LRK Trio выпускают четвёртый альбом в своей дискографии: «Мгновение памяти» выходит на Losen Records

0
LRK Trio
LRK Trio: Игнат Кравцов, Евгений Лебедев, Антон Ревнюк
реклама
джаз живёт здесь!
джаз живёт здесь!
джаз живёт здесь!
джаз живёт здесь!

30 октября у российского джазового коллектива LRK Trio выходит уже четвёртый по счету студийный альбом «Memory Moment». Как и два предыдущих, «If You Have a Dream» (2017) и «Urban Dreamer» (2018), его выпускает для всемирного рынка норвежская компания звукозаписи Losen Records. На рынке России и СНГ альбом представляет лейбл Butman Music Records.

Главный редактор «Джаз.Ру» Кирилл Мошков об альбоме:

— Трио, в которое входят пианист Евгений Лебедев, басист Антон Ревнюк и барабанщик Игнат Кравцов, на международной джазовой сцене уже пять лет — если включать в их дискографию альбом 2015 года «Open Strings»: «Джаз.Ру» при появлении той работы высоко оценил её, но задним числом видно, что формирование концепции трио ещё не было завершено — ведь на обложке дебютного альбома стояли имена только Лебедева и Ревнюка, хотя Кравцов в записи уже участвовал. Под названием LRK Trio, хорошо приспособленном для мирового рынка (мало кто за пределами российского культурного пространства способен выговорить «Lebedev-Revnyuk-Kravtsov» и уж тем более запомнить это сочетание звуков), они с 2017 года начали мощную международную экспансию, в ходе которой одними из первых базирующихся в России джазовых ансамблей стали регулярно выпускать записи на солидном европейском лейбле с мощной международной дистрибьюцией и активно гастролировать по Европе, Японии и США. В общем, если у России есть сейчас узнаваемый джазовый экспорт — а он в последние годы, конечно, есть — то LRK Trio находятся на острие этого направления.

Новый релиз ансамбля стилистически продолжает поиски, начатые ещё на «Open Strings». И за пять лет направление этих поисков не изменилось, но уточнилось и усложнилось. Стало меньше интонаций русской песни, но общий русский мелодический колорит никуда не ушёл — в конце концов, именно он определяет стилистическое своеобразие LRK Trio, причём это не колорит частушки, но общая «благородная» линия русской музыки — мелодическая линия, условно говоря, Глинка — Мусоргский — Чайковский — Рахманинов (а впрочем, временами, скорее, Прокофьев). Стало больше урбанизма, программности, больше электронных звучаний и современных ритмических решений. Электрическая бас-гитара звучит пусть и не так часто, как контрабас, но явно завоёвывает себе новые пространства — и тем убедительнее слышно, что Антон Ревнюк по-прежнему один из немногих басистов на российской (и не только российской) сцене, кто владеет обеими разновидностями инструмента в совершенстве, с полным знанием особенностей каждого, не пытаясь приспосабливать умения электробасиста к акустическому контрабасу и наоборот. Вообще роль Ревнюка в этом альбоме весьма велика, и не только благодаря его композиторскому вкладу и соло в развёрнутых композициях трио. Три его сольные прелюдии на акустическом контрабасе, в соответствии с логикой «начал программирования» названные «If», «To» и «Return» (не хватает, кажется, только «Then» на второй позиции), выступают в роли своего рода звуковых якорей всего альбома, если рассматривать его не просто как сумму треков, но как именно альбом, выстроенный по законам композиции крупной формы. Причём крупной формы, в которую встроена ещё одна крупная форма: альбом открывается эпического масштаба четырёхчастной сюитой «Утро / Долгий день / Вечер / Бег», в третьей части которой (выбранной ансамблем для публикации в виде сингла, предваряющего релиз альбома) звучит яркое соло Ревнюка на бас-гитаре.

