Чикагский перкуссионист Фамуду Дон Мойе: эксклюзивное интервью для «Джаз.Ру»

0
реклама
джаз живёт здесь!
джаз живёт здесь!
джаз живёт здесь!
джаз живёт здесь!
Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
Фото: Aposition
GD

interview22 сентября, КЦ «ДОМ», 19:30: Catherine Jauniaux Trio (Бельгия-Франция, новый джаз, свободная импровизация) и Famoudou Don Moye / Baba Sissoko: Bamaco Chicago Express (афро-фри-джаз)

  • 1 отделение
    Катрин Жонио (Catherine Jauniaux, Бельгия-Франция) — голос, вокал, декламация; Ксавье Шарль (Xavier Charles, Франция) — кларнет; Жан-Себастьен Марьяж (Jean-Sebastien Mariage, Франция) — гитара
  • 2 отделение
    Фамуду Дон Мойе (Famoudou Don Moye, США-Франция) — ударные, перкуссия; Баба Сиссоко (Baba Sissoko, Мали-Италия) — тамани, нгони, балафон, вокал

При поддержке фестиваля «Апозиция» (Санкт-Петербург)
Информационные партнёры концерта: журнал «Джаз.Ру» и музыкальная энциклопедия Zvuki.ru

Famoudou Don Moye
Famoudou Don Moye

Несмотря на то, что уже с конца 60-х годов Фамуду Дон Мойе играл со многими выдающимися фри-джазовыми музыкантами, в числе которых были Стив Лэйси, Сонни Шеррок и Фароа Сандерс, широкой публике он стал известен прежде всего как бессменный барабанщик одного из важнейших составов в истории американской импровизационной музыки — легендарного Art Ensemble of Chicago. К концу 60-х квартет (трубач Лестер Боуи, саксофонисты Роско Митчелл и Джозеф Джарман и басист Малаки Фэйворс), выступал и записал несколько пластинок вообще без штатного барабанщика; Мойе присоединился к коллективу по просьбе Митчелла в 1970 году. Полистилистичность игровой манеры Дона, в которой традиционные грув и свинг сочетались с виртуозной игрой на африканских и карибских перкуссионных инструментах, а также тягой к свободной импровизации, как нельзя лучше подошла ансамблю, который Мойе больше не покидал до самого его распада в середине 2000-х. За эти годы Мойе записал с Art Ensemble of Chicago более 30 пластинок, снискав вместе с коллективом всемирную славу.

Помимо Art Ensemble of Chicago, в 80-х годах Мойе играл в звёздном секстете The Leaders вместе с Лестером Боуи, Чико Фриманом, Сесилом Макби, Кёрком Лайтси и Артуром Блайтом (в 1990 г. Мойе с этим составом выступил и в Москве, на легендарном I Московском международном джаз-фестивале Юрия Саульского). Записывался Дон и со своими собственными составами — Don Moye Magic Triangle Band (с Джозефом Джарманом) и Sun Percussion Summit, участники которого исследовали традиции африканской перкуссионной музыки. С молодости присущая Дону тяга к африканской музыке логичным образом привела его к сотрудничеству с африканскими музыкантами. Именно в дуэте с африканской звездой — всемирно известным Баба Сиссоко — Фамуду Дон Мойе и выступит на сцене «Дома».

Перед выступлением в Москве легендарный чикагский перкуссионист дал эксклюзивное интервью обозревателю «Джаз.Ру» Григорию Дурново.

Прежде всего я хотел бы спросить, на каких инструментах вы собираетесь играть на концерте в Москве. Будут ли у вас какие-то африканские перкуссионные инструменты или просто ударная установка?

— У меня будет немного перкуссии и тарелок. В основном, я буду играть на барабанах и конга. Баба Сиссоко будет играть на маленьком африканском говорящем барабане под названием тама.

Но и на струнных тоже?

— Да, он будет играть на нгони — трёхструнной малийской гитаре. Ещё он играет на традиционной африканской гитаре с малийским строем, отличающимся от западного. И мы оба поём.

И какова же будет программа?

— Мы пока не знаем. У нас много песен, много записей, так что ещё решим.

Как вы познакомились с Сиссоко?

ДАЛЕЕ: Фамуду Дон Мойе о Баба Сиссоко, об основах импровизации и о ежедневной драке! 

— Это было в Риме в 2002 году. Я взял его в турне с моим перкуссионным ансамблем, мы записались в Риме и Неаполе. А в 2004 и 2006 году он гастролировал с Art Ensemble of Chicago по Европе и Америке.

Famoudou Don Moye and Baba Sissoko
Famoudou Don Moye and Baba Sissoko

Можно ли сказать, что в ваших собственных проектах вы больше повёрнуты в сторону африканской музыки, чем в сторону свободной импровизации и свободного джаза, так сказать?

— Я повёрнут в сторону ритма. Музыку я никак не называю. На мой взгляд, свободной импровизации не существует. Свободная импровизация — это очень сложно, это самое сложное, что может быть. (Смеётся.) Особенно если ты не знаком с музыкантами. Коллективная импровизация, импровизация в небольших ансамблях получается лучше, когда ты знаешь людей. Иначе всё очень трудно. Потому что нет ни темы, ни нот, ни идей, а надо что-то создавать совместно с теми, кого ты не знаешь. Я изучаю всевозможные ритмы, я не говорю «африканский ритм», «джазовый» или какой-то ещё. Сейчас я снова изучаю кубинский ритм. Куба, Пуэрто-Рико и Колумбия. А когда что-то изучаешь, всегда узнаёшь что-нибудь новое.

