Певица Алина Ростоцкая: интервью «Джаз.Ру» о новом проекте Motilda

0
Алина Ростоцкая
Алина Ростоцкая (фото автора)
реклама
джаз живёт здесь!
джаз живёт здесь!
джаз живёт здесь!
джаз живёт здесь!

«Именно так я музыку себе и представляю: когда все вовлечены в то, что мы делаем вместе, и все делают это с уважением друг к другу»

4 марта 2020 в одном из старейших музыкальных клубов Москвы «16 тонн» певица Алина Ростоцкая представит программу нового проекта Motilda, в составе которого играют Салман Абуев — труба; Максим Шибин — гитара; Дмитрий Чемырев — клавишные; Александр Ахмаев — барабаны. Большинство песен для этого проекта написаны на русском языке. Перед концертом специально для «Джаз.Ру» с Алиной побеседовал Александр Панов.

Motilda — относительно новый проект. Он существует в концертном формате, есть несколько записанных синглов и видеоклип. Насколько для тебя это разные вещи: студийная запись и живое исполнение, в котором будет диалог?

— Музыка — одна, и в записи, и в живом исполнении. Но ощущается по-разному. Я бы сказала, что в процессе студийной записи ты можешь больше погрузиться именно в то состояние, которое хотел передать, когда эту музыку писал, тебя ничто не отвлекает. Ты как бы растворяешься в музыке, в том, что происходит, в самом звуке даже. В живом исполнении много энергии, она вся перемешивается, ты много отдаёшь, но и принимаешь, конечно. Как человека очень чувствительного ко всем этим вибрациям и их движению, меня это иногда может отвлекать в процессе, но в целом люблю и тот и другой формат.

Запись для артиста на самом деле — большое подспорье. Потому что благодаря ей люди могут прочувствовать твою музыку лучше. Иногда для этого нужно время, иногда нужно с музыкой совпасть по состоянию-настроению, и тогда она раскрывается для тебя. Когда мы выпустили сингл «Туман» кто-то из слушателей написал, что в концерте эта песня ему не запомнилась (она короткая, длится всего три минуты и пролетает очень быстро), а на записи она для него раскрылась и он услышал её совсем иначе, глубже и многомернее.

ВИДЕО: Motilda «Туман»

Концерт — это, наверное, ещё даже более тонкая степень близости с людьми. Они дарят нам свое время и внимание, а мы рассказываем им истории, которые, надеюсь, как-то с ними резонируют, вызывают отклик, эмоцию. Возникает такое совместное впечатление, переживание.

И дальше случается, что слушатели хотят продолжать общение с музыкой уже вне рамок концерта, им хочется что-то переслушать, например.

Поэтому для меня важно продолжать процесс записи песен — хотя это довольно непростая, как мы знаем, история с точки зрения организации и всего прочего. Но, я считаю, это важно делать. И для нас самих тоже — потому что, когда ты постоянно находишься в процессе, не доводя его до результата, ты как бы паришь в невесомости, не можешь идти дальше, потому что не зафиксировано то, что уже сделано. Но всему свой момент, конечно. Музыке нужно ровно столько времени, сколько нужно, чтобы оформиться именно в тот вариант звучания, которым она хочет быть озвучена. Нужно этот момент почувствовать. Здесь чуть-чуть передержишь — и всё умирает, а чуть-чуть «недодержишь» — и всё сырое.

Сергей Владимирович Манукян мне всегда говорил: «Понимаешь, Алиша, джаз — как кофе — его надо не недоварить и не переварить, его надо просто сварить!» Мне кажется, это гениально! И это не только про джаз. Это вообще про многое. Но да, с записью — важно, чтобы много факторов совпало. Когда совпадает — получаются самые честные и сильные вещи. Дело потихоньку двигается к пластинке, видимо. Жду момента, когда почувствую, что пора.

Для слушателя концерт — это событие. Как ты понимаешь для себя, что такое «концерт», помимо решения исполнительских задач?

— Иногда это монолог, ты просто рассказываешь истории. Иногда это диалог со слушателем, в прямом смысле слова. Мне очень нравится делать интерактивные штуки с людьми и вовлекать их в процесс совместного создания музыки. Это стирает границы между нами и слушателями, создает единое пространство.

Есть песни, правда, в которых необходима монологичность, потому что иначе что-то невидимое нарушается. А в какой-то музыке есть пространство для диалога. И уж точно всегда есть пространство для диалога внутри ансамбля, это всегда взаимодействие и со-творчество. Ещё концерт — это такая интересная, многомерная структура, в которой многое зависит от того, как выстроишь песни одну за другой. Не могу сказать, что у меня есть всегда какой-то прямо супер-план. Ориентируюсь по ощущению, вообще люблю, когда остаётся пространство для спонтанности, для момента — но бывает, что это не работает, конечно; что вполне объяснимо. Но это живая ситуация и опыт. Какие-то большие концерты я, конечно, простраиваю в своей голове. Люблю рассказывать о песнях. Иногда хочется чем-то поделиться, помимо самого высказывания, которое в музыке заключено. Но я всё-таки больше мыслю как музыкант, а не как артист, а ведь здорово, когда всё вместе работает — и сценическая составляющая, и музыкальная. Поэтому стараюсь драматургию какую-то продумывать, выстраивать, чтобы у концерта был естественный ритм и динамика, как в музыке.