Что касается электричества в целом, то в новом альбоме заметно выросла роль синтезаторов — и надо отметить, что Евгений Лебедев явно глубоко изучил современные тенденции и использует не только синтезаторные «пэды» (гармоническое заполнение) и одноголосные соло, но и гораздо более сложные структуры — автоматизированные аккордовые арпеджио, полифонические построения, многослойные, почти симфонические звуковые конструкции, причём зачастую со вплетённым в них тембром акустического рояля, который остаётся его «главным калибром». Именно роялю он чаще всего поручает изложение и развитие темы, и благодаря сочетанию звучания классического рояля, опоры на ровные 16-е длительности в партиях ударных и ярко синкопированные акценты в совместном построении гармонической ткани роялем и контрабасом временами возникает ощущение стилистической близости к скандинавским «пауэр-трио» начала 2000-х. Что ж, сложно отрицать влияние направления, самым популярным представителем которого был покойный Эсбьорн Свенссон, на всю европейскую сцену последних двух десятилетий. Но вот уж чего нет в новом альбоме, так это подражания: музыка трио глубоко оригинальна и при этом сохраняет узнаваемо русский колорит. Символично, что в самой «русской» по колориту пьесе, единственном треке с однозначно русским названием («Petrushka»), самое отчаянно-русское, на разрыв рубахи на груди, соло играет единственный на всём альбоме приглашённый солист — и это польский саксофонист Гжех Пиотровский, в составе оркестра которого Лебедев, Ревнюк и Кравцов выступали как ритм-секция два года назад в шоукейсах европейского джаза на форуме Jazzahead! в Бремене.

Пожалуй, это на сегодняшний день самая композиционно сложная, самая зрелая и при этом наиболее доступная неспециализированной аудитории работа московского трио. По многоплановости, тембровому и ритмическому разнообразию звучания граничащая с современным прог-роком, работа эта тем не менее остаётся на джазовой стороне — вот только это никоим образом не джазовый мэйнстрим, это современный полистилистический джаз; причём, во-первых, это всемирная музыка двадцать первого века, а во-вторых — музыка безусловно российская по происхождению. Противоречие? Ничуть. Глобальность этой музыки определяется её укоренённостью в национальной культуре. Оторвись от корней — быть может, выиграешь в сиюминутном успехе, но в перспективе лет и десятилетий останешься в утекающем потоке безликого конвейерного производства. Но «чтобы стоять», и стоять прочно, имея возможность привлекать слушателей и год, и десять лет спустя, заметно выделяться в мировом культурном ландшафте — по меткому выражению поэта, нужно «держаться корней». На своём новом альбоме LRK Trio делает это как нельзя лучше.

Антон Ревнюк, Евгений Лебедев, Игнат Кравцов
Антон Ревнюк, Евгений Лебедев, Игнат Кравцов

Мы поговорили с участниками трио о том, что вдохновило музыкантов на новый альбом, как они борются с одиночеством, о местах «силы» в Москве и мире и о том, где лучше всего слушается новый альбом.

В пресс-релизе к выходу альбома написано: его идея в том, чтобы отобразить чувства человека в современном мире и городской суете. В какие моменты вы чувствуете себя особенно одиноко и чем спасаетесь?

Евгений Лебедев (Е.Л.):

— Пожалуй, особенно остро чувствую одиночество, когда сталкиваюсь с любым видом агрессии. Неважно, простое ли это хамство, косой ли взгляд или прямое оскорбление. В такие моменты остро чувствуешь, как неприязнь друг к другу, а соответственно — и одиночество, витает в воздухе. Всё это особенно заметно в большом городе. Правда, по опыту скажу, что всегда после подобных ситуаций обязательно появляется человек, который рушит всю концепцию неприязни и снова дарит веру. Поэтому, как ни банально, но от одиночества спасают лучше всего люди и, конечно, музыка!

Игнат Кравцов (И.К.):

— Когда что-то не получается. Стараюсь не зацикливаться, просто переключаю внимание на что-то другое.

Антон Ревнюк (А.Р.):

— Одиночество для меня — не такое и плохое чувство. Я люблю побыть один, собраться с мыслями, поразмышлять о жизни, сочинять музыку… Но, конечно, с осознанием того, что чувство это временное.

Что вам дают гастроли? Какой город больше всего повлиял на ваше творчество, если повлиял?