А вам приходилось играть с незнакомыми людьми?

— Да! Много раз.

И как это было?

— Когда играешь с незнакомыми людьми, проще всего играть стандарты, песни, которые все знают. Случалось и импровизировать с незнакомыми. Может быть, день или два это неплохо, но, например, гастролировать, импровизируя каждый вечер, сложно.

Но ведь если вы отправляетесь в турне, вы ближе знакомитесь с другими музыкантами.

— Но легче от этого не становится! (Смеётся.) Может быть, когда знакомишься, просто становится интересно. Но вообще обычно, если играешь с хорошими музыкантами, можно создавать музыку. Но это должны быть действительно хорошие музыканты, они должны быть гибкими. Блюзовые, джазовые, рок-н-ролльные музыканты — когда они играют всем известные вещи, это одно дело, но если они играют что-то, чего никто не знает, это может быть настоящая беда. Классические музыканты не очень много импровизируют. Разве что кроме тех, кто играет современную классическую музыку. Но я играл со многими классическими музыкантами и сталкивался с тем, что импровизирование для них — большая проблема. Блестящая подготовка, блестящий звук, блестящий музыкант — но как импровизатор полный ноль. Я играл со скрипачом, который является настоящим экспертом в музыке барокко. Мы пробовали импровизировать и играть, основываясь на ритме. А потом я играл со скрипачом, который работает в жанре jazz manouche. Он не лучше того музыканта как скрипач — но интереснее. У нас была совместная репетиция с ними обоими. И как вы думаете, кто вышел победителем?

Наверно, исполнитель jazz manouche?

— Да, он всё время выходил победителем, потому что он чувствовал себя очень уютно, он был очень гибок. А замечательному солисту, специалисту по барокко было совсем не удобно. Мы говорили: «Сыграй мелодию, сыграй то, что тебе нравится, а мы что-нибудь из этого сделаем». Это оказалось невозможно. Он 200 вечеров в году играет барокко, он великолепный музыкант, прекрасный друг — но никакой импровизации.

Продолжаете ли вы играть с Джозефом Джарменом и Роскоу Митчеллом?

— Джармен отошёл от дел, он на пенсии. С Роскоу мы по-прежнему вместе занимаемся бизнесом, больше бизнесом, чем музыкой. Но иногда и музыкой тоже, потому что у нас есть компания, выпускающая диски Art Ensemble, мы поддерживаем себя и семьи Лестера [Боуи] и Малакая [Фэйворса], которых уже нет, поскольку у семей должны быть права на их музыку. Мы не играем, но работаем вместе.

Какие ансамбли из тех, в которых вы играли и играете, имеют для вас особенное значение?

Sun Ra All Stars. Группа Генри Трэдгилла. Black Artists Group в Сент-Луисе в 1972 году. Мой оркестр из шестнадцати человек. Sun Percussion Summit, это мой ансамбль ударных. Brass Fantasy. The Brazz Brothers из Норвегии, у нас был проект с ними во время зимних Олимпийских игр 1994 года, участвовало шестьдесят пять человек — пятьдесят пять певцов и десять музыкантов. Хороший проект был — госпел, скандинавская народная музыка, немного духовной музыки Дюка Эллингтона и авторские композиции. Можно вспомнить ещё что-нибудь. Но и это уже много! (Смеётся.) Ещё Milo Jazz, ансамбль ударных из Сьерра-Леоне. Я играл с ними три месяца, когда был в Африке. В этом проекте ещё участвовали Джон Тчикай и немецкий пианист Хартмут Гееркен.

Какие проекты у вас сейчас в работе, кроме дуэта с Сиссоко?

— Вместе с Сиссоко мы играем в дуэте, в трио с пианистом с Сардинии Антонелло Салисом и в квинтете. А кроме того я играю с Арчи Шеппом в его блюзовом биг-бэнде. И ещё у меня есть дуэт с Гавино Мурджа. Бывает, что дуэт, бывает, что трио, зависит от бюджета. Ещё я играю в трио с Кёрком Лайтси и венгерским басистом Тибором Элекешем. Много, много проектов.

Что означает имя Фамуду?

— «Из земли», это на языке менде.

Вы сами взяли себе это имя?

— Нет, мне его дал с благословением Фамуду Конате, выдающийся барабанщик из Гвинеи, мой друг и наставник.

У вас наверняка большая коллекция ударных инструментов из разных стран. Есть ли среди них любимые?

— Никаких любимых. Все они причиняют мне боль каждый день. (Смеётся.) Они все дерутся со мной. Как Мохаммед Али. (Хохочет.) Как этого русского чемпиона по боксу? Братья? (По-видимому, Мойе имел в виду украинских чепмионов, братьев Кличко. — Г.Д.) Вот я как будто с ними дерусь. (Хохочет.) С обоими одновременно!.. Не так уж это и смешно. (Смеётся.)

Значит ли это, что вы не всегда одерживаете победу?

— Никогда! Побеждает всегда музыка! А вы не знали?

КОНЦЕРТ 22 СЕНТЯБРЯ НА САЙТЕ КЦ ДОМ


реклама на джаз.ру

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, напишите комментарий!
Пожалуйста, укажите своё имя

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.