёт во Флориде), а на флейте солирует Ростислав Чевычелов, в прошлом — участник легендарного оркестра Иосифа Вайнштейна.
ВИДЕО: Владимир Васильков с ленинградскими музыкантами в фильме «Не болит голова у дятла»

После работы в Эстрадном оркестре Леонида Утёсова в середине 70-х, где Васильков руководил «вставным номером» — ансамблем солистов — вместе с саксофонистом Сергеем Гурбелошвили, последовало выступление на первом (после 10-летнего перерыва) Московском джаз-фестивале 1978 г. Одна из пьес этого нашумевшего выступления, композиция на тему русской народной песни «Можно признати по веселейку», вошла в виниловый сборник «Джаз-78», выпущенный «Мелодией».
СЛУШАТЬ АУДИО: Ансамбль Владимира Василькова — «Можно признати по веселейку»
запись с Московского джаз-фестиваля, 1978

С 1990 г. Владимир Васильков постоянно работал в биг-бэнде Центрального пограничного ансамбля ФСБ России. Параллельно он время от времени участвовал в различных джазовых и рок-проектах. Так, в конце 1990-х у него было трио с бас-гитаристом Евгением Шариковым и пианистом Владимиром Кочаровым. На рубеже 1990-х и 2000-х он регулярно выступал с этим трио в московском джаз-рок-клубе «Форте». К сожалению, определённые личные проблемы помешали ему занять в российском джазе положение «живой легенды», которого этот выдающийся барабанщик своего времени несомненно заслуживал…
ВИДЕО: Владимир Васильков в трио с Владимиром Кочаровым (клавишные) и Евгением Шариковым (бас)
клуб «Форте», 2001

13 КОММЕНТАРИИ

  1. Светлая память замечательному музыканту!

    Спасибо Вам за этот материал.

    Владимир Ильич играет на пластинке Александра Градского “Русские песни”, но не на первой стороне, которая была записана в 1976-м. В композициях 1-й стороны “Ничто в полюшке”, “Дарю платок” и “На Ивана Купала” барабанные партии записал Юрий Фокин, вскоре эмигрировавший в США. Вторая сторона была записана в 1978-м уже с Васильковым, вот “Солдатская” -- очень показательный Васильков, -- старинный военный марш переходящий в разудалую плясовую с хорошим свингом… Фирма “Мелодия” выпустила “Русские песни” только в 1981 году, и конечно эмигрант Фокин на конверте не упоминался. Но зато его назвал Аркадий Петров в своей статье “Русские песни Александра Градского” в журнале “Клуб и художественная самодеятельность” № 24 за 1978 г.
    Барабаны Василькова, его по-особому “полифоничную” игру можно услышать во множестве студийных работ Градского и “Скоморохов”: альбомы-сюиты “Утопия А.Г.”, “Сатиры”, “Сама жизнь”, “Звезда полей”, “Флейта и рояль”, “Ностальгия”, опера “Стадион”… Это 1978-85 гг. В 2003-м -- альбом “Хрестоматия”…

  2. Владимир Васильков -- эпоха в истории советского джаза. Он заслуживает большей известности, и этот некролог восполняет пробел. Васильков мог бы сделать многое, но… у каждого своя судьба. К сожалению, уходят выдающиеся джазмены.

  3. Далеко не все русские джазовые музыканты уделяли ритмической стороне в своей музыке должное внимание,особенно барабанщики.Владимир Васильков относился к этому очень болезненно.Он считал это самым главным в джазе,остальное приложится.Он не мог играть с неритмичными джазменами и открыто говорил почему.Многим это не нравилось и сложилось мнение о его сложном характере.Это был человек исключительно добрый,порядочный,фанатично преданный музыке,эрудированный,очень тонко понимающий русскую философию,литературу и поэзию.Я очень горжусь,что дружил и играл с этим удивительным музыкантом.

  4. Десять лет имел большое счастье работать и общаться с Володей, боюсь назвать это дружбой, но всегда чувствовал его чрезвычайно доброжелательное отношение ко мне.
    А играть с ним было замечательно, хотя совместно играли только в бэнде.
    Вестью о его, такой ранней смерти, просто сражён.
    Светлая и вечная тебе память, дорогой Володя.

  5. Василькова на сцене мне посчастливилось увидеть только в концерте Группы Стаса Намина в 1983 г. Вроде бы, проходной “вокально-инструментальный” репертуар, но были прекрасные музыканты -- А. Лосев, В. Белоусов… Ну и сам Владимир Ильич за барабанами! Его ударное соло минут на семнадцать было, конечно, апофеозом концерта!..
    Может быть, наши видные джазмены и рокеры, музыку которых поддержал своим талантом и мастерством Владимир Васильков, устроили бы какую-нибудь хорошую акцию в его честь и память?..

  6. Умер, на мой взгляд, один из лучших (если не лучший) барабанщиков СССР (России). Мне посчастливилось слушать его игру. Именно игру. Это было незабываемо. Мы учились у него, как могли.Бог отметил его. Владимир. Мы будем помнить Вас(((

  7. “… последовало выступление на первом (после 10-летнего перерыва) Московском джаз-фестивале 1978 г. Одна из пьес этого нашумевшего выступления, композиция на тему русской народной песни «Можно признати по веселейку», вошла в виниловый сборник «Джаз-78…”
    Почему это выступление названо нашумевшим? Где можно о нем почитать? Может быть сохранились еще записи ансамбля Василькова с фестиваля 78 года?

    • Игорь,
      к сожалению, кроме того материала, который “Мелодия” выпустила на пластинке, в открытом доступе ничего не сохранилось. А после известных пертурбаций с архивом “Мелодии” в течение 1990-х и вовсе не осталось надежды найти исходники -- да, скорее всего, их размагнитили или иным способом уничтожили ещё во времена “перестройки”.
      Выступление названо нашумевшим, потому что о нём много потом говорили в музыкантском сообществе.

  8. Спасибо за ответ! Может быть известны другие записи ансамбля Василькова того времени и в частности композиции “Можно признати по веселейку”? Немного удивляет, что эта композиция чуть более 3-х минут, когда тут такое широкое поле для импровизаций. Даже обидно, что ее оставили без развития как бы. Пишу это также потому, что композиция напомнила мне о выступлении Квинтета Крещендо в 68-м году на русские темы. Известно много ли ансамбль в то время работал с фольклором?

  9. Я долго работал с Володей в кафе Форте.На фестивале 1978г мы сыграли 4 композиции.Я аранжировал песню .Я не думал что она войдет в диск.Она была исполнена как обязалка -поэтому и короткой! Жаль нет Володи!

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, напишите комментарий!
Пожалуйста, укажите своё имя

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.