Hellmüller Trio (Швейцария) едет в тур по России. Интервью гитариста Франца Хеллмюллера

0
Hellmüller Trio
Hellmüller Trio
реклама
Фестиваль Джаз Тихой Заводи 13 июля
Фестиваль Джаз Тихой Заводи 13 июля
Фестиваль Джаз Тихой Заводи 13 июля
Фестиваль Джаз Тихой Заводи 13 июля

С 31 марта по 14 апреля в России будет концертировать швейцарское трио гитариста Франца Хеллмюллера (Franz Hellmüller). Строго говоря, это второй российский тур состава, однако после первого приезда, в 2014-м, Hellmüller Trio прошло через кадровые обновления и теперь возвращается в Россию в совершенно новой комбинации: на контрабасе играет Патрик Зоммер (Patrick Sommer), на ударных – Мартен Перре (Martin Perret).

Трио Хеллмюллера существует и активно концертирует с 2011 года. Срок весьма небольшой в абсолютных величинах, но весьма значительный применительно к современным джазовым реалиям, в которых срок жизни среднестатистических европейских джазовых проектов измеряется порой месяцами, а количество сыгранных концертов — парой дюжин. Причина проста — музыкантов, работающих в «прямолинейном» современном джазе, с каждым годом всё больше, площадок для него всё меньше, аудитория всё старше. И остаётся в этой, казалось бы, безнадёжной гонке в итоге лишь тот, кто не просто талантлив и имеет что сказать: тому, кто на плаву, необходима ещё и выдающаяся упёртость, вера в свои силы и свой талант, бескомпромиссная нацеленность на результат.

Hellmüller Trio
Hellmüller Trio
реклама на джаз.ру
ЖЕНЯ СТРИГАЛЕВ, ФЕДЕРИКО ДАННЕМАНН THE CHANGE
ЖЕНЯ СТРИГАЛЕВ, ФЕДЕРИКО ДАННЕМАНН THE CHANGE
ЖЕНЯ СТРИГАЛЕВ, ФЕДЕРИКО ДАННЕМАНН THE CHANGE
ЖЕНЯ СТРИГАЛЕВ, ФЕДЕРИКО ДАННЕМАНН THE CHANGE

Хеллмюллер нередко демонстрирует эти качества и в обычных разговорах. В его интервью и высказываниях звучит один и тот же рефрен: жизнь штука сложная, основная выпавшая любому человеку доля — это постоянный вызов от окружающего мира, тяжесть и даже в каком-то смысле горе, и единственный способ жить и творить — это борьба. Звучит довольно пессимистично, однако именно в разумном пессимизме — ключ к пониманию того, что делает Франц. Его музыка, на первый взгляд своеобычно-европейская, глубже и насыщеннее, чем основная масса звучащего сегодня на европейских сценах. Его неброские на первый взгляд соло — результат долгого, вдумчивого, осмысленного поиска фраз и высказываний, его импровизационные взлёты — естественное и очень сильное в своём пафосе разрешение поставленных перед собой проблем. Хеллмюллер может быть откровенно лиричен, и это лирика сильного мужчины, готового нести ответственность за свои слова и поступки. Хеллмюллер может быть печален — и это печаль всё того же сильного мужчины, который знает, как её преодолеть. И Хеллмюллер может улыбаться — искренне, негромко, так, как улыбается сильный человек.
ВИДЕО: Hellmüller Trio «Minimaxbum»

Хеллмюллер — заметная фигура на европейской джазовой школе и, во всяком случае, человек первого эшелона среди гитаристов. Его обучение началось ещё в 1996 г. в Американской школе современной музыки (базирующейся в Париже), продолжилось в Высшей школе музыки швейцарского Люцерна и завершилось специальным курсом под предводительством американца Дэйва Либмана (Dave Liebman) — одного из наиболее известных в мире джазовых педагогов. Впрочем, это образование лишь базовое, а впоследствии были опыты работы и с очень разнообразными по инструментарию и стилям преподавателями, среди которых, например, бэндлидер Мария Шнайдер (Maria Schneider), гитаристы Курт Розенвинкель (Kurt Rosenwinkel) и Джон Аберкромби (John Abercrombie), пианист Семён Набатов (Simon Nabatov) и так далее. Одно лишь изучение этого списка позволяет понять область интересов Хеллмюллера: это комплексный современный джаз, основанный на авторской композиции и далёкий от «диктатуры ритма»; над музыкой Франца придётся думать, но зато и послевкусие она оставит вполне оригинальное.