Алина Ростоцкая (фото автора)
Алина Ростоцкая (фото автора)

Значит ли это, что концерт 4 марта будет в одно отделение?

— Конечно. Это же не концертный зал, это клуб с танцевальным партером, поэтому тут без вариантов. Будем падать в это облако звуков вместе со слушателями! Будет ещё очень красивый видеоряд от Тамары Зубовой, будут еще кое-какие сюрпризы, о которых пока умолчу.

ВИДЕО: Motilda «Мы все не виноваты» (живьём в студии)

Тебе важно слушать, что делают коллеги? Недавно общался с одним замечательным музыкантом, и он поделился весьма спорным утверждением. Заявил, что он осознанно старается не слушать других исполнителей, чтобы оставаться собой, чтобы у него была большая степень творческой свободы, чтобы никого не повторять и не заимствовать музыкальные решения.

— Я его очень понимаю. На самом деле действительно неосознанно какие-то вещи «подснимаются», если ты много слушаешь кого-то одного или даже творчество группы музыкантов, близких тебе по духу. Но я не вижу в этом ничего плохого, если дело этим не ограничивается и ты исследуешь и переизобретаешь свой музыкальный язык всё время. Хотя бывают периоды, когда хочется закрыться от потока внешней информации, сесть в своей комнате с инструментом и изнутри доставать какие-то вещи, не подпитываясь при этом внешними музыкальными источниками. По большому счету, вдохновляться и черпать идеи можно во всем, что тебя наполняет. Это может быть молитва, поездка на природу, общение с друзьями, это может быть книга или кино.

Мне кажется, что так или иначе хорошо бы иметь представление о том, что происходит. Мы же не в мыльном пузыре живем, не в вакууме. Мы живем в мире, где всё время всё меняется. Не обязательно на это ориентироваться — можно просто иметь в виду. Знать, что что-то происходит. Кто-то выпустил новую работу — послушать, вдохновиться или наоборот, понять, что это мне не близко, например. У меня никогда не было в этом смысле ограничений. Однако есть какой-то естественный фильтр — внутренний, интуитивный. Бывает много внешней информации — и тогда я стараюсь либо снизить её объем, либо просто отключить на какое-то время этот поток. Просто побыть внутри своего пространства, своей семьи или своего комфортного музыкального мира. А бывают периоды, когда чувствуешь некий голод и можешь слушать новую музыку взахлёб несколько часов подряд. Это довольно большой концентрации требует, на самом деле. Ты же её действительно воспринимаешь — а на восприятие тоже нужен ресурс. Мне кажется, это такая нормальная жизненная цикличность. Иногда тебе хочется общаться с людьми, иногда ты хочешь побыть один. Здесь то же самое. Так что я понимаю этого человека. Это тоже позиция. Почему бы и нет?

Я думаю, что у него просто нет свободного времени.

— Кстати, это тоже вполне объективная причина. У [гитариста Джона] Скофилда однажды спросили: «А вы слушаете молодых музыкантов? Следите за сценой?» Он ответил: «Нет, я ни за чем не слежу, потому что я очень много работаю, но если кто-то клёвый появляется — будьте уверены, я о нем узнаю!» Это имеет почву под собой. Бывают периоды, когда ты погружаешься в работу целиком, и тебе уже вообще ни до чего. Например, когда готовишь большую работу или просто у тебя такое настроение, что хочется раствориться в творческом процессе. Да. В эти периоды ты ничего не слушаешь, потому что полностью погружен в то, что делаешь. Это нормально. Это хорошо.

ВИДЕО: Motilda «Внутри» (живьём в студии)

Поедет ли Motilda по регионам или на гастроли в другие страны?

— Ты знаешь, я пока об этом не думала предметно. Хотя, конечно, мне бы хотелось. Но как человек, который уже съел пуд соли со своим акустическим авторским проектом, я понимаю, что людям нужно время, чтобы полюбить и прочувствовать что-то, что пока для них ново и неизвестно. Поэтому тут моя задача как лидера — просто спокойно и с какой-то периодичностью выпускать новые работы, играть концерты, делать так, чтобы что-то происходило, чем я и стараюсь заниматься по мере сил. Из ближайших планов: в апреле поедем в Петербург с концертом, 31 мая сыграем на фестивале «Усадьба Джаз» в Москве, 13 июня — на фестивале «Джаз на пруду» в Липецкой области.

В любом случае, мне приятно и радостно, что организаторы фестивалей задают вопросы про Motilda, следят за тем, что мы делаем. А еще очень приятно и радостно, что есть доверие и живой отклик слушателей. Процесс идет, в общем: все течёт, все движется. Посмотрим, к чему мы придём. Самой любопытно (смеётся).

4 марта, 20:00, клуб «16 тонн»: ул. Пресненский Вал, д. 6, стр. 1 (м. Улица 1905 года), тел. +7(499)253-5300
ИНФОРМАЦИЯ И БИЛЕТЫ (800 ₽ — 1500 ₽) НА САЙТЕ КЛУБА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, напишите комментарий!
Пожалуйста, укажите своё имя

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.