И.К.:

— Гастроли дают перезагрузку. Ты как бы в отпуск уезжаешь, сменяешь привычный, рутинный распорядок на целый комплекс интересных моментов — другой город, страна, еда, культура, традиции, люди, менталитет! Окунаясь во все это, прежним уже не будешь.

Как ни странно, но на моё творчество своей ночной клубной жизнью повлиял Берлин.

Е.Л.:

— Гастроли прежде всего дают нам возможность общения и множество новых идей, которые в изобилии рождаются в пути. Токио, и Япония в целом, повлияли больше других городов и стран.

А.Р.:

— Я с детства представлял себе, как буду летать на гастроли. Видимо, моё стремление было настолько сильное, что я получил такую возможность, да еще в такой компании, о которой можно только мечтать. Возможность гастролировать прежде всего даёт знакомство с новой аудиторией в совокупности с путешествиями по миру. Как и на Женю, из огромного списка городов, в которых мне удалось побывать, наибольшее впечатление произвел Токио. Это то место, куда хочется вернуться всегда. Отражение этих впечатлений можно услышать на нашем третьем альбоме «Urban Dreamer».
ВИДЕО: пьеса «Clockwork Doll» с альбома «Urban Dreamer», 2018

Вы все живете в Москве — в одном из самых больших мегаполисов мира. Как вам удаётся справиться с ежедневной суетой и есть ли у вас секретные места в Москве, которые, возможно, переносят вас в другой мир (возможно, ассоциируются с другими городами)?

И.К.:

— Я все время нахожусь в процессе творчества. Будь то игра на барабанах, создание музыки или написание картин. Кому-то это покажется суетой, однако для меня это привычный образ жизни. В те моменты, когда я действительно устаю от Москвы, от машин, шума и др., я иду с семьей в несколько любимых парков — Тимирязевский, Сходнинский, Северное Тушино.

Е.Л.:

— Суету не люблю, поэтому стараюсь не суетиться в принципе. Но избежать этого, к сожалению, невозможно, и если суета настигает, то, в первую очередь, пытаюсь найти время для того, чтобы просто пройтись пешком, и неважно, в каком именно районе. Меня спасали от суеты и Арбат, и Храм Василия Блаженного, и Крымский Мост, но особенно нравится район вокруг консерватории им. Чайковского. Не знаю почему, ведь даже не думал там бывать, но брожу в этих краях больше всего.

А.Р.:

— Большую часть жизни я живу в Москве, и всё самое лучшее связывает меня именно с этим городом. Мне нравится находиться в постоянном движении, и это состояние мне даёт жизненную энергию. Но если вдруг хочется остановить поток и перевести дух, то для меня есть два места — это Третьяковская галерея и Музей им. Пушкина.

В композиции «Return» звучит голос, объявляющий станции в метро, а сама композиция очень напряженная и довольно нервная. Часто ли вы пользуетесь метро или предпочитаете передвигаться на автомобиле? Как используете это время?

Е.Л.:

— Да, я часто спускаюсь в метро. На машине стараюсь передвигаться только по острой необходимости, потому что не люблю сидеть без дела, стоя в пробке. За исключением моментов, когда необходимо выучить новую музыку на слух, прослушивая аудиозапись: тогда пробки идут на пользу. В любом случае, метро для меня в приоритете, ведь там можно успеть сделать хоть что-то, а не просто покрутить в разные стороны руль. К сожалению, сейчас в метро реже читаю, больше слушаю и пишу. Честно говоря, так и появилась идея использовать на альбоме голос, объявляющий станции. Ехал домой и прослушивал репетиционную запись композиции «Long Day», и вдруг прозвучал тот самый голос, который у меня вызвал чёткие ассоциации с длинным днём.

И.К.:

— Не пользуюсь метро. А когда за рулём, то люблю смотреть на людей, улицы, любуюсь фасадами зданий, слушаю книги и даже сочиняю музыку.

А.Р.:

— Я метро пользуюсь достаточно редко, люблю ездить за рулем своей машины. Меня это расслабляет, несмотря на огромное скопление машин. Именно за рулём я обожаю слушать музыку.

Говорят, что музыка — один из видов терапии. Согласны ли вы с этим? Музыка каких авторов и исполнителей у вас связана с самими приятными моментами в жизни?