Франц Хеллмюллер (в центре) в составе интернационального сводного оркестра на фестивале «Рок-Лайн», Пермь, 2014 (фото © Алексей Акимов)
Франц Хеллмюллер (в центре) в составе интернационального сводного оркестра на фестивале «Рок-Лайн», Пермь, 2014 (фото © Алексей Акимов)

С той же скрупулёзностью, с которой выстраивается музыка, ведётся и работа над составом. В своё время в нём переиграли разные барабанщики и контрабасисты, и в какой-то момент швейцарский (по факту лидерства Франца) состав оказался даже на две трети итальянским. Выступления коллектива проходили в Швейцарии, Германии, Австрии, Бельгии, Италии, Франции, Черногории. Сам Хеллмюллер неоднократно приезжал в Россию с очень разными составами (например, Authentic Light Orchestra флейтиста Валерия Толстова и Jellici-Baldes Soundfields). С более ранним составом собственного трио он принял участие в передвижном фестивале «МузЭнергоТур» в 2014-м году и показывал свою музыку, например, в литературном музее Цветаевых в городе Александров Владимирской области, на многотысячном фестивале «Рок-Лайн» в Перми, в Тульской филармонии, в рамках празднования Дня Республики Чувашия в Чебоксарах и на прочих весьма экзотических сценах. Что и говорить, опыт работы с российской аудиторией у этого музыканта просто запредельный.

В 2019-м Хеллмюллер покажет в России программу нового диска «Magnolia» (Unit Records, 2017) и, что особенно интересно, будет снимать фильм о своём путешествии. Специально для этого в туре принимает участие видеооператор Кристиан Кауфманн (Christian Kaufmann).

Приезд коллектива организован российским концертным агентством «Отдел культуры» 
при поддержке швейцарского национального совета по культуре «Про Гельвеция»,
а также фондов SIS и Aargauer Kuratorium.

Перед началом тура Франц Хеллмюллер ответил на несколько вопросов «Джаз.Ру».

У вас внушительный опыт российских туров. Как бы вы охарактеризовали реакцию российской аудитории на современную импровизационную музыку отличается ли она от реакции европейской аудитории или любой другой, перед которой вам приходилось регулярно выступать?

— Российская аудитория кажется мне очень открытой. Я чувствую, что люди не ждут чего-то конкретного, и поэтому они открыты для всего, что происходит на сцене. А европейская аудитория, как мне кажется, страдает от перехлёстов во всём, в том числе и в музыке. Они скорее ожидают чего-то, что им нравится, и имеют своего рода фильтр, определяющий, чем и какой должна быть музыка. Но когда эти предрасположенности преодолеваются, в любой стране мне играется одинаково: архаичная сила музыки (спокойной ли, громкой ли) затрагивает в людях что-то ещё, помимо интеллекта. И когда люди открываются этому, всё работает. Тем не менее, я люблю приезжать в Россию и ценю тёплый приём её зрителей.

Что вы думаете о сходствах и различиях в европейском и американском джазе, в таком случае? Всё так же, по большому счёту, универсально и однотипно?

— Блюз и джаз родились в Америке, а в Европе богатые традиции классической музыки. Многие говорят, что настоящие джазовые музыканты могут быть только из Штатов, и в Америке действительно есть фантастические музыканты. Музыка в нью-йоркских клубах — это всегда очень здорово, это вдохновляет. Но между тем мир глобален. Ты можешь услышать любую музыку где угодно, можешь находиться под влиянием многих музыкантов и стилей. В мире полно замечательных музыкантов: я играл с немецкими, итальянскими, французскими, русскими, австралийскими, армянскими, африканскими, американскими, испанскими, голландскими, бельгийскими… Это всегда был фантастический опыт. Конечно, в некоторых странах сильна традиция народной музыки, которая может очень интересно влиять на музыкантов. Но это скорее личное дело каждого — брать ли в свой джаз традиционную музыку того места, где ты родился. 

