Пианист из Германии Пабло Хельд: интервью «Джаз.Ру»

0
Григорий Дурново,
обозреватель «Джаз.Ру»
GD

interview1 октября в Культурном центре «ДОМ» в рамках V фестиваля Гёте-Института в Москве «Джаз осенью — Без стен» выступает Pablo Held Trio из Германии: Пабло Хельд (Pablo Held) — фортепиано; Роберт Ландферманн (Robert Landfermann) — контрабас; Йонас Бургвинкель (Jonas Burgwinkel) — ударные.

Этот коллектив из Кёльна в большей степени, чем другие участники фестиваля «Джаз осенью», ориентируется по звучанию на традицию, на великих предшественников. При этом за долгое время существования трио музыканты достигли высочайшего уровня взаимопонимания и готовы к самым неожиданным экспериментам. Трио выступает и записывается как в «классическом» составе, так и в сотрудничестве со знаменитыми американцами — гитаристом Джоном Скофилдом и саксофонистом Крисом Поттером.

Перед выступлением немецких музыкантов в Москве обозреватель «Джаз.Ру» Григорий Дурново взял интервью у Пабло Хельда.

Pablo Held Trio
Pablo Held Trio

Что вы будете играть на концерте?

— В следующем году нашему трио исполнится десять лет. Поиграв вместе два года, мы решили отбросить все, что у нас было до этого, — все аранжировки, все договоренности насчёт музыки. То есть с 2008 года мы каждый раз выходим на сцену, не зная, что будем играть. У нас есть от сорока до пятидесяти пьес, которые мы можем исполнять, и мы разучили для них возможные базовые аранжировки. Но когда мы начинаем играть, мы просто смотрим, что получится, так что пьесы смешиваются между собой. Иногда мы играем разные пьесы одновременно. Таким образом каждый концерт начинается с нуля, мы знаем почти столько же, сколько публика. Мы знаем разве что только то, что могли бы сыграть. Такой вид музицирования основывается на глубоком доверии друг к другу.

Значит ли это, что вы стараетесь не играть то, что вы раньше играли, или все-таки иногда обращаетесь к этому материалу посреди импровизации?

— Иногда мы играем недавно появившиеся пьесы, но бывает и так, что кто-то вдруг вспоминает что-то, что было десять лет назад. И мы реагируем так: «Подождите, что это?» Мы считаем, что наша совместная игра — это разговор между близкими друзьями. Когда разговариваешь с хорошими друзьями, которых ты давно знаешь, достаточно сказать одно слово, и оно может иметь для вас море ассоциаций. Допустим, вы с другом вместе отдыхали, вы скажете «бассейн», и это будет ваше общее воспоминание. У нас так же с исполнением. Мы можем, например, весь вечер играть свободную импровизацию, а к исполнению произведения перейти один раз за весь концерт — но сыграть только пять тактов из него: даже если мы начнем играть пьесу, это не значит, что мы ее сыграем всю. Мы можем продолжать играть в том же настроении. Нам не нравится, когда нет риска, когда нет развития, когда занимаются только полировкой великих произведений. Это не для нас. В нашем представлении джаз, музыка — это творчество в настоящую минуту.

ДАЛЕЕ: продолжение интервью Пабло Хельда, ВИДЕО, информация о концерте 1 октября 

Записывались ли вы таким образом в студии?

— Не в студии. На некоторых записях бывало, что мы начинали играть, не договариваясь заранее, какую пьесу мы делаем. Мы записали концертный альбом, он вышел на диске в 2012 году, называется «Trio Live».

Могли бы вы сказать несколько слов о других проектах, связанных с трио? С Джоном Скофилдом, с Крисом Поттером, с EOS, Glow, Elders?

— С Джоном Скофилдом у нас было турне. Это произошло после того, как у нас с ним состоялся концерт в Кёльне. Нам предложили пригласить кого-нибудь в качестве гостя. Кёльнская филармония была готова хорошо профинансировать это мероприятие, и мы решили, что неплохо было бы сыграть с Джоном Скофилдом, потому что это свободный и открытый музыкант, в любой ситуации он может оставлять свой отпечаток, причём необязательно ведя музыку в привычном себе направлении. Я представлял себе, как бы он звучал в моих пьесах, как мы могли бы сыграть его пьесы. Концерт состоялся, и Джон был очень великодушен и щедр. Обычно он не приходит гостем в чужие проекты, чтобы играть чужую музыку. Но нас ему рекомендовал его барабанщик Билл Стюарт, который, как и мы, выпускает альбомы на Pirouet Records. Джон прислушался к Стюарту и потом был очень доброжелателен, открыт к обсуждению того, что мы будем делать. Мы решили, что будем играть мои пьесы, я прислал ему записи некоторых моих пьес, в которых представлял себе его, и список его пьес, которые мне хотелось сыграть. Он согласился, мы стали обсуждать, и он очень одобрил наши пьесы. Концерт был очень успешным, все билеты были проданы, он был доволен и все время говорил: «Хорошо, что мы записали этот концерт, мы могли бы его выпустить». Он сказал это несколько раз. Я сам не хочу быть навязчивым и использовать ситуацию, но тут я сказал: «Да, вы так много раз сказали, что хотите выпустить эту запись, может быть, я могу дать ее людям из Pirouet». Альбом вышел, и через некоторое время Скофилд сказал: «Может быть, нам стоит съездить в турне». Мы ещё выступили в Дортмунде на фестивале WDR (Западногерманского радио. — Ред.), а через несколько месяцев начался наш десятидневный тур по Европе. Это было замечательно, потрясающий опыт. Просто быть рядом с этим человеком каждый день в повседневных ситуациях, а не только на концертах, просто тусоваться и болтать — это очень сильное впечатление. И концерты были как в сказке. И он сказал, что хотел бы как-нибудь повторить.