Е.Л.:

— Я абсолютно уверен, что музыка — это терапия. Дело в том, что я достаточно долго работал пианистом в доме престарелых в Нью Йорке. Помню, там жил один дедушка, он был совсем плох, не вставал с койки, при этом у него были ещё и душевные расстройства. Отличался он буйным нравом, и на лице его нередко появлялась недобрая гримаса. Что я только не исполнял для него: и американские популярные песни, и джаз, и классические произведения. Ничего не помогало. Он только зло мычал в ответ. Но однажды к нему приехала дочь и я осторожно узнал у неё, что отец до болезни часто любил напевать детскую песенку «La Cucaracha». На следующий день я потихоньку начал наигрывать ему любимую песню. Забавно, но дедуля сначала затих, потом перестал выть, даже осторожно заулыбался, и в итоге начал смеяться как ребёнок и хлопать в ладоши. Позже санитары мне рассказали, что таким счастливым они его ещё не видели ни разу.

А.Р.:

— Это очевидный факт. На своем опыте могу заметить, что плохое самочувствие как рукой снимает в момент музицирования на сцене. Та музыка, которую мне приходилось слушать в детстве, осталась со мной на всю жизнь — это и классика, и джаз, и музыка из советских кинофильмов.

И.К.:

— Согласен. Меня она лечит. Вот, пожалуй, несколько имен — группа Bon Iver, пианист Кит Джарретт (Keith Jarrett), шведский певец-электронщик Джей-Джей Йохансон (Jay-Jay Johanson).

LRK Trio
LRK Trio

Ваша музыка очень кинематографична. Какому фильму из существующих, по вашему мнению, могла бы подойти ваша музыка?

Е.Л.:

— Сложно сказать. Ведь фильмы я начинаю любить вместе с саундтреками и не могу представить в любимых картинах другую музыку, а фантазировать на нелюбимые фильмы даже и не хочется. Если говорить про тему одиночества в большом городе, то, пожалуй, «Бойцовский клуб» прекрасно подходит. Но в идеале, это должен быть российский фильм, может быть, из ещё не снятых фильмов Никиты Сергеевича Михалкова.

И.К.:

— «Древо жизни», сериал «Больница Никербокер», сериал «Broadchurch» (в России называется «Убийство на пляже». — Ред.).

А.Р.:

— Трудно сказать, к какому из существующих, но к какому-нибудь комедийному детективу вполне может подойти.

Вопрос к Евгению: расскажите о композиции «Петрушка». Какие детские воспоминания вы хотели в ней отразить?

Е.Л.:

— В детстве вообще всё проще воспринимается. Мы легче учимся, не тратим время на ненужные размышления о сложностях бытия. Пожалуй, именно желание погрузиться в это состояние беззаботности, не оглядываясь на все сложности и противоречия окружающего мира, и легло в основу пьесы. Поэтому мелодия «Петрушки» очень простая, даже легкомысленная, её без труда можно напеть, но сыграть «с листа» весьма непросто даже опытному музыканту. Так и взрослым людям порой нелегко даются вещи, которые не задумываясь делает ребёнок.

Отличается ли композиция, написанная на бумаге, от той, что звучит в готовом варианте? Вносят ли другие участники коллектива правки в написанную композицию?

Е.Л.:

— Я счастлив делить сцену с музыкантами, которые на голову выше меня не только по росту, но и музыкально, поэтому конечный результат всегда отличается от изначально задуманного, только это отличие всегда в лучшую сторону.

И.К.:

— В разной степени, но отличаются. Да, участники чаще всего вносят правки, но точно не в мелодию, скорее в гармонию, ритм!

А.Р.:

— На мой взгляд, отличается, и при написании нового произведения я всегда стараюсь на бумаге оставить место для фантазии других. Мне кажется, что именно такой подход придаёт нашему трио оригинальное звучание.

Режиссёр Андрей Тарковский не любил рассказывать о своих фильмах, считал, что у зрителя должно сформироваться своё впечатление. Как считаете вы? Вкладываете ли вы в свою музыку некий посыл?