Однако есть ощущение, что быть швейцарским музыкантом совершенно не то же самое, что быть русским музыкантом, американским или даже европейским, именно из-за системы государственной поддержки, которую вам предоставляют. Что вы думаете по этому поводу, можете ли вы сравнить свой стиль жизни как музыканта с жизнью ваших друзей из стран Европейского Союза?

— Я думаю, что для джазовых школ Швейцарии характерна довольно открытая философия. Они не очень консервативны и стимулируют творческий потенциал людей, хотят, чтобы музыканты сделались в достаточной степени уникальными.

Да, государственная поддержка помогает нам выезжать за границу. Но сама жизнь в Швейцарии очень затратна. Без поддержки было бы совершенно невозможно играть за пределами Швейцарии, потому что ты просто не можешь прожить здесь на деньги, которые получаешь от концертов за пределами страны. В то же время эта поддержка немного искажает рынок: это даёт нам такие возможности путешествовать, которых нет у артистов из других стран. А поскольку любая система поддержки несправедлива, она искажает рынок даже среди швейцарских артистов. Это иногда создаёт проблемы. Тем не менее, основная её идея (дать возможность искусству путешествовать, встречаться с людьми, странами и культурами) очень важна. Я знаю, это звучит наивно, но я уверен — в нашем мире должно быть больше искусства, чем военных конфликтов. Деньги, вложенные в искусство, всегда хорошая инвестиция. Искусство позволяет людям вести диалог. А импровизированная музыка вообще очень хорошо подходит для работы над собой, так как музыканты и зрители должны слушать друг друга, погружаться внутрь, отказываться от своего эго, чтобы позволить самой музыке в принципе случиться. Это прекрасный инструментарий для нашего общества: слушать друг друга и как бы откладывать личные запросы несколько в сторону — единственный способ жить вместе.

В общем же и целом, стиль жизни музыкантов вполне похож во всех странах: они много работают и живут не так, как представители других специальностей. Мы на самом деле существуем весьма скромно и стараемся всегда напоминать самим себе, что жить музыкой – это на самом деле подарок. Большинству музыкантов приходится работать в качестве преподавателей или на других работах. Поэтому мы постоянно ищем баланс между музыкой и «просто жизнью».

Система государственной поддержки это результат политической ситуации в стране. Вы интересуетесь политикой?

— Политика определяет наше общество, и она должна хотя бы немного интересовать каждого из нас. Чтобы полностью высказаться по этому вопросу, мне пришлось бы написать целую книгу… Вкратце же — я стремлюсь к свободе во всём мире, к уважению среди людей всех рас. Я против насилия. Я не могу смириться с тем, что в наше время где-то люди всё ещё умирают от голода. Постоянный экономический рост мне кажется воздушным замком, приводящим к конфликтам и геополитической напряжённости. Когда богачи становятся всё богаче и богаче, а все остальные становятся беднее — это не дело…

Каковы с учётом сказанного ваши личные амбиции? Быть музыкантом, но делать свой вклад в изменение мира вне музыки? Или же вы не ставите таких глобальных целей и ставите себе жизненные задачи исключительно в музыкальной области? 

— Когда начинаешь карьеру, мечтаешь стать известным и важным. Но в жизни всё гораздо сложнее. Есть блестящие музыканты, которые почти никогда не играют. Может быть, они не могут продать себя. Может быть, они недостаточно дружелюбны или, к слову о вашем вопросе, слишком увлечены политикой и тащат её в искусство. Может, они слишком толстые — я даже не знаю, что может быть причиной. Ты можешь быть очень талантлив и усердно работать, но нет никаких гарантий, что ты станешь знаменитостью. Есть много внешних обстоятельств, на которые ты не можешь повлиять.

Я сам отношусь к музыке как к дару, к возможности создания и передачи некоей волшебной энергии. И один мой друг как-то сказал: «У тебя дар, ты связан с этой магией, и ты обязан делиться ею с людьми, обязан что-то им отдавать». И вот персонально я просто стараюсь каждый день это делать. А следовательно — принимаю многие решения ради своей музыки, а не ради успеха, финансов, политики и так далее. Только так моя музыка может быть подлинной и чистой, чтобы создавать правильную энергию. Все остальное либо случится, либо нет. Пока у нас есть возможность выступать, пока люди приходят на концерты, пока они говорят нам, что музыка их тронула и что она вызвала у них эмоциональный отклик — я буду продолжать всем этим заниматься.