С Крисом Поттером мы пересеклись, когда проходил концерт в двух отделениях с биг-бэндом WDR. В первом отделении мы играли с ним квартетом, а во втором — он с биг-бэндом. Его музыка, его аранжировки. У нас с ним было три концерта, все прошли замечательно. Он был очень доброжелателен и мил. Может быть, сыграем ещё.

Конечно, всегда здорово наконец сыграть со своими кумирами, видеть, как они играют твою музыку, как ты играешь их музыку. Я рос, играя под записи Скофилда, и вот, наконец, спустя годы услышать его звук рядом с собой — это, конечно, особое ощущение.

«Elders» — это запись, которая является подарком и данью благодарности моим родителям, осуществлением моей мечты, потому что на этой записи я играл музыку своего отца и аранжировал её под себя, а также музыку, которая напоминает мне о моих родителях, о моём детстве. В записи участвовало наше трио, а также саксофонист Джейсон Зайцер, и ещё звучали акустическая гитара и флейта. Мой отец — пианист, моя мать — настройщик фортепиано, так что фортепиано было представлено естественным образом, но ещё моя мать играет на акустической гитаре, а мой отец играет на флейте.

Glow — это проект, в котором к трио присоединяется много людей. В основном, несколько человек играют на одном и том же инструменте: например, на первом альбоме у нас было трое басистов, три гармонических инструмента (помимо фортепиано — фисгармония, челеста и арфа), а также два саксофониста и один трубач. Для этого ансамбля я писал только очень короткие наброски и давал каждому свободу самовыражения, чтобы каждый мог по-своему интерпретировать эти небольшие фрагменты. Так получилось нечто большее, причем большее, чем я мог предположить. Мы в составе трио тоже много сочиняем в реальном времени, но мы делали отсылки к длинным композициям, нам было из чего выбирать. А в Glow обращаться почти не к чему.

Сочиненные предварительно композиции в составе трио все ваши?

— Все мои, но сейчас мы выпускаем новый альбом, где обращаемся к классике. Я сделал аранжировки классических произведений для трио. Мы играем их, как если бы это были мои пьесы или стандарты. Мы играем Рахманинова, Скрябина, Бартока, Хиндемита, Шарля Турнемира. Часто играем произведения Федерико Момпоу. Мы занимались этим и раньше, на нескольких наших альбомах есть классические произведения.

В отличие от многих современных фортепианных трио, использующих ровный бит, электронные приспособления, элементы новейших музыкальных направлений, ваше трио больше тяготеет к традиционному звучанию, ведь так?

— Наше трио акустическое, потому что так мы слышим музыку. К тому, что вы перечислили, мы не стремимся. Это коммерческое, эти трио, как мне кажется, больше играют для людей и меньше для музыки. Они используют много поп-элементов, под этот ровный ритм многие могут кивать головой. Возможно, их лейблы хотят, чтобы они были удобнее для слушателей. Я не хочу сказать, что это плохо, но это не то, чего мы хотим. Мы, конечно, ориентируемся на все великие трио, которые были до нас. Всегда можно возвести то, что мы делаем, к Баду Пауэллу или даже более раннему периоду, Арту Тэйтуму. Но кроме того мы стараемся играть, скажем, как струнный квартет или камерный оркестр. Роберт (Ландферманн — Г.Д.) на контрабасе производит различные звуки, например, флажолеты, которые подошли бы для современной классической музыки, мы находимся под большим влиянием классической музыки, в том числе современной. Если бы мы использовали ритмы хип-хопа или поп-музыки, они бы не подошли к тому, что делаем. Хотя мы все это слушаем, на нас всё влияет, и мы стараемся слушать всё, следить за новым. Мы, конечно, связаны с традицией, я с этим не спорю, но помимо этого мы стараемся играть в настоящий момент и не очень думаем о том, что было до нас и будет после.

ВИДЕО: Pablo Held Trio

КЦ «ДОМ», 1 октября, 20:00. Б.Овчинниковский пер., 24 (м. Новокузнецкая)

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, напишите комментарий!
Пожалуйста, укажите своё имя

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.