Е.Л.:

— Я полностью согласен с Тарковским, хоть и люблю, когда про музыку рассказывают, и сам люблю рассказывать. Это как слушать Баха: с одной стороны, его музыка сама по себе очень стройная, гармоничная и ясная. Но стоит только углубиться чуть дальше, почитать историю создания произведения, разобраться в голосоведении, изучить музыковедческую литературу, или просто прочитать хорошую книгу, посмотреть фильм или просто попоститься, как открывается совсем другой мир. Увлекательный, загадочный и бесконечный.

А.Р.:

— У каждого нашего произведение есть название, отражающее образ содержания. Это бесспорно помогает слушателю легче воспринимать музыкальную составляющую и выстроить в своем воображении некую картину. Но если при прослушивании у человека формируется совсем иное восприятие и складывается другой образ, я только счастлив от этого.

И.К.:

— Согласен на 100% с Тарковским. Как ни крути, зритель всё равно будет проецировать услышанное на свою жизнь. Из смыслов и рождается музыка. Иные мотивы создания, на мой взгляд, несостоятельны.

Назовите те моменты жизни, к которым, по вашему мнению, лучше всего подходит музыка из нового альбома.

И.К.:

— Каждый трек из альбома на разные моменты… Например, «Басовые прелюдии» — стоя у окна, «Петрушку» во время зимней семейной прогулки по лесу, «Memory Moment» — чтобы взбодриться, когда вдруг взгрустнулось, «Run» — во время езды за рулем, Под трек «Через зиму» дома в тепле пить чай.

Е.Л.:

— Пожалуй, сами названия подсказывают. Альбом можно слушать утром, днём, вечером, на бегу, в сложные и радостные моменты, прослушивание разрешено детям. А если серьёзно, то в современном мире клипового мышления сложно удержать внимание слушателя больше чем на минуту, поэтому я не советую даже начинать слушать этот альбом.

А.Р.:

— При создании альбома особое значение мы уделили его целостности звучания. То есть, мы рекомендуем слушать его не фрагментарно, а именно целиком, чтобы разгадать посыл. Пусть каждый слушатель выберет сам для себя, в какие моменты лучше всего его слушать. Ведь он так и называется — «Memory Moment».

АЛЬБОМ НА САЙТЕ ЛЕЙБЛА LOSEN RECORDS | АЛЬБОМ В APPLE MUSIC | АЛЬБОМ В ЯНДЕКС МУЗЫКЕ | АЛЬБОМ В SPOTIFY

СЛУШАТЬ АЛЬБОМ:

Предыдущая статьяТромбонист Сергей Долженков представит в Москве авторский альбом своего квинтета
Следующая статьяПианист Диас Каримов представляет Телеграм-канал Grampiano: обучение импровизации и джазу онлайн
С музыкой жизнь Дина связана еще с детства. Учась в Московском музыкальном-педагогическом колледже, Дина гастролировала в составе Большого детского хора колледжа, который неоднократно становился лауреатом российских и международных хоровых конкурсов. Педагоги пророчили ей будущее дирижёра, но Дина выбрала для себя другой путь. После окончания колледжа в 2005 г. Дина поступила в Государственный университет управления на специальность «Менеджмент в кино и телевидении» с чётким намерением связать свою жизнь с менеджментом в творческих индустриях. Там же училась в аспирантуре и в 2013 году защитила диссертацию по управлению персоналом на телевидении, получила ученую степень кандидата экономических наук. Работала в области кино (у режиссера Ильи Хотиненко), на телевидении (телеканал Russia Today). С 2009 года занимается менеджментом и продвижением музыкального проекта Jazz Dance Orchestra. В середине 2010-х Дина - уже среди ведущих джазовых продюсеров России. Она играет ключевую роль в организации и проведении форума-фестиваля Jazz Across Borders в Санкт-Петербурге в 2017 и 2018 гг., всемирного празднования Международного Дня джаза ЮНЕСКО 30 апреля 2018, организации единого российского стенда на европейской джазовой выставке-ярмарке Jazzahead и в других ключевых событиях российской джазовой индустрии.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, напишите комментарий!
Пожалуйста, укажите своё имя

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.