В начале джазовой эры творили гиганты, чьи имена нельзя вычеркнуть из истории джаза и мы при этом говорим об искусстве, созданном ими в возрасте до сорока, а то и тридцати. Сегодня же некоторые из самых больших современных джазовых звёзд этого возраста, безусловно, велики и знамениты, но для этой музыки в целом не стало бы невосполнимой утратой, если бы их искусство вообще никогда не существовало. Как вы относитесь к этой ситуации? Не думаете ли, что золотой век джаза давно закончился и мы здесь просто разрабатываем старые шахты, а открыть новые уже никому не суждено? 

— Я полагаю, что проложить новый путь можно только единожды. Но ты всегда можешь быть частью эволюции и движения по этому пути. Всегда есть люди, которые становятся знаменитыми, и в то же время существуют люди, которые оказали большое влияние на нынешнюю эпоху, но которых никто толком даже не знает по имени. Такая ситуация бывает у джазовых музыкантов, художников, архитекторов, изобретателей и так далее — да у кого угодно, по сути.

Чем больше существует музыки на сцене и в записях, тем больше её «масса», и среди всей этой массы музыкантам всё труднее проявиться и сиять. Но самое главное — это живая музыка. На самом деле джаз — это музыка, в которой каждый следующее исполнение отличается от предыдущего. Участие в концерте по-прежнему остаётся уникальным и прекрасным опытом. Так что давайте будем счастливы за всех людей, которые дают нам этот опыт сегодня.  Быть знаменитым или нет — не главное. Главное — быть частью той энергии, которую нам предлагает музыка.

Сейчас для музыканта считается нормальным участвовать в нескольких ансамблях одновременно. Что это способ выжить (при условии, что участие в одной группе не может обеспечить достойную жизнь) или интерес к другой музыке? Не чувствуете ли вы, что разрываетесь, участвуя в самых разнообразных проектах, не отвлекают ли они вас от ваших собственных идей?

— Интересный вопрос. Но вы сами дали ответ, строго говоря. Не получится играть год подряд с одной и той же группой. Интересно участвовать и в других проектах. А иногда случается так, что, работая в своём проекте, ты в определенный момент чувствуешь потребность в каком-то другом типе энергии, в энергии другого проекта, которую ты мог бы потом использовать в своей собственной музыке. Так что цель — найти правильный баланс.

Партнёры по вашему собственному трио постепенно молодеют уходят более возрастные, приходят помоложе…

— Это совпадение. Возраст неважен. Важно то, чем мы делимся.

Что есть существенно нового в «Магнолии», последнем диске трио, по сравнению с другими вашими релизами?

«Magnolia», в целом, так же концептуально глубока, как и предыдущие альбомы трио. В середине мелодий с точными гармоническими структурами, которые мы затем «открываем» (то есть начинаем исполнять полностью свободно), там есть совершенно свободные импровизации. Но мы хотим сохранить дух момента, и пусть свободно, но мы продолжаем развивать мелодию и гармонию, которая прописана для более ранних фрагментов пьесы. Поэтому людям не всегда понятно, что это вообще-то пошла свободная импровизация. Это придаёт музыке очень хорошую энергетическую наполненность. Кроме того, у нас есть более сложные структуры в некоторых композициях, есть повышенная ритмическая сложность. Так что, в общем и целом, «Магнолия» — это та же идея, что и раньше, но она продолжает развиваться.

И напоследок – хороший, хотя и несколько неожиданный, вопрос от одного из ваших слушателей: вы бы хотели, чтобы ваша дочь вышла замуж за джазового гитариста? 

— Я бы хотел, в первую очередь, чтобы у моих дочерей была счастливая жизнь. Так что, если они будут счастливы с джазовыми гитаристами — прекрасно! А если те, кому с ними повезёт, будут играть на других инструментах или будут заниматься другой работой, но при этом сделают моих дочерей счастливыми, это тоже будет прекрасно. 

Над интервью работали
Михаил Митропольский (Москва),
Павел Шестаков (Красноярск),
Юрий Льноградский (Яхрома)

ВИДЕО: Hellmüller Trio «Fall Is Not The End»

Расписание тура

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, напишите комментарий!
Пожалуйста, укажите своё имя

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.